Lorena Schäfer & Valentina Fast

ONE SONG APART

All rights reserved

ONE Verlag in the Bastei Lübbe AG

© 2025 Bastei Lübbe AG, Germany

© Издание на русском языке, перевод, иллюстрации, оформление.

ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

«Махаон»®

* * *

Для Анни,

благодаря идее и страсти которой стала возможна настоящая женская дружба

Плейлист Квинн

So Long, London – Taylor Swift

Too Sweet – Hozier

Autumn Comes – David Gramberg, Mary Lou

BIRDS OF A FEATHER – Billie Eilish

Can’t Pretend – Tom Odell

Fly – Anna Graves

Slow It Down – Benson Boone

Love Again – Dua Lipa

Evermore – Hollow Coves

i am not who i was – Chance Peña

Warwick Avenue – Duffy

Walls – Louis Tomlinson

Why Why Why – Shawn Mendes

Bitter Sweet Symphony – The Verve

Need the Sun to Break – James Bay

Unwritten – Natasha Bedingfield

Квинн

– Здравствуйте, я Квинн Хэйвуд, новый стажер, – громко произнесла я, в очередной раз вглядываясь в табло на остановке Уиллоу-сквер. Минутная стрелка сдвинулась с двойки на единицу. Я выдохнула.

– Слишком серьезно! – раздался у меня в ухе критический голос Коула, и я мысленно вернулась к разговору. – Как ты хочешь прозвучать – профессионально или угрожающе? – Я показала Коулу язык. Ну и пусть он не видит его по телефону!

– Я Квинн Хэйвуд, новый стажер! – попыталась произнести я бодрее, шагая мимо остановки, чтобы согреться. Стояло начало сентября, и утро было хотя и солнечное, но уже довольно прохладное.

– Так гораздо лучше! – похвалил меня лучший друг и громко зевнул. Последние семь лет каждое утро мы с Коулом в это время шли в школу. Но теперь я оказалась здесь, в центре Лондона, а он, поступив на медицинский факультет, переехал в Эдинбург. И хотя я не хотела бы очутиться ни в каком другом месте, Коула мне ужасно не хватало.

– Боже мой! Я так волнуюсь! – призналась я, когда наконец подошел автобус. Красный двухэтажный, как полагается.

– Ты всех там поразишь!

Как бы мне хотелось, чтобы Коул оказался прав! Начало карьеры в «Тринити Медиа», крупнейшем медиаконцерне Великобритании, – лучшее, что со мной случалось! Мой личный джекпот, самый большой шанс всей жизни! Так чувствуешь себя, когда повезло раздобыть билеты на концерт Тейлор Свифт в первый ряд! Или если ты стал обладателем пожизненного запаса книг. В общем, слишком хорошо, чтобы быть правдой! Но это факт: теперь мое место здесь, и я начинаю строить новую жизнь в Лондоне.

Поднявшись в переполненный автобус следом за пожилым мужчиной, я протиснулась в середину и ухватилась за поручень. Все казалось непривычным и одновременно хорошо знакомым. Еще дома, в Спилсби, я пересмотрела столько фильмов, видео и фотографий, что представляла себе жизнь в Лондоне до мельчайших подробностей. Спилсби был полной противоположностью: маленький скучный городок, где один-единственный паб закрывается в десять часов вечера.

Трогаясь, автобус дернулся, и меня отбросило назад. К счастью, стоявший рядом парень мастерски балансировал стаканчиком кофе и не облил меня – в ответ я благодарно улыбнулась. Что мне совсем не нужно в первый день работы, так это украшение в виде коричневого пятна на тщательно подобранной одежде. Джинсы, белые кроссовки «Нью Бэланс» в сочетании с новым бежевым блейзером словно сообщают миру о том, что их обладательница хладнокровна, профессиональна и трудолюбива.

– Как прошел твой первый вечер? – услышала я голос Коула и где-то в отдалении – журчание воды.

– Ты что, из туалета со мной разговариваешь? – спросила я, недоумевая и в то же время хихикая.

– Это неотъемлемая часть договора, если ты и впредь настаиваешь на созвоне ровно в это время, – возразил он.

Я наигранно вздохнула.

– Мы однозначно слишком много знаем друг о друге.

– А вот и нет. Я до сих пор не услышал, как прошел твой первый вечер в Лондоне.

Вместо того чтобы ответить, я прислушалась.

– Квинн? – снова раздался голос Коула. – Ты еще здесь?

– Я не слышу звука льющейся из крана воды, – съязвила я, вызывающе приподняв одну бровь.

– Это твой отвлекающий маневр. – Теперь его голос зазвучал как из кастрюли, а где-то вдалеке зашумела вода. – Я вообще-то будущий врач и знаю, как важны правила гигиены. Спасибо за беспокойство.

Я попыталась представить себе, как Коул приводит себя в порядок в какой-то неизвестной мне ванной комнате. Наверняка он познакомится в университете с кучей новых людей, которые пока ничего о нем не знают и придут в настоящий восторг от его умственных способностей. Но для меня он навсегда останется мальчишкой, который ест на завтрак хлопья без молока и в шестом классе засунул в рот одновременно шесть печений, чтобы выиграть пари.

– Ну давай, выкладывай! – прервал мои мысли Коул. – Ты обещала прислать вчера фотки квартиры, но я ничего не получил. Или это были очередные мошенники и о депозите можно забыть?

В этот момент мой взгляд упал на великолепные фасады домов в Хэмпстеде, мимо которых мы проезжали.

– Наоборот. Квартира оказалась даже лучше, чем на фото.

– А почему у меня складывается впечатление, что ты не в восторге?

Я вздохнула. Вчера, таща полные чемоданы, я только к ночи добралась до квартиры, потому что поезд застрял на два часа где-то посреди Мидлендса. Дома была только Пиппа, дочь арендатора.

– Другие соседки уехали на выходные по домам и вернутся только завтра, – сообщила Пиппа, не поднимая глаз от телефона. Она беспокойно топталась на месте, отчего ее темно-русый блестящий хвостик покачивался из стороны в сторону. – Вот твоя комната, ванная рядом. Мне нужно уходить – я и так опаздываю, слишком долго ждала тебя, чтобы передать ключ.

– Мне правда очень жаль, – ответила я и вскоре осталась совсем одна в квартире, которая с этого момента должна была стать моим домом. Но вместо того, чтобы спокойно осмотреть ее, я постелила постель и залезла под одеяло.

Все это я поведала Коулу, стараясь смотреть на вещи оптимистично.

– Но в целом не так уж плохо. Понятия не имею, как я себе все это представляла.

– Не притворяйся, – мягко проговорил Коул. – Мы прекрасно знаем, что именно ты представляла.

Я закусила щеку. На прошлой неделе я была в отчаянии и хотела уже оставить бесплодные попытки найти доступное жилье в Лондоне, как вдруг мне попалось объявление о сдаче пригодного для проживания гаража («Просторный гараж, с переносным радиатором отопления, всего 699 фунтов в месяц»), но потом вдруг появилось еще одно объявление: «Срочно сдаю комнату в четырехкомнатной квартире-общежитии в районе Хэмпстед! Мы больше, чем соседки, и любим проводить время вместе». Цена была более или менее приемлемой, а фотографии чудесные. Я бросилась отправлять заявку, и у меня от волнения даже выпал из рук телефон.

– Ты была первая, кто написал, – сообщила мне Пиппа пару часов спустя по видеозвонку. Она с восторгом описывала дом и саму квартиру, и я не могла поверить своему счастью, получив от нее согласие на переезд.

В последние дни накануне отъезда я представляла себе, как буду сидеть с новыми соседками по квартире, болтать и смеяться. Думала, что это место станет для меня новым домом, потому что я изо всех сил старалась вытеснить свою настоящую жизнь. Но вчера вечером я испытала только страшное одиночество.

– Ну и ладно, – сказала я в трубку. – Не понравится, поищу что-нибудь другое. Самое главное – это моя стажировка.

Я огляделась по сторонам. Происходило что-то странное. Я так погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как долго автобус не трогался с места. Оказалось, что мы давным-давно стоим. Вытянув голову, я попыталась разглядеть, что происходит.

– Дорогу ремонтируют, – сообщил парень со стаканчиком, и я вытащила наушник. – Каждое утро такое.

– Это надолго, не знаете?

– Не знаю! Каждое утро – сюрприз, и никто не знает, чем все закончится, – сообщил он со страдальческим выражением лица.

– Черт, – пробормотала я, улавливая другим ухом, что Коул включил кофемашину.

– Квинн? – позвал он, но я поспешно переключилась на приложение карт и задала маршрут до офиса «Тринити Медиа». – Сорок восемь минут! – При виде бордово-красной линии у меня перехватило дыхание. Как это возможно? Ведь тут уже рукой подать! Так я точно опоздаю. Надо было ехать на метро, там хотя бы не бывает пробок. Срочно выбирайся из автобуса и ищи другой путь!

– Не могу больше говорить, – взволнованно сообщила я Коулу. – Пусть твой первый день в университете пройдет отлично! И запоминай каждую мелочь, потом расскажешь!

– Покажи им там! – еще раз подбодрил меня Коул, и я завершила звонок.

– Извините, – то и дело повторяла я, протискиваясь между пассажирами к передней площадке. За рулем была женщина. – Извините! – снова проговорила я.

Она указала жестом на большое объявление, висевшее рядом с кабиной водителя. Любой ребенок знал эти слова наизусть: «С водителем разговаривать запрещено».

– Вы не могли бы выпустить меня здесь?

Повернув голову, она укоризненно взглянула на меня:

– Следующая остановка только через два поворота, мисс.

Я посмотрела через лобовое стекло на дорогу: машины перед нами не двигались ни на миллиметр.

– Но это очень долго! – с каждым словом мой голос становился все истеричнее.

– Весь север наглухо стоит из-за этого ремонта. Каждое утро одно и то же.

Мне ни в коем случае нельзя опоздать. Это мой главный шанс, и я хочу произвести хорошее впечатление. Вся моя будущая карьера зависит от этого дня. Я так упорно шла к своей цели! В голову сразу пришли мысли о маме с папой, которые советовали мне бросить эту затею.

– Прошу вас! – еще раз умоляюще обратилась я к водителю. – От этого дня зависит мое будущее!

Люди на передней площадке стали с любопытством прислушиваться.

Водитель автобуса громко вздохнула:

– Я имею право открывать двери только в чрезвычайном случае. Правила есть правила.

Может, притвориться, что я падаю в обморок? Тогда кто-нибудь вызовет скорую, и я уж точно никуда не доберусь. И это вообще-то настоящее правонарушение, а еще такая ложь может нанести вред моей карме. Автобус до сих пор так и не сдвинулся с места. Нас обгоняли пешеходы, которые шли по тротуару. Абсурдная ситуация! Но я так просто не сдамся. А что, если сказать правду?

– Джолин, – заговорила я, надеясь, что правильно произнесла имя на бейджике, висевшем у нее на груди. – Случалось ли так, что вы чего-то очень сильно хотели и знали, что это изменит вашу жизнь к лучшему?

Джолин, помедлив, кивнула.

В автобусе воцарилась тишина. Все пассажиры замерли, дружно уставившись на меня.

– И вы были бы готовы на все, чтобы достичь своей цели?

Она снова кивнула, и мне показалось, что уголки ее губ тронула улыбка.

– Это как раз тот самый чрезвычайный случай. Я могла бы наболтать вам что-нибудь о больной бабушке или о том, что меня сейчас стошнит, если я не выйду на свежий воздух. – Девушка, стоявшая рядом со мной, слегка отодвинулась. – Но я скажу правду: если я опоздаю в первый рабочий день, мне никогда не стать лучшей среди одноклассников. Никогда не получить одну из и без того дефицитных вакансий в журналистике. Мне придется вернуться к родителям, снова поселиться в моей детской и целый день смотреть видео про кошек. Пожалуйста, я так не хочу! Помогите мне!

Не знаю, что произошло – то ли на Джолин подействовала моя пламенная речь, то ли ей просто надоело меня слушать, – но дверь, скрипнув, открылась.

– Спасибо, спасибо, спасибо!

Я уже спускалась по лестнице, когда пожилая дама, стоявшая ближе к дверям, спросила:

– Куда вам нужно попасть?

– Тоттенхэм-Корт-роуд, – взглянув на дисплей телефона, ответила я.

Дама кивнула со знанием дела:

– Лучше всего поехать на метро. Садитесь на Северную линию.

– Ни в коем случае! – вмешался мужчина с ребенком на руках. – Там сегодня не ходили поезда, поэтому мы едем на автобусе.

Я перевела растерянный взгляд с одного собеседника на другого.

– Поверьте, вероятность того, что метро снова ходит, велика, – убедительно произнесла дама. – я живу здесь больше тридцати лет.

Мужчина с ребенком покачал головой, бросив предупреждающий взгляд. Что же мне делать?

В эту минуту я заметила проезжающий мимо велосипед. Вот он, выход! Недолго думая, я выпрыгнула из автобуса и помчалась вперед. «Тринити Медиа», жди меня!