* * *

© Люцида Аквила, 2026

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2026

* * *

Глава 1
Воспоминания из прошлого

На рынке в Чэнду^[1] было оживленно. Хотя на днях в город вторглись захватчики из Северной Сун, паника среди мирных жителей продлилась недолго. Когда стало ясно, что вражеская армия не намерена убивать и грабить, население вернулось к привычной жизни, чтобы не лишать себя хлеба.

Вдоль длинной широкой улицы тянулись прилавки, торговцы выкрикивали предложения, стараясь продать товар не только мирным, но и воинам, некоторые из которых лениво прогуливались по рынку, получив разрешение от генерала. Яркие ткани, изделия ручной работы, свежие овощи и фрукты, соленые и сладкие деликатесы, хорошо освещенные лучами солнца, привлекали внимание и вынуждали посетителей кочевать от прилавка к прилавку. Гул голосов наполнял воздух, и в этом шуме можно было расслышать все: от веселого смеха до цен и требований покупателей продать подешевле.

Гуань Ян осмелился взять своего учителя за руку, когда они протискивались сквозь толпу возле лавки с ароматной выпечкой, куда стеклась, казалось, половина рынка. От его движений металл черных доспехов звенел и поскрипывал, вынуждая прохожих оборачиваться и провожать взглядом его – высокого юношу с собранными в хвост волосами, ведущего за собой мужчину пониже в похожем серебристом одеянии.

Ранее Гуань Юй, слегка неуверенно следующий за учеником, чья армия на днях завоевала этот город, предлагал им переодеться во что-то менее броское, но Гуань Ян отказался снимать доспехи, беспокоясь, что в городе может быть опасно. Пускай мирное население и не пыталось биться с захватчиками, это не означало, что, когда генерал Гуань и его спутник снимут доспехи, их сердца не пронзят стрелы отмщения.

– Я не переживу, если учителя ранят, – признался Гуань Ян перед прогулкой, заставив Гуань Юя смеяться. Они оба знали, что Бога Войны не убить рукой смертного.

К сожалению или к счастью, Гуань Юй был мягок по отношению к единственному воспитаннику, поэтому спорить не стал и послушно вышел в доспехах. Благо в обмундировании они были не одни: воины, попадавшиеся им на пути, тоже не переоделись – лишь очистили одежды от грязи и пыли.

– Учителю не кажется это странным? – задумчиво спросил Гуань Ян, оглядывая кипящий привычной жизнью рынок и людей, которых, казалось, заботили только заработок и покупки. Его глубокий грудной голос прозвучал тихо, чтобы слова не достигли лишних ушей.

– То, что население не пытается ткнуть в нас чем-то острым? – столь же тихо ответил Гуань Юй.

Они вдвоем двигались вдоль улицы прогулочным шагом, аккуратно огибая небольшие группы проходящих мимо людей. Ради приличия Гуань Ян уже отпустил ладонь учителя, шагающего с ним плечом к плечу.

– Именно. Либо местные столь миролюбивы, либо были готовы к скорому падению собственного государства.

Гуань Юй пожал плечами, и металлические пластины на них скрипнули.

– Ну-у-у, – протянул он, взглянув на белых птиц в голубом небе, – учитывая, что император Чжао^[2] после восшествия на престол сосредоточился на покорении южных земель, превратив это в почти главное дело своей жизни, думаю, слухи о его целях и успехах быстро достигли близлежащих земель, поэтому многие отчасти были готовы к вторжению.

– Как думаете, Куанъиня здесь примут?

Гуань Юй бросил на него предупредительный взгляд.

– Тебе не стоит продолжать называть императора по имени.

– Почему? – Гуань Ян насмешливо улыбнулся. – Мы вместе служили, пока он не взошел на трон и не создал империю Сун^[3]. Я и по сей день помогаю ему строить мир, мы давно считаемся побратимами. На людях я обращаюсь к нему официально, но при вас или при нем так не делаю, чтобы не воздвигать стену между ними. Не хочу, чтобы он решил, будто из-за изменения его статуса я начал отдаляться. Мы должны доверять друг другу, иначе ему быстро внушат, что я могу последовать его примеру и тоже попытаться занять трон.

– А ты не думаешь об этом? – Гуань Юй слегка прищурился, глядя на ученика.

С губ Гуань Яна сорвался смешок. Взглянув на своего бога, он с очаровательной улыбкой сказал:

– Учитель, все, чего я хочу, – это получить как можно больше благодарностей, чтобы очистить карму и поскорее вознестись. Зачем мне трон, если в любой момент меня призовут на небеса?

– И то верно… – задумчиво протянул Гуань Юй – Но разве тебе не хочется взять в руки бразды правления? Тебя ведь не устраивают некоторые решения императора.

Гуань Ян остановился посреди улицы, и его улыбка стала шире.

– Учитель, вы меня испытываете? Хотите понять, насколько чисты мои помыслы?

– Вовсе нет, – отмахнулся Гуань Юй, встав напротив. – Просто не хочу становиться помехой на пути к исполнению твоих желаний, ведь на небеса ты стараешься вознестись по моей просьбе. Я переживаю, что ограничиваю твою свободу.

В этот момент взгляд черных глаз Гуань Яна, который обычно можно было описать как «холодная беспросветная бездна», наполнился теплотой и нежностью.

– Вам не о чем волноваться. Все мои желания связаны с вами. Этот ученик будет смиренно ждать вознесения, чтобы продолжить следовать за учителем. Я готов бросить все, что у меня есть в этом мире, лишь бы вы не покинули меня. – Он сделал жест рукой, предлагая идти дальше по улице, и Гуань Юй последовал за ним. – Но на мой вопрос об императоре все же ответьте. Мне интересно ваше мнение.

– Примут ли его здесь? – задумчиво повторил Гуань Юй, словно давая себе время подобрать ответ. – Думаю, у людей нет выбора, а что касается искреннего почитания императора – возможно, и оно скоро появится. Все-таки его цели, желание навести порядок в управлении и вернуть мудрых и честных чиновников весьма похвальны. Да и, как я слышал, он планирует снизить фу^[4], людям это должно понравиться. – Голос Гуань Юя звучал спокойно, а слова стекали с его уст как вода.

Услышав его мнение, Гуань Ян почувствовал, как душу наполняет радость. Он искренне хотел, чтобы после его ухода созданная другом империя продолжала процветать.

– Как думаете, сколько добрых дел мне осталось выполнить до вознесения? – спросил Гуань Ян, притормаживая возле прилавка с элитными тканями. За время беседы он решил прикупить что-нибудь для императора и подарить при встрече, когда вернется.

– Не знаю, – тихо ответил Гуань Юй. Вместе с торговцем он наблюдал за тем, как взгляд Гуань Яна скользит по разноцветному шелку. – Просто продолжай радовать окружающих, и в один момент их благодарности поднимут тебя к небесам.

Торговец – невысокий крепкий мужчина в расцвете сил, облаченный в не такие дорогие ткани, как на его прилавке, – странно покосился на них, видимо, краем уха услышав его слова, но остался безмолвным.

– Я возьму вот эти. – Гуань Ян указал на золотой и алый свертки. – И эти. – Он кивнул на небесно-голубой шелк, который было бы чудесно украсить вышивкой в виде летящих облаков.

– Как скажете, господин, – заискивающе произнес торговец. – Заберете сами или отложить для вашей прислуги?

– Сам.

Гуань Ян выпрямился, так что его макушка закрыла солнце, и мрачная темная тень опустилась на торговца. Тот тяжело сглотнул, снизу вверх глядя на генерала армии Северной Сун, и принялся спешно упаковывать ткани.

– Разве император любит носить голубое? – тихо поинтересовался Гуань Юй, наклонившись к его уху.

Гуань Ян с заботой посмотрел на него.

– Этот подарок для учителя. Я бы не достиг тех успехов, которыми могу похвастаться, если бы вы не поддерживали меня. – Его голос звучал как мурлыкание выкормленного человеком кота.

Гуань Юй отстранился и неловко отвел взгляд в сторону. Кончики его ушей слегка покраснели.

– Не стоит. Ты даришь мне подарки почти каждый день.

– Потому что моя жизнь продолжается лишь благодаря дражайшему учителю. Разве могу я это игнорировать? – Гуань Ян говорил так, словно по-настоящему проявлял невинное почтение, но Гуань Юй слишком хорошо знал этого одомашненного тигра. Привязанность зверя давно пересекла порог невинности, в чем Бог Войны не переставал убеждаться изо дня в день или хотя бы через день…

Осознав, что ничего не сможет и не хочет с этим делать, Гуань Юй выдохнул и вновь посмотрел на ученика.

– Хорошо, поступай как хочется, мне важнее, чтобы рядом со мной ты чувствовал свободу. Пусть я спас тебя и взял под свое крыло, это не значит, что теперь ты мне обязан. Не забывай об этом.

– Не забуду, – легко ответил Гуань Ян и, заплатив торговцу, забрал три свертка с тканями. – Все, что я делаю для учителя, идет от самого сердца, и мне это искреннее нравится. – Он сложил подарки в поясной мешочек. – Пойдемте еще немного прогуляемся, хотите что-нибудь посмотреть на рынке?

– Я бы вернулся к тому прилавку с выпечкой, у которого собралась толпа. Интересно, откуда такой интерес?

Гуань Ян согласно кивнул и направился в обратную сторону. Он поравнялся с учителем, стараясь держаться поближе к нему, но при этом не задевать покрытым металлом плечом. Наслаждаясь свежим ветром и теплым солнцем, он иногда поглядывал на прохожих, подмечая выражения их лиц и настроение, а также мельком осматривал освещенные естественным светом прилавки. Яркие лучи добавляли товарам красок и украшали их дорогим блеском, что еще больше привлекало посетителей, создавая шумную и энергичную обстановку вокруг.

Возле палатки с выпечкой до сих пор кучковались люди. Толпа оказалась такой плотной, что учитель и ученик замедлили шаг, чтобы издали найти удобный путь. За чужими головами и льнущими к друг другу телами не было видно, что именно скрывалось на прилавке и притягивало к себе столько внимания. Но густой мясной аромат, смешивающийся с запахом свежеиспеченного теста, позволил предположить, что скупали не сладости.

– Учитель, не бойтесь шагать шумно, – шепнул Гуань Ян и уверенно направился к толпе, гремя доспехами.

Характерные для металла звуки естественным образом заставили всех обернуться на двух воинов, чей внешний вид был куда краше и в то же время более пугающим, чем у обычных солдат. Гуань Юй и Гуань Ян шли прямо, не сворачивая и не пытаясь никого обогнуть, и при виде их напора люди начали расступаться.

Мужчина и женщина средних лет, стоявшие за прилавком, вытянулись как две натянутые струны и во все глаза уставились на гостей, которые, судя по их виду и поднятому шуму, пришли устраивать разбирательство. Толпа вокруг напряглась еще сильнее и затихла, словно на похоронах, когда Гуань Юй и Гуань Ян опустили взгляды на вполовину опустевший прилавок, заполненный горячими лепешками, которые только что достали из печи позади торговцев.

– Это… – Гуань Ян слегка наклонился, скрипнув металлом, и втянул носом аромат выпечки. – Это лепешки с ослиным мясом? – Он медленно поднял угрожающий взгляд черных глаз на торговцев.

– Д-да, господин, – вздрогнув, выдавил из себя мужчина в простом сером фартуке.

– Северное блюдо на юге? – задумчиво пробормотал Гуань Юй, стоявший рядом. – Теперь ясно, откуда к вам столько внимания, – беззлобно добавил он.

– Вы не местные? – бдительно спросил Гуань Ян.

– М-мы перебрались сюда несколько лет назад, – неуверенно ответил мужчина.

– С севера?

Мужчина шумно сглотнул, кивая:

– С с-севера.

Гуань Ян выпрямился, неотрывно глядя на пару перед собой. По его лицу было непонятно, о чем он думал или как относился к тем, кто, возможно, перебрался сюда с вражеских территорий.

– Можно нам две лепешки? – вдруг спросил Гуань Юй. – Мы, если честно, просто подошли поесть. Не пугайтесь, вам ничего не грозит. Правда ведь? – обратился он к Гуань Яну.

Стоило взгляду ученика столкнуться со взглядом учителя, как мрачная тень, укрывавшая прекрасное гладкое лицо Гуань Яна, рассеялась, уголки губ приподнялись, а в черных радужках заискрилось тепло.

– Конечно, – послушно промурлыкал он, глядя в поблескивающие на свету зеленые радужки.

Женщина за прилавком тихо выдохнула и тяжело опустилась на стул, а мужчина тем временем поспешил завернуть в промасленную бумагу пару лепешек. Потом послушно протянул свертки, держа в обеих руках.

– В-вот, плата не нужна, – сказал он, склонив голову перед Гуань Юем. – С-считайте это нашим приветствием.

– Спасибо. Удачных вам продаж. – Гуань Юй забрал лепешки с широкой улыбкой, при взгляде на которую сердца́ его ученика и торговцев пропустили удар. – Пойдем, не будем задерживать очередь, – подтолкнул он Гуань Яна и почти бесшумно развернулся.

Гуань Ян бросил бесстрастный взгляд на торговцев, скорее, для поддержания генеральского образа, а не ради попытки вновь запугать, и последовал за учителем. Но стоило им отойти, как он дернул за шкирку разглядывающего сувениры сослуживца и велел заплатить за две лепешки с ослиным мясом.

– Передай торговцам, что генерал Гуань не пользуется статусом, чтобы получать еду от местных. Он благодарен за подарок, но хочет заплатить за него, как и все.

– Да, генерал, – отчеканил крепкий невысокий юноша и развернулся.

– Ты слишком переживаешь, – спокойно произнес Гуань Юй, протягивая ему лепешку. – Уверен, ты не первый чиновник, которого приходится угощать. Торговцы привыкли.

– В этом и проблема. Скольких солдат они сегодня уже накормили? – Гуань Ян выхватил лепешку.

– Тогда странно, что генерал платит, а его подчиненные – нет. Теперь люди будут гадать, как при таком честном руководстве появились непорядочные служащие. – Гуань Юй говорил, как всегда, мягко, но сейчас его слова резали без ножа, поэтому Гуань Ян не выдержал и нахмурился.

Грозовые тучи начали сходиться над его макушкой, и при виде этого Гуань Юй издал невольный смешок. Потом отломил кусочек лепешки и затолкал воспитаннику в рот.

– Не верь всему, что говорит этот старик, – тут же сказал он, имея в виду себя. – Если смотреть с другого угла, твой поступок тоже правильный.

«И что же в нем теперь правильного?» – со вздохом подумал Гуань Ян и прикусил кончик чужого пальца, вынудив Гуань Юя с удивленным вздохом отдернуть руку.

Учитель посмотрел на него, как на непослушного щенка, и Гуань Ян сразу позабыл половину своих тревог. Прожевав теплое и мягкое тесто с мясом, он сказал:

– Учитель, не хотите поесть цзяоцзы^[5]? Лепешки ненадолго притупят чувство голода, но лучше подыскать место для полноценной трапезы.

Гуань Юй, с укором смотрящий на него, кивнул.

Гуань Ян откусил кусочек собственной лепешки и, вытянув шею, поочередно посмотрел в оба конца улицы. Слева он заметил лапшичную, а справа – реющую вывеску, на которой были изображены цзяоцзы и миска риса рядом. Заведение находилось неподалеку, но за время пути они успеют доесть.

– Я выбрал, пойдемте, – позвал он и прошел мимо учителя.

Толпа на улице поредела, но им все равно приходилось огибать прохожих, виляя из стороны в сторону. Лепешки они уплетали неторопливо, наслаждаясь вкусом порубленного жареного мяса с обильным количеством специй. Съев половину, Гуань Ян достал из поясного мешочка сосуд из высушенной тыквы-горлянки и, сняв крышку, предложил Гуань Юю. После того как учитель сделал глоток, Гуань Ян позволил и себе отпить воды.