Пролог

Всего лишь одной маленькой, малюсенькой ошибки хватило, чтобы разрушить, перечеркнуть, смять, разбить в дребезги все начинания, чаяния, стремления, – всю жизнь. И не только мою, но и всех, кто находился в данный момент рядом со мною.

И всё из-за этой проклятой любви. Любви, которая заставила, позабыв всё на свете, бросится в омут чувств таких манящих, ласковых, необычных, сладостных, нежных, пьянящих.

Если ты впервые испытал их после всех тягостей жизни, после унижений, лишений, долгих мытарств, то от этих чувств легко сойти с ума и наделать много чего такого, что в здравом рассудке тебе бы не пришло в голову сделать.

Глафирия проклинала тот день, когда она, глупой молодой девчонкой, попала в горную академию и встретила его – своего бога, кумира, своё солнце, свою любовь. Она, никому ненужная девчонка, оставшаяся без родителей, вынуждена была скитаться в поисках куста хлеба и терпеть все лишения жизни. Поэтому, встретив человека, который её пожалел, приютил, обогрел и несмотря ни на что понял, и принял её такой какая она есть.

Разве после этого она не могла не влюбиться в него? Конечно же нет! Поэтому девушка, поддавшись чувствам, которые впервые вспыхнули в её душе, совершила все эти ошибки. Ошибки, за которые пришлось расплачиваться потом всю свою жизнь.

А ведь она совершенно не хотела причинять никому зла. Тем более Дариану племяннику своего возлюбленного.

Пропади пропадом магическая книга!

Век бы её не видать!

Видит Создатель, она не хотела применять основанное на крови оборотное заклинание, тем более во временном пространстве. Но, поддавшись мимолётному порыву злости, ненависти и гнева, – применила. Теперь вместо красивого, черноволосого, молодого человека на неё смотрела чёрная зверюга, с огромными жёлтыми глазами, в которых явно читалось презрение. К тому же «чёрный монстр» противно мяукал и чесал свои когти о ножку стола. Жуть! Просто жуть как противно.

И всё бы ничего, но Глафирия с детства терпеть не могла кошек. «Почему именно в кота? Ведь на свете есть так много другой живности в кого можно было превратиться.» – задавалась она вопросом.

Судьба, в очередной раз преподнесла ей «подарок», жестоко подшутив над ней. Поэтому Глафирии ничего не оставалось, как схватив в охапку чёрное «чудовище», рвануться во временной портал.

Куда они попадут? В какую эпоху? В какой мир? Им оставалось лишь гадать.

Глафирия сидела в своём любимом кресле. Чёрное, желтоглазое «чудовище», из-за которого она попала в незнакомы ей мир, примостилось неподалёку от неё.

Мир, где не было магии, где по дорогам с большой скоростью проносились большие и маленькие железные повозки, где люди жили в каменных коробках.

Правда, жили они комфортно. В каждой из таких коробок была вода – поверни только кран, был очаг похожий на железные, круглые, маленькие колёса, были спички – две маленькие деревянные палочки с чёрным напылением на концах. При помощи них можно было, повернув ручку, разжечь очаг. Были большие и маленькие ящики, в которых плясали, плакали, смеялись и разыгрывали представление маленькие человечки. Эти ящики назывались заковыристым словом – телевизор.

Для Глафирии весь этот мир был необычным и пугающим. Так как в нём не было магии, то её с лихвой заменяли нехитрые приспособления: движущиеся по дорогам повозки без лошадей, летающие по небу железные монстры, стирающие одежду железные баки. Воду, огонь, тепло или прохладу и даже ветер, мог, без особых усилий, в считанные секунды, вызвать любой житель в каменных коробках. А ещё вкусная и разнообразная еда, которую мог себе позволить всякий у кого были железные кругляшки и бумажные разноцветные бумажки, называемые деньгами. В их мире, откуда благополучно переместилась Глафирия, они конечно тоже были, но в основном только у очень богатых людей, которые могли себе приобрести на них всё что им заблагорассудиться.

Весь этот мир казался Глафирии очень странным. Многое в нём было не понятно, пугало, отталкивало, но всё равно это было очень, очень интересно.

Прожив несколько лет, женщина привыкла к нему и стала ощущать себя почти своей.

Ей повезло. Её магические навыки никуда не исчезли, но применять их она побаивалась. Лишь иногда, по большой необходимости, она, вспоминая прошлое, колдовала. В основном это было наведение иллюзий. Благодаря им она преспокойно жила в этом техногенном мире.

Чтобы выжить в этом новом мире, Глафирии пришлось вспомнить все свои магические штучки и использовать их. Короче говоря, она стала тем, кого в этом мире называли странно и непонятно – экстрасенсом.

В основном те, кто этим занимался были шарлатанами. Никто из них не разбирался в колдовстве, они толком ничего не знали и не умели. Это были махинаторы, которые использовали людские слабости и наживались на них.

Глафирия была сильной магичкой. Умела хоть и не всё, но многое. Поэтому – гадание, предсказание, лечение травами, давали ей неплохой доход. Но оставаться в этом мире она не хотела. Женщина чувствовала что то, что ей нужно (колечко, зеркальце и магическая книга) обязательно найдутся и она благополучно возвратиться к своему любимому Вернону.

И чутьё её не подвело.

Часть 1

Магические повороты судьбы

Глава 1

Жизнь и мечты у каждого свои

Приближался день выпускных экзаменов.

С самого утра и до позднего вечера не было ни единой минутки чтобы расслабиться. Карина. с редкими часами отдыха, барабанила по клавишам старенького пианино очень известной немецкой фирмы Schimmel, в надежде, что хоть мышечная память её не подведёт и поможет отыграть экзаменационную программу. Этот приём не раз выручал её. Можно было спокойно отключит голову и не о чём не думать, пальцы сами в нужном темпе отыграют произведение, и ты даже не заметишь, как дошла до финального аккорда.

Так произошло и в этот раз. Произведение Вольфганг Амадей Моцарта было исполнено с головокружительной быстротой. В таком бешенном темпе, что мысли в голове даже не успевали за мышечной памятью пальцев, исполняющих произведение. Соната была исполнена блестяще. А вот с Иоганн Себастьян Бахом и Клодом Дебюсси пришлось повозиться, эти произведения требовали вдумчивого, прочувственного исполнения.

Но слава Богу, всё позади. Всё произведения отыграны отлично и теперь можно было расслабиться.

Дирижирование, гармония, дополнительный инструмент – это не так проблемно, а английский и музыкальная литература, по сравнению с другими экзаменационными предметами – это вообще – «семечки».

Наконец шестнадцать лет непрерывного стресса, долбёжки и нервотрёпки остались позади. Семь лет музыкально школы, четыре года в музыкальном училище и пять лет в педагогическом институте на музыкальном факультете – это всё-таки порядочный срок.

«Хвала небесам! Я это выдержала, вытерпела и даже умудрилась остаться нормальным человеком, хотя многие считают музыкантов немного «повёрнутыми». Теперь можно было вздохнуть свободно. Я наконец стала дипломированным специалистом. Могу «расправить крылья» и свободно заниматься чем мне вздумается, – рассуждала про себя Карина. – Мамину мечту я осуществила – стала музыкантом. Хотя, честно говоря, и не очень-то мечтала. Это моя маман не смогла воплотить свои мечты и переложила на меня свою миссию.»

Нина Сергеевна всегда мечтала стать певицей. Она даже закончила колледж музыкально – театрального искусства имени Г.П.Вишневской по специальности «Вокальное искусство».

Всю жизнь Ниночка обожала оперетту и мечтала блистать на сцене, как Татьяна Шмыга. Но, как говориться, не судьба – двум примадоннам на сцене не ужиться!

Очень красивая девушка, с безукоризненно поставленным меццо-сопрано, сорвала голос. После восстановления тембр поменялся, и вся красота и искристое звучание ушло. Тусклый, хриплый, неподходящий для пения голос заставил Ниночку, отказаться от её мечты. Прощайте – «Трембита», «Баядера», «Летучая мышь», «Марица» и любимая песня Яринки, «Ах цвети, расцветай цветом пышным», из «Свадьбы в Малиновке». Ниночка никогда не сможет исполнить вокальные партии из своих любимых оперетт, но и сдаваться, уезжать домой в маленький рабочий посёлок под Москвой, к вечному копанию в земле и домашнему хозяйству; курам, свиньям и козам, она не собирается!

Девчонка она была боевая, упёртая и точно знала, что ей нужно в этой жизни. Раскисать, сдаваться, останавливаться на пол пути и уж точно возвращаться домой она не хотела. Поэтому подсуетившись, она решила сменить род деятельности.

Взвесив всё и трезво оценив создавшееся положение, сменив лишь «муз» на «мед», моя маман переквалифицировалась в мед сестру.

Закончив учёбу, устроилась в детском саду мед. работником. Работа была не пыльная спокойная, уважаемая, но не очень доходная. Поэтому познакомившись с молодым курсантом военного училища, она, недолго думая, выскочила за него замуж.

Ниночку нельзя было обвинить в корысти. Ведь кто их нас не без греха? Все хотят безбедной, сытой жизни, в центре столицы, со всеми благами цивилизации.

Военное училище и медицинское испокон веков были тесно связанны друг с другом. Жена медик – отличная партия для молодого офицера. И в гарнизоне и дома она всегда поддержит, поможет, спасёт. Поэтому молодые офицеры всё чаще выбирали себе спутницу в жизни из медицинского персонала. На все вечера, проводимые, как в медицинском училище, так и в военном, приглашались и те и другие с обеих сторон.

Ниночка поняла, что ещё не всё потеряно и у неё есть возможность укрепить свои позиции в Москве. Молодой офицер из обеспеченной семьи, московская прописка и безбедная жизнь – вот к чему она должна была стремиться.

Познакомившись на вечере в военном училище с молодым курсантом, куда она пришла с подружкой, присмотреть себе мужа и остаться после выпуска в Москве, Ниночка сразу же поняла, что это её шанс.

Парень был хоть и не красавиц, но погоны предавали ему особый шарм. По всем параметрам, с какой стороны не взгляни, он был подходящей кандидатурой в мужья. Вадим был коренной москвич из очень обеспеченной, интеллигентной семьи. Мать работала в администрации города, а отец преподавал в там же военном училище, где учился сын.

На смотринах Ниночка поставила их перед фактом – она ждёт ребёнка. И поэтому хотите вы или не хотите, но принять мать их будущего внука (или внучки) необходимо.

Родители Вадима были против такого расклада. Они не понимали, как хитрая лимита окрутила их сынулю. Всё произошло так быстро и непредсказуемо, что просто в голове не укладывалось.

Но что случилось – то случилось.

Выставить беременную женщину у них не поднималась рука. И хоть у Вадика была любимая девушка, с которой он дружил ещё со школьной скамьи и даже намечалась свадьба, но как говориться – «кто смел – тот двух съел».

Хоть Ниночка была старше Вадима на пять лет и опыт общения с противоположным полом у неё был очень богатый, но это не помешало ей войти в обеспеченную семью, и стать москвичкой.

Молодая женщина бросила работу, здраво рассудив, что беременной незачем «горбатиться» за гроши если есть молодой муж и богатенькие родственнички.

Ниночка день-деньской валялась на кровати, читала любовные романы, ходила по магазинам, кинотеатрам, картинным галереям и наслаждалась тому счастью, которое свалилось на неё.

В своих мечтах она уже видела себя женой генерала, которым должен был стать её Вадим. Их трёхэтажный дом был расположен в элитном районе. Слуг, которые выполняли все её приказы, и она, разодетая по последней моде, блистала в центре элитного общества.

Но всё вышло из-под контроля. Вадик погиб в автомобильной аварии, не дожив до того счастливого дня, когда станет отцом.

После его похорон, молодая вдова не долго переживала. Родив девочку, Ниночка преспокойно, оставила её на попечение няни, а сама «пустилась во все тяжкие» – короче загуляла.

Молодая женщина была очень даже соблазнительная и нравилась многим мужчинам. Она знала, как очаровать сильный пол и добиться того, чего она хотела. Поэтому вдовушка через полгода, со спокойной душою, объявила, что хочет создать семью с бывшим другом Вадима.

Для Ниночки её маленькая дочка была тяжким бременем, который не очень вписывался в её новый расклад жизни. Поэтому она, бросив малышку на родственников мужа, отправилась в новые отношения с чистой совестью и свободными руками.

Глава 2

Родовое гнездо Шуваловых

У папиных родственников, а вернее у бабушки Веры и её родной сестры Шуры, которые к тому времени уже были на пенсии, я прожила счастливых семь лет.

О это было поистине чудесное, волшебное, сказочное время.

Старый деревянный, двухэтажный особняк был полон тайн и загадок. Это было родовое «гнездо» Шуваловых. С колоннами при входе, с большой застеклённой верандой, с лепниной на потолке, с деревянными скрипучими полами, с лестницей, которая напоминала гигантскую, закрученную в спираль, змею. На стенах висели большие портреты в позолоченных рамах. Мебель тоже была старинная, громоздкая, сделанная из редчайших пород дерева.

Большие старинные часы «отбивали» каждый час, и чтобы они не тревожили по ночам «бой» отключали.

Но самое главное хранилось на втором этаже.

В огромном зале стоял большой, похожий на доисторическое животное, чёрный рояль. Вечерами, сменяя друг друга, бабушки часто играли на нём классические произведения, приобщая меня к настоящей музыке. Это вам не тили – тили и не трали – вали, а музыка, которая заставляет думать, сопереживать. Та, что затрагивает самые сокровенные струны души.

Помню, как я, услышав первый концерт Петра Ильича Чайковского, рыдала в захлёб от красоты и полноты чувств, которые накрыли меня, гигантской волной. Наверное, те музыкальные вечера и повлияли на моё детское сознание, и в дальнейшем на выбор профессии.

И ещё был кабинет, в котором стояли высокие, от пола до потолка, шкафы, набитые книгами. О, это был рай!

Читать я научилась к пяти годам и свободно выбирала книги с тех полок до которым могла дотянуться. За два года я прочла почти все книги с нижних полок. Я их просто «глотала». Разного формата. Разных жанров. Толстые, тонкие, большие и маленькие, с картинками и без. Мне было всё равно, лишь бы читать. Многие считают, что маленькие дети любят с картинками. Но я думаю это лишь те, кто не умел читать, не мог упиваться прочитанным, смаковать каждую страничку и сопереживать героям. Я же считала себя взрослой и презирала тех, кто печатным буквам предпочитает разноцветные картинки.

Моё успешное завершение учёбы решено было отпраздновать в ресторане, но моя бабуля решительно высказалась, против собрав веские аргументы.

Во-первых, ресторанная еда – это всего лишь общепит хоть и с тремя звёздами Мишлен. И хоть она приготовлена лучшими поварами, но не с душой и любовью, как домашняя.

Во-вторых, это глупо отдавать деньги чужим людям за то, что можно приготовить самим.

Моя родная бабуля по папиной линии и её младшая сестра были людьми старой закалки. Получив блестящее воспитание и образование, бабушка Вера работала в министерстве водного хозяйства, а её сестра Шура в городской администрации. Помимо этого, они прекрасно готовили и пекли. Ни один праздник не обходится без очередных шедевров кулинарии, которыми нас подчивали мои бабули.

У папиных родственников, а вернее у бабушек, я прожила семь счастливых лет. О, это было по истине чудесное, волшебное, сказочное время.

Глава 3

Неожиданные перемены

. Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается.

В один из летних погожих дней, не суливших ничего плохого, на пороге дома появилась моя мама. Она явно была в положении (взрослые книги я тоже читала и знала, что это такое). Она безцеремонно предъявила опешившим бабуля все права на покинутую когда-то дочь. Воспитание, образование, чувство такта, не позволяли бабушка спорить с маман и предъявлять ей все «за» и «против». Поэтому они, собрав мои вещи, попрощались и, не поднимая скандала, проводили меня на новое место жительства.

Я догадывалась что, не от большой любви и уж не от раскаяния о содеянном, моя маман вспомнила о брошенной дочери, которую семь лет не видела. Ей нужна была помощница по дому.

Дядя Ахмат был коренастым здоровячком, ниже Ниночки почти на пол головы. Он очень походил на медвежонка из известного мультика «Винни Пух и все – все – все». Был таким же пухленьким, кругленьким с большой головой, но в отличии от мультяшного героя у него намечалась лысина, которую прикрывала маленькая кругленькая шапочка с кисточкой.

«Винни Пух», как окрестила его я, был третьим, после моего отца и его друга, официальным мужем моей маман. Конечно, он и в подмётки не годился статным, красивым, подтянутым офицерам. Но по сравнению с ними имел очень весомое преимущество – он был, как пухленький кошелёк набит деньгами.

Жил он на побережье Средиземного моря, на юге Турции, в городе Аланья, и являлся совладельцем одной из торговых фирм, специализирующихся на продажи текстильной продукции и сувениров. К тому же, в Москве, он открыл несколько магазинов и закусочных. Всё это делало его очень завидным женихом и вполне компенсировало недостатки внешности.

Ниночке пришлось очень потрудиться чтобы его «охомутать». Она, как тигрица, в жёсткой борьбе за завидного жениха, отстояла право на его обладание. Мечта моей маман сбылась, – она стала богатой, состоятельной женой турка.

И так как Ниночка не захотела переезжать в незнакомую ей страну, то её толстенькому «медвежонку» пришлось разрываться между родным, Турецким побережьем и семьёй. Он как челнок мотался из Турции в Россию, и обратно. Ниночка не видела мужа месяцами и этот расклад её вполне устраивал.

Она по-прежнему нигде не работала, считала это ниже своего достоинства.

– Зачем гробиться за грош? Есть богатенький муж, который исполнит любые её прихоти. «За ним как за каменной стеной можно было не бояться никаких трудностей», —говорила она подружкам.

Но, как бы хорошо не сложилась её жизнь, она почему-то всё чаще вспоминала Вадима, первого мужа и оставленную дочь. Поэтому обговорив всё с «Винни Пухом», она решила, что девочка наконец должна жить с мамой, а не с престарелыми бабульками. Все требования и денежную помощь по воспитанию дочери она приняла с радостью. Обе сторон договорились и даже подписали, и заверили у нотариуса документ, по которому Карина должна была продолжать музыкальное образование (все расходы бабушки взяли на себя) и свободное общение и проживание с обеих сторон.

Вскоре у Ниночке родилась девочка. Черноглазая смуглянка Сабина была точной копией отца. Пухленькие щёчки, чёрные кудрявые волосы, чётко очерченные скулы и чуть горбатый носик, явно свидетельствовали о принадлежность к восточным красавицам. Ахмат был счастлив, ведь за дочку, по традициям востока, он мог получить калым (откуп невесты со стороны жениха).

Время пролетело незаметно. Каринка, как белка в колесе крутилась между общеобразовательной и музыкальной школами, а ещё бабушки настояли, чтобы она посещала частные уроки английского, французского и итальянского языков. Конечно всё это было оплачено ими.

Помимо музыкальной школы и иностранных языков бабушка Вера и бабушка Шура водили её в воскресную христианскую школу. Это было тяжеловато, но как говориться, – «тяжело в ученье – легко в бою».

–Терпи дорогая, – ласково гладя по голове, утешала бабушка Вера. – В наше время молодой девушке, из такой престижной семьи как наша, все это знать было необходимо.

– Ты наследница нашего рода, – вторила ей бабушка Шура. – Поэтому тебе необходимы эти базовые знания. В будущем они тебе пригодятся.

Каринка очень любила своих бабушек и поэтому стиснув зубы и собрав всю волю в кулак, терпела и училась всему тому, что обязана знать наследница рода Шуваловых. В общем каждая минута у Карины была расписана.

Вскоре, к огорчению бабушек, и большой радости Карины, воскресную школу пришлось покинуть. Не по годам развитый ребёнок задавал такие вопросы учителям, что они в смущении отворачивались и укоризненно качали головами. Наводить смуту и сомневаться в правильности их учения они никому не могли позволить и поэтому вопрос о посещении воскресной школы сам собой отпадал.

Каринка облегчённо выдохнула и увлеклась гаданием и эзотерикой. Благо, что книг по этой части у бабушек было предостаточно.