Глава 1. День, когда всё пошло не по плану

Алиса Воронцова не верила в знаки судьбы.

Она верила в факты, документы, даты и аккуратно подписанные каталожные карточки. Судьба, по её мнению, была выдумкой для людей, которые забывают ставить будильник и потом ищут в этом философский смысл.

Но в то утро даже Алиса задумалась.

Кофе убежал.

Не просто убежал – он вырвался из турки с таким энтузиазмом, будто мечтал о свободе всю свою короткую, но насыщенную жизнь. Белая плита мгновенно приобрела оттенок «архивный беж с пятнами отчаяния».

– Прекрасно, – сообщила Алиса кухне. – Начнём день с трагедии.

Она вытерла плиту, посмотрела на часы и вздохнула.

Будильник, разумеется, она не забыла. Он просто не сработал. Конечно.

Автобус ушёл у неё из-под носа – водитель посмотрел прямо на неё и… закрыл двери. Алиса пообещала себе никогда больше не доверять людям с таким выражением лица.

Это не знак, – упрямо думала она, идя пешком.

Это просто плохо спланированное утро.

Архив встретил её тишиной и запиской на двери:

«Вход с чёрного хода. Не спрашивайте почему.»

Алиса долго смотрела на бумажку.

– Уже не нравится, – сказала она вслух. – Но ладно.

Чёрный ход оказался заперт.

– Конечно, – вздохнула она. – А чего я ожидала?

– Вам помочь?

Голос раздался за спиной неожиданно, но не пугающе. Скорее… уверенно. Алиса обернулась резко – привычка, выработанная годами среди людей, которые могут внезапно уронить на тебя тележку с архивными ящиками.

Мужчина.

Высокий. Спокойный. Слишком хорошо одет для утра понедельника и уж точно – для чёрного входа в городской архив. Он держал руки в карманах и смотрел на неё так, будто она была интересной задачей, а не человеком с плохим настроением.

– Если вы умеете открывать двери силой мысли – да, – сухо сказала Алиса.

– Боюсь, мои способности скромнее, – ответил он и достал связку ключей. – Но иногда этого хватает.

Иногда, – отметила она про себя.

Он говорит «иногда» так, будто обычно открывает сейфы.

Дверь поддалась.

– Прошу, – сказал он, пропуская её вперёд.

– Вы всегда помогаете незнакомым женщинам у закрытых дверей? – спросила Алиса, проходя мимо.

– Только тем, у кого очень выразительный взгляд, – ответил он спокойно.

Она остановилась.

– Это был комплимент?

– Наблюдение.

Она хмыкнула и пошла дальше.

Внутри архива было привычно прохладно и тихо. Алиса почувствовала, как напряжение немного отпускает. Здесь всё было на своих местах. В отличие от людей.

– Вы здесь работаете? – спросила она, не оборачиваясь.

– Нет.

– Тогда вы заблудились.

– Нет.

Она обернулась снова.

– Вы уверены, что умеете отвечать развернуто?

– Я учусь, – сказал он. – Но не быстро.

Она скрестила руки.

– Алиса.

– Максим.

– Максим, – повторила она. – Если вы не сотрудник, архив закрыт для посетителей до десяти.

– Я знаю, – кивнул он. – Но мне нужна одна вещь.

Ну конечно, – подумала она.

Всегда «одна вещь». Никогда – «извините, я случайно зашёл».

– Вам в справочную, – сказала она. – И вам там не помогут.

– А если я скажу, что эта вещь уже у вас?

Она подняла бровь.

– Тогда я скажу, что вы слишком самоуверенны для человека без пропуска.

Он улыбнулся. Легко. Почти лениво.

И Алисе вдруг пришла в голову совершенно неуместная мысль:

Опасный.

– Вы реставратор, – добавил он.

Она замерла.

– Простите?

– Руки, – пояснил Максим. – И то, как вы смотрите на полки. Так смотрят люди, которые знают, сколько времени у книги осталось.

Алиса медленно выдохнула.

– Вы слишком внимательны.

– Профессиональная деформация.

– И кем же вы работаете?

Он сделал паузу. Маленькую, но заметную.

– Скажем так… я решаю проблемы.

Она посмотрела на него внимательно и вдруг поняла:

этот мужчина – проблема.

И почему-то это её совсем не расстроило.

Глава 2. Мужчина, который задавал неправильные вопросы

Алиса шла по коридору архива чуть быстрее обычного.

Не потому, что спешила. А потому что чувствовала за спиной его шаги – спокойные, уверенные, слишком синхронные с её собственными. Он не догонял и не отставал. Просто шёл рядом, будто это было самым естественным положением вещей.

Он не должен здесь быть, – напомнила она себе.

И я не должна обращать на него внимание.

Обе мысли провалились с треском.

– Обычно люди сначала спрашивают, куда им идти, – сказала Алиса, не оборачиваясь. – Вы же ведёте себя так, будто знаете маршрут.

– Я его угадываю, – ответил Максим. – У вас походка человека, который идёт к чему-то важному, но старается не показать этого.

– Вы психолог?

– Нет.

– Детектив?

– Иногда.

Она резко остановилась.

– Это была шутка?

– Полушутка, – спокойно сказал он.

Алиса посмотрела на него внимательно. Вблизи он оказался… раздражающе привлекательным. Не демонстративно красивым, а таким, к которому взгляд возвращается сам, без разрешения.

– Я не люблю загадочных мужчин, – сказала она.

– А я – прямолинейных женщин, – парировал он. – Нам повезло.

Она фыркнула и снова пошла вперёд.

В справочной их встретила Нина Петровна – женщина, которая знала об архиве всё и обо всех. И считала себя последней линией обороны между документами и человечеством.

– Алиса, – протянула она, глядя поверх очков. – Ты сегодня поздно.

– Утро было… философским, – ответила Алиса. – Это Максим. Он… ищет вещь.

– Все ищут, – буркнула Нина Петровна и перевела взгляд на Максима. – Паспорт?

Он протянул документ без лишних движений.

Нина Петровна взглянула, хмыкнула и вернула.

– Слишком спокойно держитесь, – сказала она. – Обычно люди нервничают.

– Я нервничаю внутри, – вежливо ответил Максим.

– Врёте, – сказала Нина Петровна. – Но красиво.

Алиса прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

– Он вам нравится, – неожиданно добавила Нина Петровна, обращаясь к Алисе.

– Что?!

– Не вы. Архив, – невозмутимо уточнила та. – Хотя… кто знает.

Максим посмотрел на Алису с интересом.

– Я ещё не решил, – сказал он.

– Я за вас решу, – отрезала Алиса. – Вам сюда нельзя.

– Тогда почему вы меня не выгоняете?

Она открыла рот – и не нашла ответа.

Они оказались в зале редких фондов.

– Стойте здесь, – сказала Алиса. – И ничего не трогайте.

– Я умею стоять, – заверил Максим. – Это одна из моих сильных сторон.

– И не шутите.

– Тогда мне будет скучно.

Она сняла пальто, надела перчатки и почувствовала, как его взгляд скользит по ней. Не откровенно – слишком умно для этого. И оттого ещё более ощутимо.

– Вы всегда так смотрите на женщин? – спросила она, не поднимая головы.

– Только на тех, кто может испортить мне жизнь.

– Льстите.

– Предупреждаю.

Она наконец посмотрела на него.

– Что именно вы ищете?

Он подошёл ближе. Слишком близко. Алиса ощутила тепло и поймала себя на мысли, что считает удары сердца.

– Дневник, – сказал он тихо. – Один конкретный.

– У нас их сотни.

– Этот вы помните.

Она замерла.

– С чего вы взяли?

– Потому что вы перестали дышать.

– Вы невозможны.

– Зато честен.

Она сняла перчатки и скрестила руки.

– Я не помогаю незнакомцам с секретами.

– Тогда станем знакомыми, – предложил он. – Я Максим. Мне тридцать пять. Я не женат. Иногда делаю глупости.

– Уже заметно.

– А вы Алиса. Любите порядок, но вечно влезаете в истории.

Она посмотрела на него долгим взглядом.

– Вы слишком много обо мне знаете.

– Я только начинаю, – ответил он мягко.

И в этот момент Алиса поняла с пугающей ясностью:

этот мужчина войдёт в её жизнь глубже, чем ей бы хотелось.

И ей это… нравилось.