Пролог

Нервно поправляю лиф кремового свадебного платья в форме «сердца». Поднимаю букет невесты с комода и рассматриваю. Нежные лавандовые бутоны лизиантуса, которые плотно прижимаются друг к другу в полусферической композиции вперемежку с белыми фрезиями. Изумительный.

Он обошелся нам с Ваней почти в пятнадцать тысяч. Что уж говорить о платье и прочем?

Все, чего хотела я – это свадьба. Мать моего жениха – пышное торжество ее единственного сына, который делает первый шаг на пути к счастью – создание семьи.

Я не говорю, что мне не нравится все это безумие, я девушка и мечтала о чем-то восхитительном. Но есть разные нюансы.

Есть то, что меня нервирует. Я вздрагиваю на каждый шум за дверью.

Моя подруга пошла проверить, начнется ли свадьба вовремя. Мать Ивана выразила свое восхищение от ожидания, когда я стану для нее законной невесткой. И вот меня оставили одну.

Дрожь проходит по всему телу, словно поглощая в себя, и не отпускает, пока дверь со скрипом открывается и в комнату входит тот, кому не нужно представление. Я знаю, что это он. Мне даже не нужно поворачиваться и спрашивать. Но лучше видеть своего врага в лицо. Человека, которого ненавижу всей душой.

Резкий разворот и я почти впечатываюсь в его грудь, но умудряюсь устоять и после сделать шаг назад.

– Что ты здесь делаешь, Макс? – голос почти спокойный.

– Пришел проверить невесту своего друга, – ленивая поза и взгляд, который блуждает по моему телу, бесят.

– Иди к черту.

– Ты слишком напряжена, Женя. Я могу сделать тебе массаж, – он насмехается.

– Только посмей коснуться…

– Мы оба знаем, что я посмел, – поднимает обе руки демонстрируя ладони и шевелит пальцами. – И могу сделать это снова.

– Я тебя ненавижу.

– Отлично. Потому что я не планировал, чтобы ты в меня влюбилась или решила стать моим другом.

– Какой же ты идиот, – оглядываюсь и ищу пути спасения, которых заранее знаю – нет.

– За эту минуту ты успела оскорбить меня по меньшей мере один раз и послать к черту. Не очень вежливо, не находишь?

– Проваливай из комнаты. Сейчас начнется свадьба, мне нет до тебя дела. Иван сотрет тебя в порошок, если увидит здесь, рядом со мной.

– Уверен, что так он и поступит.

Меня резко бросает в холод, который вызывает тошноту, от его смешка.

– Знаешь, ты почти красива в этом платье. Но мне больше понравилось, как ты смотрелась без всего.

Моя рука взлетает вверх и почти опускается на его мерзкое лицо, но он перехватывает кисть, сжав ее довольно сильно.

– Отпусти, ублюдок.

Макс делает еще больней, и мои глаза становятся влажными.

– Рискни сделать это снова.

У меня нет больше слов в его отношении. Он знает, как я отношусь к его отвратительной персоне и ему плевать. Я даже не понимаю почему он здесь. Мне казалось, что Ваня выставил его за пределы семьи и близкого круга. Но в итоге он пришел на нашу свадьбу.

– Уверен, у тебя масса вопросов, Женя, – растягивает мое имя, будто прямо сейчас занимается с ним сексом.

– Ты ничего не знаешь обо мне.

– Правда? Мне казалось, что я знаю гораздо больше, чем твой женишок и любой, кто с тобой знаком.

Макс дергает меня так, что я разворачиваюсь и он, встав вплотную прижимает к себе спиной, не дав возможности выбраться из захвата.

– Пусти… Ты больной кретин…

– Тише девочка, нам не нужны свидетели не так ли?

Мне приходится прикусить язык, потому что он прав. Но я поднимаю ногу и наступаю каблуком на его ступню и радуюсь, когда он стонет от боли. Хотя по-прежнему нахожусь в его руках.

– Тебе повезло, что у нас мало времени, потому что иначе, я бы заставил тебя заплатить за то, что ты сделала.

– Уходи или клянусь богом, закричу…

– Тогда мне стоит остаться и посмотреть на то, как ты объяснишь всем этим высокопоставленным козлам, почему ты это сделала.

Вздыхаю и позволяю усталости упасть на мои плечи.

– Чего ты хочешь?

– На самом деле я пришел пожелать отличного замужества.

– Почему я не верю тебе?

– Потому что я лгу?

– Ты не скажешь правду, не так ли?

– Верно, красавица, – шепчет на ухо, но я отмахиваюсь, и он смеется. – Ты узнаешь причину уже скоро. А пока расскажи, как сильно ты желаешь выйти замуж за этого идиота?

Меня повергают в шок слова Макса о Ване. Разве они не друзья?

– Идиот здесь только один, это ты.

– А мне казалось, что тот, кто простил невесту, и повел ее к алтарю после измены является идиотом и трусом, разве я ошибся?

– Отпусти мерзкий гад, – сгибаю пальцы и впиваюсь острыми ногтями в кожу его рук.

Он шипит и, наконец, дает мне свободу.

– Мы с Ваней помирились, и тебя это бесит. Ты завистник и неудачник. Поэтому пытаешься нам мешать.

– Ух, как громко ты защищаешь его. Подумай, Женечка, хорошо подумай… На той ли стороне берега расположила свой красивый зад.

Не успеваю ответить ему, так как в дверь стучат трижды.

– И это говоришь мне ты? Проваливай и не мешай нам.

Я поправляю фату, удивляясь, что Лена так и не появилась.

Подхожу к двери. Ее открывает сотрудник этой красивой церемонии.

Делаю шаг вперед, выйдя за дверь, но Макс резко перехватывает меня. Одной рукой поперек живота держит, второй зажимает мой рот, когда я пытаюсь закричать. Однако…

Напротив открывает другая дверь. В ней Ваня находился до церемонии, я знаю. Но выходит оттуда не он…

Девушка с большим беременным животом. В платье белом, с букетом.

Она красива. Идеальный макияж не хуже моего, фата и прическа. Невеста!

Незнакомка одаривает меня оценивающим и насмешливым взглядом, а после, под красивую мелодию, которую я выбирала с Ольгой Федоровной, ступает вперед. Идет по проходу, под не менее громкий шепот. Встает рядом с моим женихом и обменявшись клятвами, становится его женой.

Все это время, Макс держит меня. Сначала он держит, чтобы не стала орать, буянить и портить праздник. Потом, чтобы не рухнула на пол. Разве можно поверить в такое? Я скорее решила бы что мои глаза меня обманывают, чем в правдивую картинку на том конце церкви.

Никто не понимает.

Я, возможно, уже догадалась, но не уверена, что способна на рациональные мысли.

После поцелуя молодоженов Иван берет слово.

– Спасибо, что пришли на нашу с Вероникой свадьбу. Полагаю, что вам интересно кто эта прекрасная девушка. Будьте знакомы – Вероника Гришина, в замужестве Попова, – все смеются. – К тому же у нас еще одна новость. Мы с Никой скоро станем родителями и очень взволнованы.

Родителями? Как такое возможно? Если мы вместе год? Этот мерзкий подонок мне изменял?!

Господи!

– Основной вопрос, почему вы наблюдаете мою свадьбу с Никой, а не с Евгенией? Ответ прост – она мне изменила. Это не домыслы. Я все видел своими глазами. Поверьте, там несложно было догадаться, что они занимались именно сексом, а не в доктора играли. Не так ли, Жень?

Все головы поворачиваются в мою сторону. Макс отступает на полшага, а я стою там. Униженная и растоптанная.

Наблюдаю за тем, как Иван берет невесту за руку и идет вперед. Прямо к выходу.

Когда они равняются со мной, Ваня наклоняется и спрашивает:

– А ты думала, что я позволю тебе остаться безнаказанной, дрянь. Что я реально с тобой помирился? Шлюха.

Я так растерялась, что у меня пропал голос.

– Спасибо, Макс, – подмигивает другу, стоящему позади меня, и уходит.

Я же заползаю обратно в комнату невесты и пытаюсь раствориться в собственных слезах. Уже сегодня интернет будет пестрить новостью об этом, и моя работа в фонде закончится. Все, чего я с таким трудом добилась, разрушено.

– Мне жаль рыбка, но я предупреждал, – шепчет этот змей за моей спиной и выходит к остальным гостям, оставляя одну, погребенную стыдом.

Глава 1

Некоторое время до событий пролога

Макс

– Черт возьми, я так устал, – в мой кабинет врывается Иван Попов и падает на диван.

Устал? Он? Протирать штаны в отцовской фирме при этом шевеля только парой пальцев, чтобы жать на кнопки мыши, играя в пасьянс?

Может, меня кто-то избавит от очередного нытья?

Я фыркаю, но ничего не отвечаю.

– Она меня доведет до сумасшествия, – предпринимает «друг» еще одну попытку, после того как чувствует мое нежелание спрашивать о том, что случилось.

Не то, чтобы мне неинтересно. Наоборот, мне важно знать многое и не потому, что я работаю в службе безопасности фирмы его отца. У меня совершенно иные причины.

Лишь поэтому я лениво откидываюсь в кресле и, сцепив руки на своем затылке, задаю вопрос:

– Мне стоит гадать с именем? Или ты, наконец, назовешь его сам.

– Что с тобой? Ты не в настроении? – открывает на пару секунд глаза, и снова его блондинистая голова падает обратно. – Ника. Она опять устроила истерику. Черт, беременность – это не круто. А мне еще три месяца терпеть. Я умру молодым, а ей наплевать. Потому что она села на мои плечи, вскрыла череп и ест мозги чайной ложечкой, чтобы подольше меня помучить.

Я почти смеюсь.

Он жалуется на любовницу. Уточнение – беременную любовницу. А вчера жаловался на невесту, с которой у него свадьба через два с половиной месяца, потому что они не могли решить, какого цвета будут цветы на церемонии. Я не представляю, что он собирается с этим делать.

– Что на этот раз? Ты не купил ей сумочку от какой-нибудь модной дряни вроде Шанель?

– Нет. С этим я справился, и она молчала двое суток, оставив меня в покое. Она требует публику, и первые роли.

Вот как? Удивительно, что эти женщины так рады упасть к ногам этого недомерка. Серьезно!

Он туп, немощен и физически, и эмоционально. Создает проблемы всем вокруг, и постоянно выходит сухим из любого дерьма, потому что у него есть деньги и добрые родители, которые любят целовать его в зад. При этом ему двадцать семь. Я старше всего на три года, но ни разу в жизни не жаловался и не скидывал свои проблемы на плечи родителей.

Меня почти тошнит от его нытья, которое он устраивает каждый раз из-за двух этих женщин, но я терплю эту тоску. На все есть причины, не так ли?

Единственное чего я не понимаю, учитывая, что знаком и с его любовницей, и с девушкой, что скоро станет, его женой, на хрен он нужен второй? Жене?

Ника – охотница за толстым кошельком. Из семьи со средним достатком. Понятные цели, понятные причины. Ничего интересного, кроме, пожалуй, внешности.

Женя – отличница и целеустремленная девушка. Борец по жизни. Воспитывалась бабушкой. О родителях найти информацию не удалось, хотя не скажу, что я сильно напрягался в этом отношении. И все же, она имеет два диплома и вкалывает в фонде матери своего жениха – Ольги Федоровны.

И при этом ей так же двадцать семь, как и придурку Ване.

Но благо, что мне нет никакого дела до этого всего. Моя цель давно определена, и на ней я сосредоточен.

Эта семья заплатит за каждую слезу моих родителей, как и моей сестренки…

– Ты меня слушаешь? – повышает голос идиот, садясь ровно, будто на сеансе психотерапевта.

– Нет, я думал кое о чем, не обращай внимания.

– Не могу, ты меня не слушаешь.

Будто он может сказать что-то интересное или умное.

– Я весь внимание, – облокачиваюсь обеими руками на стол, перенеся вперед вес.

– Говорю, что мне нужно отвязаться от Жени.

Информация закрепляется в голове.

На самом деле я удивлен. Потому что скорее решил бы, что он откажется от Ники и будет платить ей отступные в три раза больше, но не наоборот.

– Хм… – я обдумываю его слова. – Почему она?

– Скучно с ней. Да и сам знаешь, она скорее нужна матери в роли невестки, чем мне на роль жены. Она привыкла сдувать со своей протеже пылинки. А я чертовски устал.

– Ладно. И что ты думаешь с этим делать?

Ваня поднимается на ноги и начинает мерить шагами мой кабинет, действуя на нервы.

– Если я приду и скажу матери, что не женюсь на этой девушке, то в тот же момент буду подвешен за мошонку и ею и отцом. Черт, зачем я вообще в это ввязался.

– Понятия не имею, о чем ты думал, завязывая что-то серьезное с Женей. Она – это стабильность и долгосрочные отношения.

– Значит, ты должен был меня отговорить. А я помню только "Девушка для семьи", "Она идеальна", – кривляется.

– Пошел ты, я не нянька и не мог этого сказать.

– Ладно, ты прав, это слова матери. Но мне так просто из этого дерьма не выпутаться. Они привяжут меня к стулу и заставят сказать «да» в Загсе.

– Может, все будет не так плохо, если ты поговоришь с самой девушкой?

– О нет, я не переживу этого. Она дотошная и… черт, я не хочу этого делать, – разумеется, потому что это то, что он не умеет делать, а конкретно, нести ответственность за свои поступки.

Моя голова начинает пульсировать от этого разговора.

– Что ты предлагаешь? Убить ее?

– Нет, – вскидывает голову и смотрит, будто я говорил серьезно. – Даже не шути об этом.

– Ты ходишь из угла в угол, а все, что я услышал "мне нужно что-то делать".

– Макс, не капай и ты на мой мозг. Я думаю.

Ну да, будто мне нечем больше заняться, кроме как ждать пока его жалкий высушенный мозг алкоголем и черт-те чем еще, что-то гениальное выдаст.

– Нужно чтобы она мне изменила, – выдает умник, а я разряжаюсь смехом.

Он безнадежен.

– Ты закончил? – спрашивает, сунув руки в карманы стоя перед моим столом.

– Дай мне минуту, – отвечаю еле дыша.

– Рад, что тебе смешно, Жнецов, – он почти низвергает пламя из раздутого носа.

Притворно вытираю слезы и сажусь ровно.

– Итак, ты считаешь, что это лучший выход?

– Да. Моя мать чистоплюйка и она видит в Жене настоящего ангела. Порой, мне кажется, она думает, что та девственница до сих пор. А тут представляешь такую подставу. Ее любимица оказывается маленькой шлюшкой, которая изменила ее не менее любимому сыночку. Бам, свадьба отменяется.

Вот как они играют. Семейство Поповых и все, у кого есть эти бумажки.

Их суть. Их нутро, выжженное ощущением господства.

Мне больше не смешно.

Я зол, но этому идиоту об этом знать не стоит.

– Имеет смысл, – подтверждаю его предложение, которое дурацкое и нелепое одновременно.

– Смысл? Это чертовски идеальный план, – вскидывает руки в победном жесте.

Придурок.

– Ладно, допустим, этот план может сработать. Дело за малым?

– Ага. И ты удивишься тому, кто соблазнит мою невесту.

Он смотрит словно крыса на сыр. И мне не нравится этот взгляд.

– Только посмей произнести эти слова, – рычу на него, но он только смеется, говоря вслух:

– О да, ты с этим справишься дружище. Я в тебя верю. Если на кого и поведется моя невеста, так это на тебя.