Глава 1.

В то утро всё было как обычно. Показывала квартиру молодой паре – они спорили, поместится ли в спальню шкаф его бабушки, а я улыбалась и считала минуты до обеда. Телефон в кармане жакета нагрелся от уведомлений: школа, секции, родительский чат. Обычный вторник. Мой день начинался ровно и катился по рельсам, пока Алина из отдела ипотеки не подъехала ко мне на своём крутящемся стуле.

– Слушай, – сказала она тихо, и в этой тишине было что-то нехорошее, липкое. – А это не твой муж?

Она протянула свой телефон, розовый, в блестящем чехле. На экране фото. Я успела заметить знакомый пиджак. Тот самый, который он надевал на корпоратив в прошлую субботу, сказав, что задержится допоздна. Успела заметить его руку на чужой талии – так, как он держал меня лет десять назад, когда мы ещё не были «мама» и «папа», а просто Оля и Витя. И губы. Его губы на чужих губах. Двери отеля. Вспышка чужой камеры, которая сейчас жгла мне глаза.

– Оль, ты чего? – Алина попыталась убрать телефон, но поздно. Я уже всё увидела.

Я вернула ей мобильник деревянными пальцами. В груди сначала стало очень горячо, словно глотнула кипятка, а потом – пусто. Звенящая, хрустальная пустота, в которой помещалось только одно слово: «Значит, не показалось». Ведь я знала. Конечно, знала. По его задержкам, по новому одеколону, по тому, как он отворачивался к стене, делая вид, что спит, пока я пересчитывала в уме кредиты и кружки младшего. Просто одно дело – догадываться, кутаясь в душные подозрения бессонными ночами. И совсем другое – увидеть. Чётко. Ярко. У дверей отеля. Подозрение в том, что мой собственный муж мне изменял начались с момента, когда я впервые заметила на воротнике его рубашки след губной помады – и даже если Витя клялся, что она моя, случались моменты, только подтверждающие мою правоту.

– Мне нужно подышать воздухом, – сказала я, кажется, вслух. Коллеги притихли. Чей-то стул скрипнул.

Я шла по улице, не разбирая дороги. В горле саднило, но слёз не было. Была только злость – острая, неожиданная, отрезвляющая. И ещё голод. Дикий, почти животный, словно организм решил напомнить, что я живая и мне нужно есть, несмотря ни на что. В офисную столовку возвращаться не хотелось – там Алина, там сочувствующие взгляды, перешёптывания. Я свернула в незнакомый переулок, где пахло кофе и выпечкой. Ноги сами принесли меня к маленькой кофейне с зелёной дверью. Заказала большой капучино, самый горячий, какой смогут сделать. Прижать бы к груди, согреться, но на улице май, и солнце жарит вовсю, а внутри у меня всё равно колотит озноб.

Я толкнула дверь кофейни плечом, одной рукой придерживая сумочку, другой стакан. Выходила на улицу, опустив голову, всё ещё видя перед собой эту проклятую фотографию. И тут…

Удар. Толчок. Горячее побежало по пальцам.

Я подняла глаза, уже зная, что случилось непоправимое. Передо мной стоял мужчина, только что вышедший из чёрного автомобиля, припаркованного прямо у тротуара. Высокий. Очень. В дорогом, идеально сидящем костюме, который теперь украшало огромное кофейное пятно. Белая рубашка под пиджаком моментально впитала в себя весь мой капучино. Короткие чёрные волосы, лёгкая небритость на волевом подбородке и тёмные глубокие глаза, в которых сейчас плескалось раздражение пополам с изумлением.

Я замерла, всё ещё сжимая пустой, смятый стакан. Пятно на его рубашке расползалось, как насмешка над моим днём. Сначала муж целует другую, потом я обливаю незнакомого красавца кофе.

– Простите, – выдохнула я хрипло. – Я… я не хотела.

Он медленно опустил взгляд на свою рубашку, потом поднял его на меня. И вдруг уголок его губ дрогнул в усмешке. Нервной, но всё же усмешке.

– Обычно девушки ищут более оригинальные способы познакомиться, – произнёс он низким, с лёгкой хрипотцой голосом. – Но кофе из стакана в живот – это сильно.

Глава 2.

В голове билась какая-то ахинея, и я не знала, за что хвататься. С одной стороны – дымилась лужица на асфальте и рубашка незнакомца, которую только что украсило моё капучино температурой под девяносто градусов. С другой – паника, что сейчас этот холёный тип с дорогими часами потребует компенсацию за химчистку, а у меня в кошельке только карта с остатком на детский английский и мятая тысяча наличными.

– Вам, наверное, скорую… – начала я, уже выхватывая из кармана телефон и параллельно пытаясь сообразить, платно ли выезжает неотложка при ожогах от кофе. – То есть… я про ожоги. Горячий был очень.

Мужчина тем временем не спеша стянул пиджак, оставшись в испорченной рубашке. Мокрая ткань прилипла к груди, обрисовывая весьма подкачанное тело. Я тут же отвела взгляд. Ещё не хватало пялиться на торс незнакомца, стоя по щиколотку в своём позоре.

– Или скажите, сколько я вам должна за химчистку, – выпалила я, уже готовая прощаться с той самой мятой тысячей и, кажется, частью зарплаты. – Я всё оплачу.

Он оторвал взгляд от своей рубашки и вдруг спросил:

– Сколько времени?

Я опешила. Из всего, что я тут несла – про скорую, про химчистку, про мои извинения, – он услышал только тишину, в которую захотел вставить вопрос про время?

– Эм… – я машинально глянула на экран телефона. – Четырнадцать сорок две.

Он цокнул языком и пробормотал скорее себе под нос, чем мне:

– Опаздываю. Вот чёрт. Сделка через восемнадцать минут.

Я всё ещё стояла с телефоном в одной руке и смятым стаканом в другой, пока он оглядывался по сторонам с видом человека, которому жизненно необходимо найти что-то прямо сейчас. Его взгляд скользнул по вывескам, затем вернулся ко мне.

– Вы случайно не знаете, где тут агентство недвижимости? – он назвал адрес. – Тут должно быть где-то рядом, но навигатор врет безбожно. А я на встречу, и если через пятнадцать минут меня там не будет, сорвётся контракт.

Я моргнула, затем кривовато, нервно улыбнулась, чувствуя, как реальность снова выкидывает свой любимый фокус: «Ну и совпадение, Оля».

– Знаю, – сказала я. – Я там работаю.

Он замер. На секунду в его тёмных глазах мелькнуло что-то похожее на недоверие. А потом он издал короткий смешок – и в этом смешке было больше удивления, чем веселья.

– Вы риелтор?

– Представьте себе, – я пожала плечами, чувствуя себя героиней какой-то идиотской комедии. Женщина обливает кофе миллионера, а через минуту выясняется, что она же должна вести его сделку. – И судя по адресу, который вы назвали, вы идёте именно в мой офис.

Он посмотрел на меня иначе, словно только что заметил. Наверное, кудрявая женщина с серыми глазами и пятнами кофе на блузке не вписывалась в его картину мира. Я вообще туда, кажется, не вписывалась.

– Ну что ж, – произнёс он, поправляя манжет, на котором расплылось очередное пятно. – Тогда предлагаю сделку. Вы проводите меня до офиса так, чтобы я успел к трём, а я забываю про химчистку и скорую.

Я спрятала телефон в карман. Обед явно закончился, не успев начаться.

– Договорились, – ответила я. – Идите за мной. Только быстро, через дворы – так короче.