Недостойная для дракона (черновик)

Пролог

─ Ксана Андреевна, ─ шептала Светка, размазывая слёзы вместе с тушью по бледным щекам, ─ что делать?

─ Не паникуй! ─ мне пришлось говорить жёстко, иначе, если я ещё буду мямлить, мы точно не выберемся, ─ берите детей и закройтесь в операционной, там три двери, запри все.

Я посмотрела, как четыре медсестры повезли, повели и понесли деток в сторону операционной. А я пошла ко входу в отделение. Через меня он точно сразу не пройдёт, а там глядишь и Росгвардия подоспеет.

Как назло, все врачи оказались отрезаны от нас этим ненормальным, который запер их на утренней планёрке на кафедре.

Я вышла из отделения, заперла дверь, ключ выкинула и встала, впервые в жизни порадовавшись своей грузной стокилограммовой фигуре, даже, если он и стукнет меня, сразу ему мою тушку не оттащить. Прислушалась, со стороны лестницы ничего не было слышно, лифты он, гад, тоже заблокировал, да и деток не слышно, даже самые маленькие, поняли, что надо тихо как мышки, и не плакали. Они здесь у нас в онкологии все такие, почти не плачут.

«Что там Светка сказала? Видела в окно росгвардейцы уже подъехали, дай бог успеют»

Дверь с резким звуком распахнулась и в проёме показался высокий, прилично одетый, и если бы не глаза, налившиеся кровью, с полопавшимися сосудами и странным образом кривившийся рот, то можно было бы сказать, что и симпатичный, мужчина.

─ В сторону, ─ махнул он мне автоматом, или что там у него было за оружие, я в оружии плохо разбиралась, хотя и военнообязанная, но всю жизнь проработала медсестрой, последние десять лет старшей.

─ Сынок, ─ решилась я пробиться сквозь пелену ненависти и безумия, ─ зачем ты так, они же дети.

─ Мой тоже был ребёнком, ─ буквально выплюнул, сошедший с ума от горя отец, ─ а вы его убили.

─ Так бывает, не всем можно помочь, ─ сказала я и он, размахнувшись попытался напугать меня прикладом.

─ Уйди, старуха! ─ крикнул он, а я, заметив, что в окне показались тросы, решила, что осталось совсем немного и рухнула, ещё больше перегородив вход, чтобы он не смог меня оттолкнуть.

Он нацелил на меня оружие:

─ Уйди, добром прошу.

─ Не уйду, ─ упрямо сказала я, и увидела растерянность в его глазах, и у меня родилась надежда, что всё ещё может закончиться благополучно. Но в этот момент одновременно произошли сразу три события.

Резкий звук бьющегося стекла, дрогнувшая рука мужчины и выстрел…

Что-то больно ударило меня в грудь, и в следующий момент я вдруг поняла, что не могу вдохнуть.

Перед глазами стало мутно, но я успела увидеть, как люди в касках и бронежилетах, впрыгивают в окно, как сыпятся сверкающие осколки, они роняют на пол террориста. И последняя мысль была: «Успели, мальчики».

Глава 1

Кто-то бил меня по щекам.

«Офигели совсем? ─ подумала я, не открывая глаз, но понимая, что дышать могу, ─ Что это за методы реанимации, я вообще-то почти герой!»

И я, не глядя, кулаком двинула прямо перед собой, раздался сдавленный стон, и экзекуция закончилась. Я медленно открыла глаза.

«Я в гробу?» – вокруг было темно, немного света пробивалось из узкого окошка, и я вдруг поняла, что если я и в гробу, то он, во-первых, на колёсиках, а во-вторых, двухместный. Потому что напротив меня сидела здоровая, толстая, рыхлая какая-то деваха, держась за глаз.

– Что вы дерётесь-то? – спросила она.

– А ты что руки распускаешь? – сказала я вслух, поразившись тому, что голос у меня не мой обычный громкий и резкий, а тихий, нежный. Я явно говорить громко не привыкла, и, как-то это слабенько получилось. И девица, похоже, воспряла, подумав, что раз голос слабенький, то и я слабенькая.

– Так вы не отзывались, – уже более нагло сказала она. – А скоро постоялый двор. А вы как заснули, так всё и спите. Мне вона начальник стражи сказал вас разбудить.

– Ну и разбудила бы, – сказала я, про себя отмечая странности про «стражу», – Что по щекам-то хлестать? Ты вообще кто такая?

Девица посмотрела на меня странно.

– Как это кто? Шаня я, – и как только она это сказала, у меня будто какой-то канал открылся, и в мой мозг хлынула информация. Имя девицы словно приоткрыло какой-то люк, над которым протекала река и сейчас воды этой реки «заливались мощным потоком» прямо мне в мозг.

Мелькали какие-то сцены, я ощущала какие-то чувства, эмоции, но мозг отказывался принимать странную информацию. Мне нужно было время, чтобы просто осознать: что это вообще? Почему я уверена, что все эти мысли, чувства, ощущения и знания принадлежат мне?

Глаза мои были полуприкрыты, поэтому я заметила, как сидящая напротив Шаня снова встала и размахнулась, видимо собираясь снова ударить меня по щеке. Я перехватила её руку и сжала, поразившись тому, что сила моя вроде бы со мной, и снова раздался стон. Я открыла глаза, продолжая сжимать руку нахальной девки, девица от боли опустилась на колени, и теперь я смотрела на неё сверху вниз.

– Ещё раз попытаешься ударить, я тебе руку сломаю, поняла? – почти ласково сказала я.

– Да-да, – жалобно стала отвечать Шаня. – Простите, госпожа, простите!

– Так-то лучше, – сказала я.

– Села на лавку! Быстро! – я отпустила её руку и только тогда обратила внимание на свою. Повертела её перед лицом, узкая тонкая кисть с длинными красивыми пальцами.

«Так… я не поняла, где моя пухлая ладошка с пальцами-сосисками, на которые только одно кольцо и налезало? Бабушкино. Так, а кольцо-то где?» – Я посмотрела на вторую руку. Никаких колец у меня вообще не было. И это было странно, потому что в памяти были эти руки, но украшенные красивыми кольцами и браслетами.

«Попёрли, – подумала я. – Пока я, значит, тут спала, и попёрли!» – и я с подозрением посмотрела на деваху.

– А где мои украшения?

– Ой, госпожа, не пугайте меня, – сказала Шаня. – У вас же всё забрали перед тем, как отправить в монастырь.

И как только она сказала про монастырь, тут же словно открылся шкафчик памяти, ещё одна полочка. Но, прежде чем снова уйти в себя, я строго посмотрела на деваху и сказала:

– Так, я сейчас ещё немного подремлю, а ты меня не вздумай руками будить. Как будем подъезжать к постоялому двору, позовёшь. Это понятно?

– Понятно, госпожа, – сказала Шаня, всё ещё потирая правую руку.

Я попыталась осознать новую информацию.

«Похоже, я… попала,» – подумала я, возблагодарив Бога и свою подругу Ленку, что таскала мне фантазийные книжки про попаданок. Вот уж не думала, что со мной это случится.