Глава -1-

За окном падал крупный снег. Можно даже сказать валил, создавая ту снежно-хлопковую стену, при которой обыденность бытия превращается в сказку, и ты почему-то начинаешь верить, что одно из твоих заветных желаний обязательно сбудется. Но. Сейчас не до снега за окном. Карты таро веером лежали на столе и нагло утверждали, что ни фига не будет никакого исполнения желаний. Потому как они ясно и точно показывали снежную пелену недалекого будущего для мага, что сидел напротив меня по ту сторону стола. Причем не простому обывателю любителю, а профессиональному магу, скорее всего высшего порядка, уж больно исходила от него аура спокойного, уверенного в себе долбоящера. Не к добру это. У таких магов планка своих жизненных позиций настолько высока, что им не до каких-то там людишек с их низменными потребностями, им дай-подай немедленно всё, что они захотели. А тут таро возьми да покажи, кукиш тебе, а не то, что ты хочешь. Короче. Непоймикто.

– Эээээ, – протянула я в задумчивости, та самая гадалка любительница. Для души, так сказать, гадаю, для настроения, деньгами за гадание не брезгую вообще. – Ну, что тут скажешь. Никаких катаклизм, никаких событий, так… одно бытие однообразное, – и посмотрела на клиента без какого-либо особого интереса. А что делать? Если ничего у этого мага впереди не предвиделось, абсолютно ничего. Ну кроме как в каком-то деле он поставит жирную точку при этом очень огорчившись. Что в общем не удивительно. Мы все немного огорчаемся, когда что-то заканчивается.

– Как это ничего? – хмыкнул недоверчиво маг, ни разу мне не поверив. – А где сволочь, мешающая мне жить?

Я еще раз хорошенько пригляделась к картам. Какая такая сволочь? Женщина? Да помилуй бог, если она и была, то наверняка в таком далеком прошлом, что даже карты забыли о ней рассказать …А в настоящем кроме суеты будней ни, ни. Ничего не светит. На будущее…, ну тут сам черт ногу сломит, карты даже не через раз плевались, они вообще не захотели вытащить хоть какую-либо сердечную карту. Как кость на безрыбье выкинули захудалую даму мечей, да и ту прикрыли башней, ну так, на всякий случай. Типа ты ещё и огребешь от какой разумной раскрасавицы по полной и будешь сидеть у разбитого корыта один одинешенек.

Видно что-то такое или приблизительно к этому промелькнуло у меня на лице, раз вон.. у мага аж желваки заходили не шуточно. Кажется, огребу сейчас по полной я, а отнюдь не этот ящер. Впрочем, его будущее никто не отменял, значит когда-нибудь и на моей улице будет праздник.

– Нет ничего, – передернула я плечами. – Я не знаю кто вам там мешает жить и из-за чего вы потеряли покой и сон, но сволочи рядом с вами на данный момент никакой нет.

Маг нахмурился сильнее. Призадумался. И выдал

–Че серьезно? – причем усмехнувшись с такой ехидцей на губах, что я передумала складывать карты и еще раз пересмотрела расклад. В картах ничего не изменилось. У этого мага впереди никаких неприятностей, кроме мелких разочарований и прекращение каких-то там несостоявшихся отношений или просто сожаление о том, что могло бы быть, но увы не произойдет. Я так и сказала.

–Не суждено вам иметь отношения, о которых вы может и мечтали, но к счастью или сожалению дама сердца вам не по душе, поэтому вы просто делаете вид, что у вас все в порядке и хотите, чтобы все оставили вас в покое.

Маг моргнул, скривился и опять выдал.

– Вот, так да? То, что у меня сейчас происходит для карт ничего не значит и они в наглую рисуют милую и благопристойную картинку моей жизни, да? Интересно, а как будет выглядеть мой расклад, если я откину ноги?

Мне пришлось опять посмотреть на карты, потом на мага, потом опять в карты и опять передернуть плечами.

–Здоровенько будете выглядеть. И даже сердце не заболит. Вот же ж.. в картах тишь да гладь и божья благодать…

–И где ты увидела здесь распрекрасную картину тишины и спокойствия? Да тут одни карты разрушения, – вмиг очутившись за моей спиной, злобно пропыхтел возле самого уха маг. Да мало того. Он пальцем ткнул в карты, где, по сути, лежали одни масти в мечах, да парочка старших арканов, лишь говорящих об одном. Не хочет этот маг никаких отношений в плане женщин. Не потому, что у него проблемы, нет. Ему просто лень возиться с ними. Время своё тратить на них он не желает. Ну и конечно же женщина, которая обозначилась королевой мечей, почему-то тоже наотрез отказывалась хоть как-то реагировать на него.

Я вот одно понять не могу. Зачем идти к гадалке, если сам гадать умеешь? Каждый таролог видит карты по-своему, да и ложатся они так, что только умеющий гадать может понять их предсказание. Так вот. Как мои карты могут что-то рассказать на своем языке чужаку? Ответ, никак. Тогда зачем из себя такого умного строить? Не понятно. Впрочем, сознаюсь. И мне не совсем понятна позиция дамы мечей. Она не для этого мага. Ну не предназначена она ему. Нет там чувств. И у этого мага нет чувств к этой даме. И карты ничего не показывают. Просто несут муть ежедневного бытия, совершенно не затрагивая сердце и душу мага. Что ж, раз хочет тот дословного предсказания, получай родимый.

– Может вам и хочется скандалов и разборок чтобы расставить все точки над «и», но этих разборов и скандалов не будет. Поверьте, вы абсолютно не нужны никому и уж тем более этой даме мечей. Сказать, что она вас не замечает, это ничего не сказать. И ставить точку там, где ничего нет, согласитесь глупо. Так что спите спокойно, вам волноваться нечего.

А потом меня не то, чтобы парализовало, нет. Но признаться увидеть возле своего носа разозленную морду черного дракона, был предел для моих нервов. Драконов не существует! А этот вопреки всему уткнулся мне в нос и был очень зол. Мой визг практически уничтожил все живое в квартире, слава богу это были только цветы. В голове неслась лишь одна мысля, – Гадать?! Да ни в жизнь. Особенно Долбоящерам!

–2-

Недели две плевалась через левое плечо, да оглядывалась, когда шла по пустынным улицам. А так ничего, стресс после Черного дракона почти прошел, и я даже ровнее дышать стала, да и на работе своей всё чаще улыбалась. Кривовато, с небольшим тиком, но как могла, так и улыбалась, от всей души радуясь спасенной своей жизни. Вот только не пойму никак, почему так происходит, стоит мужику выглядеть чуть красивее и мужественнее остальных, как хамство и самоуверенность у них через край начинает литься. Честно, я бы от души пожала руку той сволочи, что дни и, надеюсь ночи, напролет портит настроение и жизнь этому прохвосту.

– Садись заводная, давай хоть чайку попьем что ли, – пригласила к столу моя знакомая по работе. У каждого, наверное, есть такая знакомая, чуть ли эксперт по всем жизненным вопросам. И все то она знает, и все то чувствует, и на все у неё чуйка. Правда, когда касается именно её, то извиняйте, что-то её чуйка еле дышит и не подает признаков жизни, а адекватность поступков говорит о полном отсутствии мозговой деятельности. Впрочем, такие люди сами по себе вроде бы безвредные. Именно приставка “вроде бы” мешает определению “безвредные”. Опасны они и даже очень своей активной бездеятельностью. Потому и держусь от них подальше. Самосохранение дороже.

–Ну, давай рассказывай, что с тобой происходит, – тем временем продолжала знакомая. – У тебя в последние дни такой вид, словно ты смерти избежала, но до сих пор не веришь, что жива.

Знакомая хмыкнула и уселась на стуле поудобнее, в ожидании рассказа о моей непутевой жизни. Она всех женщин, свободных от бремени мужского посягательства, и независимо как те относятся к своему одиночеству с печалькой или без, считает непутевыми. Коробит её это. Ишь чё удумали, жить как себе вздумается ни в чем себе родимым не отказывая. Короче завидует она таким женщинам, причем самой что ни на есть черной завистью.

Горячего чая с конфетами очень хотелось, а вот рассказывать нет. Но первые глотки горячего напитка внесли в тело и в душу ту частицу теплоты и покоя, что сама захотела поведать произошедшее со мной, но в жутко укороченном виде.

–Да ничего особенного и не происходит, – начала я. Сделав еще один глоток ароматного чая. – Нагадала одному спокойное будущего, а он решительно от него начал отказываться.

Знакомая окинула меня долгим взглядом и не поверила ни одному моему слову.

– Мужик добровольно отказывается от своего светлого спокойного будущего? – вкрадчиво переспросила она. – Ты это всем рассказываешь или только мне, чтобы я отстала от тебя со всякими расспросами?

И посмотрела на меня с видом оскобленной добродетели, тем самым давая понять, что нельзя столь нагло врать, а заодно пробудить во мне стыд и, наверное, совесть. Но в наше время стыд и совесть совершенно излишни и больше мешают спокойной жизни, чем помогают. Может потом, когда-нибудь, меня и спросят за столь некрасивые поступки, но это будет потом и не факт, что до того времени это все будет актуально. Так что до моей совести ей достучаться не удалось, и я преспокойно попыталась уйти от прямого ответа.

– Ну как вам сказать… Тут ведь, кто что в жизни больше предпочитает. Для кого-то спокойствие может грех жизненный, пустая трата времени. Им вон… сволочуг подавай, чтобы самим в тонусе находиться, да страх наводить на мирных ни в чем не повинных гадалок.

Знакомая призадумалась над своей чашкой чая, что держала у себя под носом и глубокомысленно выдала.

– Прекращать тебе гадать надо Наташка. Не доведет до хорошего это подглядывание в будущее, а до плохого один шаг. Видно, шибко неприличное ты ему будущее нагадала, раз у тебя самой на мужиков нервный тик появился. Не к добру все это. Ой не к добру.

– Успокоила называется. Вот и делись тут своими новостями. Никакой поддержки, одни плохие прогнозы, – хотела было я огорчиться, но передумала и продолжила пить горячий ароматный чай.

– А тут успокаивай не успокаивай, похоже Наташка ты себе неприятности уже нагадала. Ишь, вся перепуганная ходишь.

– Тьфу на тебя, раскаркалась. Все тебе не так и не эдак. Не буду тебе больше ничего рассказывать. Сама со своими невзгодами и радостями справлюсь, – вконец рассердилась я и встав из-за стола, с сожалением поставила на стол чашку ароматного чая.

–Пфф, – пожала плечами знакомая, потеряв ко мне всякий интерес, при этом, не опустив момента и всем своим видом показать какая я бестолковая и никчемная особа. Ну и пусть. Лишь бы она больше не приставала ко мне со своими расспросами.

–3-

Что-то я совсем расклеилась. Иду с работы и хлюпаю носом. Нет, правда. Гадаю ведь я от души, от чистого сердца, так сказать. Никто не спорит, за бесплатно гадать ну совсем не интересно. Кураж не тот. Да и от себя ведь что-то идет, так и прёт. Право не знаю, что это и как называется, но считаю нужным рассказать бегущую впереди меня информацию или попросту вывалить разом всю кучу неприятностей на обескураженного клиента. Мои мозги ещё ничего не обработали, не поняли смысла, а язык мой, помелом своим, уже всё выложил клиенту. Ешьте, не подавитесь. Но я себя в этом деле всегда оправдываю. Мол во всем я права. Ведь что-то же мною руководит, если я точно знаю, что должна сказать. О господи… Опять я в эти дебри мироздания лезу. Не живется мне спокойно.

Права была знакомая с работы, я немного не в себе. Что-то я в последнее время сама себя не узнаю. Иду куда ноги несут, мало понимая куда и зачем, при этом частенько петляя по дворам мало знакомых улиц. Я сама себе больше напоминала потеряшку, растерянно бредущую в неизвестность. При этом что-то бухтя себе под нос, выражая кому-то своё недовольство. Кому? Не знаю. Но чему-то большому и несуществующему, чего не бывает в природе, но тем не менее. Наверное, все-таки все мои недовольства были обращены к тому влажному носу дракона, что так грозно почти уткнулся в мой. И вероятно поэтому я не сразу обратила внимание на то, что кто-то уже давненько шел рядом, подстраиваясь под мой шаг, не отставая и не обгоняя меня. Нарочито демонстративно шаркая подошвой об асфальт и укоризненно сопя. Когда идущему рядом молчание порядком надоело, тот от души крякнул, а я от неожиданности резко остановилась. Внутри все похолодело, когда я разглядела стоящее передо мной мужское обвинение. Честно? Я струхнула. Вот же блин блинский. Я понятия не имела, что хочет от меня … Маг. Тот маг, от которого я чуть на тот свет не отправилась. И почему он решил-таки прицепиться ко мне, а точнее к моему гаданию. Ну ведь говорила же и клялась, как на духу, – гадать больше ни-ни… Никогда. Наверное, … Что б вас всех и по тому же месту. Впрочем, может все не так страшно? Стоит вроде спокойно, разглядывает меня скучающим взглядом. Надо же. Без злости. Интересно… маньяки ведь тоже, по сути дела, люди спокойные, это потом на них что-то там находит и их переклинивает. Фантазия у них слишком буйная становится. Им поубивать, поиздеваться над кем-то хочется, да так чтобы кровь стыла в жилах. А потом ничего успокаиваются, и снова как люди. Может и этот туда же, … к этим маньякам относится?

–Ну что молчим? – нарушила я повисшее молчание. Могла вообще ничего не говорить, но неудобно как-то, невежливо. На стоящего передо мной мужчину вопрос не произвел никакого впечатления. Лишь нахмурился и голову склонил. Взгляд изучающий. Потом вздохнул тяжело и поинтересовался.

– Значит ни в чем раскаиваться не собираешься?

Воооот… Обычно с таких слов и начинается зачитывание смертного приговора через повешенье. Представила живенько сию картину и поняла. Мне это ну совсем не нравится. Что ж хорошего со сломанной шеей висеть у всех на виду? Надо искать выход из положения. Нашла. Тривиальный и самый простой.

– Подскажите или хоть намекните на то место, где я должна встать и начать каяться, хотя убей меня бог, не знаю в чем. Надеюсь, вы подскажите, – попросила я с постным видом обреченного и согласной на всё, лишь бы больше никогда не видеть обнаглевшего мага. А еще того… драконом обзывается… Маг от такого предложения не то, чтобы оторопел, но было явственно видно, что призадумался мужик. Крепенько. И выдал чисто по-мужски.

–На грубость нарываешься?

–Я, нет. Я просто не знаю того места, где меня бы вы выслушали, поняли и простили. И вообще драконов не существует, – ко всему прочему добавила я.

– Так меня ещё и не существует, – с грозовыми раскатами в голосе протянул мужчина. – Я так понимаю, ты это сейчас брякнула, не подумав?

– И что? Да кто в здравом уме будет отвечать на ваши вопросы? Да никто, – я потихоньку стала приходить в себя. Может есть шанс договориться мирным путем. Аааа.. Не договоримся. Мне в морду, тьфу лицо, уперлось слюняво-зубастая пасть дракона. Что ж он такой нервный то, а? И вонючий. Это на картинках их красивыми изображают, забыв про то, что это огромная юркая ящерица все-таки рептилия. Ну и что, что она летает. Да плевать на все! Эта хвостатая ящерица воняет тиной. И вот страшно же, и ноги от сковавшего ужаса трясутся, но при всем при этом я умудряюсь брезгливо скуксить свою мордашку. Простите, я не подумала. Я в последнее время вообще мало думаю…

.... Летим. Как последнюю дворняжку за шкирку несут. Болтаюсь. Боюсь ненароком из одежды выскочить и вниз полететь. И вообще, что себе позволяет эта длиннохвостая, страшная и противная ящерица? Господи, это ж каких размеров дом нужно иметь чтобы такое безобразие по коридорам бегало и где-то спало, ело, ну и тому подобное. О чём только я думаю?! Что-то тошнит меня. Плохо мне что-то совсем. Что-то я совсем ничего не поняла… Я что, самостоятельно лечу?! Вниз?! Он что меня потерял?! Гад! Я же разобьюсь. Меня еще и спасать не собираются?! Выживу, найду охотников на рептилий. Я ж из него чучело сделаю. Как умирать не хочется… А придется. Удар. Ну все… Пока.

Глава 2

–1-

Кажется, я еще жива и ощущаю свое тело. Лишь бы все у меня работало. Руки, ноги, голова. Голова особенно. Рядом кто-то есть. Слышу шаги в отдалении и тихие голоса. Почему-то все тело охватывает вселенская усталость. И понимаю, мне ничего не надо, и я больше ничего не хочу. Не хочу бороться за свою жизнь. Умерла так умерла. Может там в мире мертвых мне лучше будет. Нет чувств и нет страданий. Никаких. Ни хороших, ни плохих.

– Ну и зачем ты её сбросил? – неожиданно рядом раздался тихий женский голос.

– Я её не сбрасывал, просто лапа разжалась не вовремя. Судорогой свело, – также тихо, но нагло врал мужской.

– Она человек, – осудил его женский. – Нас и так мало и нас ненавидят. Ты что хочешь, чтобы нам ещё и мстили?

–Интересно кто? – вскинулся мужской и обиженно пропыхтел. – Они и сами себя хорошо уничтожают, причем очень даже старательно. И заметь мы им искренне сочувствуем.

– Это ты то сочувствуешь? – поперхнулся женский и устало добавил – Ты негодяй Тимур.

–Я? Я?! Да к твоему сведению в её раскладах ты вообще не существуешь. А моя жизнь для неё всего лишь мир фантазий, который я выдумал самолично. Паршивка, а не гадалка. Вот пусть и поприветствует тебя в моём мире фантазий, – удовлетворенно хмыкнул мужской.

Тут явственно послышался глухой шлепок. Похоже, что удар получил обладатель мужского голоса, это подтвердило его обиженное пыхтение и возмущенный возглас.

– А сейчас то за что? За правду или за то, что тебя в моей личной жизни нет? Так это не ко мне, это вот к этой, что сейчас лежит и слушает нас. Я ж говорю, паршивка

Наступившая тишина дала мне понять, что смерть моя была лишь отсрочена и не более того. Надо же, мне и тут не повезло, дважды не умирают, но для меня, походу, сделали исключение.

–Хм, – наконец обозначился женский голос. – Ну нет так нет. По идее она права, меня в твоей жизни нет, но ты почему-то уверен в обратном.

– Да я и не спорю с твоим утверждением, – глухо зарычал мужской, – Может ты тогда свалишь с моей территории и из моего дома? Я не очень понимаю, что ты до сих пор делаешь у меня? Когда же ты наконец сдержишь свое слово и уберешься восвояси?

–Вот тут ты не прав, девушка хоть и слышит нас, однако же её состояние желает быть лучшим. А потому ей пока прописан довольно долгий постельный режим, – словно не слыша напутствие мужского голоса, женский озвучил свои мысли вслух. – Её бы надо домой вернуть.

– Я понятия не имею, где она живет, – тут же заверил мужской.

– Как? Ты ведь к ней домой приходил гадать, – не поверил ни единому слову женский.

– И что? Я забыл, – стоял на своем мужской.

– Хмм, тогда.., – нерешительно протянул женский.

– К тебе? – постарался направить в нужное русло разговор мужской.

– Не угадал, – с какой-то даже торжественностью произнес женский. – Только к тебе. Ты в отличии от всех нас женщин стабильно обязательный. Причем во всем. Даже в гадостях.

–Поговори у меня еще, – угрожающе зашипел мужской. – Я ведь не особо жалостливый, выселю тебя сам. И даже сам закрою за тобой двери. Этой паршивки в моем доме не будет никогда… Я так сказал.

– Я тебя услышала, – смиренно произнес женский.