Максим Горшков.

Имбирь.

Рассказ.

Марина Сергеевна стояла в очереди за колбасой и от скуки разглядывала продукты. Колбаса лежала перед ней в холодильнике и была разная. Бледная и однородная — докторская, розовая, с волокнами мышц и большими кусками белого жира — ветчина. Колбаса, которую она хотела, была темно-коричневая, бугристая, твердая и тоже с жиром в своей плоти. Вид колбасы вызывал приятные переживания: в ее твердости было что-то прочное, жизнеутверждающее, а жир как бы обволакивал и успокаивал. Вдруг Марина Сергеевна увидела на прилавке какие-то клубни — бежевые, безобразной, угрожающей формы и с растительными волосками. Клубни забрали ее интерес, и она отвлеклась от темно-коричневой колбасы.

— Что это? — спросила она и получила из очереди ответ:

— Имбирь.

Марина Сергеевна имбирь раньше не видела, но знала о его существовании. Подошла ее очередь, она сказала отрезать ей полкило колбасы. Она смотрела, как нож продавщицы углубляется в колбасную плоть, и чувствовала это движение физически, как будто сама была ножом — легко проходила сквозь кусочки жира и с трудом протискивалась через твердое мясо.

Продавщица была низкая, с широкой грудной клеткой, но с маленькой грудью и без талии, и от этого всего была похожа на цилиндр. Наверное, продавщицы должны быть именно такими, — подумала Марина Сергеевна, — потому что высокий рост при стоячей работе приводит к варикозу ног и прочих частей тела. К тому же маленькие люди имеют короткие руки и быстрее ими орудуют, а это важно для продавцов.

— Возьмите имбиря, — сказала цилиндрическая продавщица, увидев, что Марина Сергеевна на него смотрит.

— А как его есть? — спросила та.

— Его пьют, — ответила из очереди маленькая серенькая старушка с осторожным голосом, — заваривают в кипятке. Это полезно. От желудка, головы, от лишнего веса.

— Ладно, дайте мне полкило имбиря.

— Зачем же вам полкило, — осторожно удивилась старушка, — кусочка хватит на неделю. — Она показала трясущимися пальцами размер в сантиметров десять.

Марина Сергеевна пришла домой и положила купленные продукты в холодильник. Муж еще не пришел с работы, а сын гулял после школы. Проходя по коридору, она остановилась возле зеркала. — Толстуха, — сказала она расстроенно. Потом пощупала жир на животе и добавила, — Хотя еще нормально, еще не свинья.

Полнота не слишком портила ее. Она была крупной и обладала большим запасом внутренних объемов, поэтому жир, заполняя их, делал ее тело не столько полнее, сколько крупнее и мягче.

Мужу ее полнота не мешала, потому что радость его жизни давно отделилась от тела жены и прикрепилась к телевизору и пиву. У него был широкий таз, узкие плечи и маленькая голова с равнодушным лицом. Когда он садился в кресло, был похож на грушу.

Марина Сергеевна раньше не имела большой телесной нужды в мужчине, поэтому от равнодушия мужа не страдала, но теперь, в сорок два года, такая нужда усилилась и вызвала заботу о внешности.

С надеждой на похудение она поставила чайник на газ, достала из холодильника имбирь и нарезала кое-как тупым ножом. На доске осталась лужа сока, и она, обмакнув в него палец, облизала его. Во рту стало больно, но вкусно. Она достала с полки свою большую белую чашку, положила в нее имбирь и налила кипятка. Имбирь всплыл и выпустил дурманящий запах. Марина Сергеевна положила в чашку сахара и принялась пить маленькими глотками. Каждый глоток создавал во рту боль, которая сменялась наслаждением, и она хотела нового глотка сильнее прежнего. Так она выпила всю большую чашку, стала румяная и довольная, а потом легла на свою мягкую кровать. Она любила спать на мягком. Мягкое как будто вбирало в себя и ограждало от забот и тревог внешнего мира. Наступило расслабление, беззаботная инфантильная дремота, и сон. Во сне она бежала на четырех ногах и нюхала воздух. На земле лежал толстый слой старых пахучих листьев, а утреннее солнце освещало все розово-оранжевым светом. Марина Сергеевна чувствовала себя хорошо, жизненные соки легко двигались внутри тела, ощущения были простыми, плотными и радостными. Вдруг она почувствовала запах имбиря. Ее сильное тело побежало вперед, нюхая воздух, а потом резко остановилось и уперлось в землю носом. Нос оказался большим мягким пятаком. Марина Сергеевна начала упорно им рыть. Пятак испытывал приятный зуд и наслаждение от погружения в почву. Счастье приближалось с каждым новым движением, а потом, неожиданно, наступило. Она схватила сырой пахучий корень, и он наполнил ее рот острым и вкусным соком, который, казалось, заливал все тело.

Конец ознакомительного фрагмента.