Мир полон чудес и любви. Рыжеволосой красавице-байкерше, возлюбленной парня Романа, ничего не стоит превратиться в волчицу. Но оборотни способны любить!

Глава 1

Может ли человек измениться? Хороший стать плохим, а плохой хорошим? Многие ответят отрицательно. Но в жизни ничего однозначного не бывает. Жизнь сама переменчива. И мы меняемся с учетом приобретенного опыта. Коля, после всего пережитого, понял, что надо беречь близких. Если у родителей мало времени, это не значит, что они тебя не любят. Просто будь с ними на одной волне, чувствуй единый дух всей семьи. Много переговорили-передумали многострадальные Чуповы. Поняли и родители, что виноваты в превращении сына в чудище. Теперь оставалось только простить друг друга, залечивать душевные и физические раны, так бездумно нанесенные.

Коля Чупов замечал, что часто думает про Агнесс. Казалось бы, что должен ненавидеть девчонку, из-за которой сам пострадал, которая предпочла ему другого… Но зла на нее не было. Наоборот, постоянно пытался анализировать, что с самого начала их знакомства пошло не так. Не надо было разыгрывать из себя матерого самца, не следовало прятать зарождающуюся симпатию за развязными повадками и приставаниями. Но дело прошлое. Агнесс уехала, в конце концов! А он все не мог выкинуть ее из головы, а может из сердца.

Коля старался переключиться на текущие дела. За родителями нужно было ухаживать: отец можно сказать заново после травмы позвоночника учился ходить, да и мать, наконец, дождалась протеза ноги и составляла ему компанию. Так и гуляли еще совсем недавно здоровые люди и преуспевающие предприниматели сначала по своему двору и саду, а потом и по близлежащим улицам села. Отец однажды решил проведать стройку дома в лесу, взял прораба, чтобы обговорить возобновление работ. Колю тоже позвал съездить, но у него было слишком много тяжелых воспоминаний с этим местом. Поэтому отказался. Пытался выглядеть прежним лихим Чупакаброй, когда во главе байкеров несся по районным дорогам и загородным трассам, а внутри была какая-то тоска. Друзья проинформировали, что Ромка уехал на поиски Агнесс. Ну и пусть! К Роману он испытывал все большую и большую антипатию. Ревность, зависть… Не хотелось ни видеть, ни слышать про него. Но с последним не получилось. Звонок Татьяны Семеновны, Ромкиной матери, которая странным образом присутствовала в его жизни и всячески опекала, ввел его в курс дела насчет ранения от взрыва в приграничном селе. Жалости к Ромке не было. Даже злорадное «пусть тоже хлебнет» пришло на ум. А Татьяна была расстроена и звонила просто выговориться. К ней была странная симпатия, но старался соблюдать дистанцию, когда магия юного образа при первом знакомстве рассеялась. Да и искреннюю поддержку теперь он очень ценил.

Глава 2

Агнесс было необычно чувствовать на себе тонкую ткань платья, непривычно прятать озябшие ноги под юбкой. А, может, это одежда влияет на поведение? Будь она в джинсах, казаках и косухе, вмиг сгруппировалась бы и, совершив привычный кульбит, юркнула бы в заросли валежника матерой волчицей. А тут какие-то рюши, воланчики, спутывающая движения широкая юбка! Туфельки на ногах! Ей ситуация не нравилась все больше и больше. Лесная чащоба не место для рафинированного создания. Между тем, шум становился все более явственным. Сюда ехала какая-то техника, и было уже достаточно светло, чтобы различить новоявленную русалку на поваленном дереве.

Так и вышло. Заплутавший БТР украинских вояк немножко притормозил перед поляной на болоте, и водитель указал солдату на женскую фигурку: «Це шо таке?». Стрелку через инфракрасный прицел ничего необычного видно не было. Но когда ему показали картинку справа за окошком, он тоже опешил. Женщина, ночью, в лесу… А через объектив опять ничего не было видно. Стрелку захотелось перекреститься (чур меня!), водителю захотелось выстрелить. За неимением у него индивидуального оружия, сгодилось и орудие БТР. Через секунду, испуганный вояка выпустил снаряд в сторону призрака. Яркая вспышка, оглушительный взрыв, тонны грязи из болота, земля в воздухе и на машине… В кабине стало темно из-за заляпанных окон. Казалось, вся топь выпрыгнула и накрыла их. Чертыхаясь, вояки рванули машину вперед, но, принюхиваясь к гнилостным, да еще теперь запахам гари, долго не решались открыть люк и высунуться наружу.

Над растревоженным лесным болотом поднималась заря. Хорошо было видно с птичьего полета грязный БТР, развороченные взрывом от его снаряда и сожженные окрестные кусты и деревья. Двое украинских военных теперь выбрались наружу и с автоматами наперевес прочесывали окрестности. Не найдя ничего необычного, справили естественную нужду и уехали восвояси.

Вскоре на место взрыва прибежали два волка. Они тоже вынюхивали что-то, высматривали, но не найдя ни запахов, ни следов, подняли высоко вверх седые морды и с жуткой тоской завыли. Магическое ожерелье из волчьих зубов, позволяющее оборотням кардинально менять вид и защищать от напастей, было вновь утрачено на пепелище подожженного неонацистами родового гнезда. Родителям Агнесс чудом удалось тогда «скинуться» волками и издали наблюдать, как злобные людишки с факелами устраивают пожарища на тихих и еще недавно ухоженных улицах. Мать Агнесс обычно чувствовала проблемы дочери на расстоянии. Именно она устремилась в свое время наперерез Коле-Чупакабре, когда решила, что он обидел дочь. Сейчас опять шел сигнал беды, шел именно отсюда, но никаких следов Агнесс они не нашли…

Глава 3

Умница и красавица Татьяна Больцова заказала билет на ближайший рейс в Ростов. С Романом еще нельзя было поговорить, но в каком он состоянии и отделении, ей удалось узнать от администрации больницы. Информация от врачей была обнадеживающей: все залечится и восстановится, но со временем. Татьяне стало немного легче на душе. Они с Больцовым теперь друг друга успокаивали. Оставшееся время до вечернего рейса она потратила на встречи и разговоры. Визит вежливости к Любови был быстрым.

А не осталось ли в тайниках памяти владелицы и кладовых ее усадьбы магических книг и их заклинаний, интересовало Татьяну, что совершенно обескуражило Любовь, которая полагала, что в мыслях у матери должен был быть только раненый сын.

– Чего нет, того больше нет! – решительно прекратила расспросы Любовь. – Я жалею, что на вас магия тогда повлияла…

– С чего бы это жалеть? – прищурилась Татьяна Семеновна. – Вы по-женски почувствовали ревность к моему помолодевшему образу?

– Вот уж нет! – презрительно хмыкнула писательница. – Да вас в другом виде никто, кроме Чупова, и не видел, а вот неприличное внимание к однокласснику вашего сына уже все заметили.

– Ах, какая вы, оказывается, злая! Так вот, то, что вы преследуете моего отца-вдовца, тоже всем очевидно!

– Да как вы…? Да я для вас…, – задохнулась от обиды Любовь.

– В чужом глазу соломинку видите, а в своем и бревна не замечаете, – демонстрировала эрудицию Татьяна.

– Вы заехали, чтобы обидеть меня? – Любовь поднялась из кресла и отставила подальше недопитый чай.

– Простите…» – опомнилась Татьяна.

– Конечно, уже простила…, – поджала губы Любовь.

– Это все нервы, повышенная эмоциональность, так сказать, – пыталась успокоить себя уже на улице Татьяна. Значит со стороны заметно, что она общается с Колей. Выходит, уже и разговоры пошли… Боже! Как на эти сплетни могут среагировать отец и сын? А может, они уже информированы о странном интересе к Коле?! И, тем не менее, ноги сами несли ее к знакомому дому Чуповых, где они оба молодые, но невидимые провели несколько, в общем-то, невинных, но таких волнующих часов. Зачем она туда идет? Можно, конечно, позвонить ему второй раз за день… Что она ему скажет? Ей, в сущности, просто хотелось попрощаться с ним перед дальней дорогой…

Домой к Чуповым заходить не пришлось, рык мощного мотора справа означал, что байкер Чупакабра поравнялся с ней и лихо затормозил свой отреставрированный мотоцикл.

– Татьяна …Семеновна? Куда спешите? Есть новости? – Коля старался держать субординацию.

– Взяла билет, сегодня лечу к Роману! – выдохнула и развела руками.

– И я с вами! – фраза чуть не сбила Татьяну с ног.

– Коля! Ты подумай! Родители…, да и…, – ее жалкие возражения были вновь прерваны решительным: «Татьяна Семеновна, я тоже еду! Встретимся в аэропорту». И мотоциклист исчез за поворотом.

«Что теперь будет? Что люди будут говорить?», – вертелось в голове у Татьяны. Она заподозрила скрытую от других мотивацию его поступка: он едет искать Агнесс, раз с этой задачей Роману помешала справиться то тут, то там проявляющаяся … война. Теперь эта далекая Агнесс, вскружившая головы и ее сыну, и бесстрашному несломленному жизнью Чупакабре, раздражала ее все больше и больше. А ведь вначале девочка Романа ей даже понравилась!. Вмешательство Коли все меняло. Чупа найдет Агнесс живую или мертвую, в этом она не сомневалась. Ей определенно стоит вспомнить заклинания и сделать так, чтобы исчезнувшая девчонка перестала волновать не только Романа, но и Чупу. Вот над какой «благородной» задачей ломала голову умница и красавица Татьяна после того, как от сердца отлегло, что жизнь сына после ранения вне опасности.

Глава 4

Любовь Андреевна, не находя дома места, после Татьяниного визита, отправилась навестить Больцова. Тем более что он просил ее заехать поговорить.

– Семен Иванович, пожалуйста, не провожайте Татьяну до аэропорта. Не близко, волнительно… Ведь вы еще полностью не восстановились после болезни…, – уговаривала Больцова Любовь Андреевна. – Я, как медик, не рекомендую!

– Хорошо, и Татьяна тоже категорически против…

– Вот видите! Лучше еще раз позвоним лечащему врачу Романа, узнаем, когда можно будет с ним самим пообщаться.

– Татьяне еще не сказали, направят ли его в Москву или можно будет в иткутской клинике долечиваться. Пересадка кожи – это очень опасно? – с нитроглицерином в руке интересовался Больцов.

– Зависит от площади поражения. Мне сказали, что руки и одно плечо, левое, обожжены. Но пересадку, если будут делать, то только на плече. Татьяна проконтролирует. Она все нам сообщит. Надеюсь, будет вести себя здраво …

– Вы что это имеете в виду? – даже привстал Больцов.