Его угасающее сознание не могло сразу воспринять всего творящегося вокруг. Один раздражитель за раз. Чувства мерцали, сменяли друг друга, слабели. Холод от покрывавшего тельце снега. Мельтешение теней, носящихся из стороны в сторону. Врывающийся в уши вой бесполезных сирен. Боль в сломанных лапках.

Разум кота был настолько сосредоточен на этой бесконечной череде, что не сразу осознал – появилось новое ощущение. Испуганное тепло, дрожа и хныча, обнимало его.

– Бедный котик… – рыдало оно. – Прости нас, прости, прости…

Маленькое тепло почему-то не присоединялось к бегающим теням, не паниковало из-за сигналов тревоги. Глупенькое, оно решило потратить свои последние минуты на плач по умирающему, не зная, что присоединится к нему лишь немногим позднее.

– За что? – бормотало тепло. – Почему с тобой такое сделали?..

Предсмертный туман во взгляде кота пронзила кровавая вспышка воспоминания. Женщина, хозяйка, избивающая его и что-то кричащая. А до этого… “Точно. Я столкнул её любимую вазу со стола. Что ж. Кажется, мне всегда нравились игры с гравитацией” – подумал кот. Это была странная мысль. Сложная, совсем не животная. Первая мысль за всю его короткую кошачью жизнь.

Глаза кота вдруг широко открылись в безумии осознания.

Открываться начали и шахты ядерных ракет по всей Земле.

Капельки рождённых из-за чужой боли слёз упали перед кошачьей мордочкой, растапливая хороший, чистый снег обычной зимы. Ещё не те мрачные хлопья бесконечной ночи, на которые уже некому будет плакать.

– Не бойся, котик, не бойся… – всхлипнуло тепло, маленький сострадающий человечек.

Это была девочка лет десяти. Она заметила взгляд кота и всё поняла правильно. Для него пошёл короткий обратный отсчёт. Девочка гладила умирающее животное по голове – эти слабые прикосновения затмевали боль от самых сильных ударов – и успокаивала:

– Ничего, родной, ничего, все котики попадают на радугу, сейчас уже всё закончится…

Она была права. Отсчёт подошёл к концу. Кот вздрогнул последний раз, его глаза медленно закрылись.

Как и жуткие ракетные шахты, отчего-то не успевшие исторгнуть из себя конец света.

***

Боль, холод и вой сирен отступали. Но вместе с ними уходило и тепло, которое он так стремился удержать.

– Приветствую на Станции Восстановления Души “Радуга”, уважаемый генерал Сик.

Телепатическое сообщение от ИИ станции ворвалось в разум кота, отвыкший от подобных форм общения. И прогнало остатки тепла.

– Уже скоро вы сможете полноценно пользоваться новым телом, – продолжал ИИ. – С вами хочет связаться глава разведки. Позвольте соединить?

Сик послал мысленный кивок. Он пока не мог открыть глаза – даже не был уверен, есть ли они, – и наслаждался темнотой без единого раздражителя.

– Уважаемый генерал Сик, поздравляю вас, – произнёс новый “голос”. – Мы успешно завершили операцию. Вы… можете наконец отдохнуть.

– С… их… пор…

Сик разозлился на самого себя. Неужели его разум настолько ослаб? Телепатия – это ведь не про напряжение связок и мышц, не про приемлемую газовую среду. Это ведь так же просто, как…

– Думать.

Или провалиться в бездну стыда. Взрослый кот, а не сумел отделить “тихую” мысль, от “громкой”.

– Не беспокойтесь, уважаемый генерал. Просто расслабьтесь. Вы тысячи лет не пользовались телепатией, никто вас не осудит.

– С каких пор я генерал? – Сик, наконец, справился со своими мыслями.

– Вы были повышены в звании восемьсот один год назад. Желаете ознакомиться со списком титулов и наград, присвоенных вам Содружеством, а также Псовым Союзом?

– Я думаю, мы пока без этого обойдёмся, компьютер, спасибо, – рассмеялся глава разведки.

Сик переваривал информацию. Сотни, тысячи лет он умирал в муках и возрождался вновь. Череда сломанных костей и раздробленных суставов, кровь, вырванные клочья шерсти, злоба и крики. Каждую новую жизнь он начинал без памяти, с нуля. Но сейчас наконец-то помнил все.

Генеральское звание, заработанное бесчисленными смертями, не помогло предотвратить вой сирен в тот день последней жизни.

– Всё было зря. Земля… погибла? – только и смог подумать Сик.

– Разумеется, нет, генерал! – от главы волной разошлось негодование с искорками веселья. – Мы вмешались в последнюю секунду, когда стало ясно, что ядерной войны не избежать.

– Что теперь? В дальнейшем “смягчении” ведь нет смысла?..

– Вы правы. Нам пришлось раскрыть карты. Мы уже готовим человечество к интеграции в космическое сообщество.

– Всех моих… наших агентов эвакуировали?

Глава разведки замялся на секунду, но скрывать не стал:

– Некоторые пожелали остаться. Сам понимаешь, Сик. Если хочешь, можем отправить и тебя.

Сик послал мысленную усмешку:

– После того египетского периода, когда нас считали божествами, у меня было маловато светлых моментов, глава. Но я рад за тех, кто решил остаться.

Глава разведки вздохнул – наверняка и физически тоже. Сик отчётливо представил, как поникли его пышные вибриссы, гордость и зависть половины флота.

Конец ознакомительного фрагмента.