Глава 1

Я стояла на пороге комнаты жениха в ЗАГСе и хлопала ресницами. Что за… ешкин кот!

Любимый Максимушка и самый надежный человек, как я думала, целовал взасос Светку Загайнову, мою свидетельницу и лучшую подружку.

Я настолько опешила, что даже не успела расстроиться. В голове пронеслись классические клише: «Мир рухнул», «земля ушла из-под ног», и, конечно же, «как он мог?!»

Но потом я вспомнила, что у меня сегодня свадьба.

Моя свадьба, не Светкина!

И не должна была случиться никакая феерическая глупость. Глубоко вздохнула и решила внести свой вклад в этот маскарад.

– Эй, голубки! – рявкнула я и запустила букет невесты в голову благоверного. – Я все понимаю, у вас страсти-мордасти, но у нас вообще-то роспись через пять минут. Или вы решили сразу групповуху закатить, не выходя из ЗАГСа?

Светка взвизгнула, отскочила от моего «самого надежного», а он, покраснев, как помидор, пролепетал:

– Ты все не так поняла, Яна. Света поправляла мой галстук-бабочку.

– Ага, отличный способ губами елозить по шее чужого жениха. Или ты хотел проверить, как я отреагирую? Придумал, так сказать, тест на стрессоустойчивость. Засчитано, милый! – я выдохнула, снова набрала в легкие воздуха и рявкнула: – А теперь – на выход! Оба!

И сорвалась…

Затопала ногами, завизжала, уже не контролируя себя. Светка пулей пронеслась мимо, Максим попытался возмутиться, но я схватила стул, замахнулась, и он выскочил за любовницей следом с воплями:

– Держите эту безумную дуру! Она нас хочет убить!

Если бы у меня в руках было ружье, наверное, выстрелила бы, не раздумывая. Но я лишь запустила ему в спину диадему, сорвав ее с волос. Та, не долетев до благоверного, врезалась в бутылку шампанского. Выстрел от вылетевшей в потолок пробки был тоже феерический.

Дверь с грохотом захлопнулась, оставив в комнате запах дорогих духов Светки, который теперь казался мне удушающим. Я стояла, тяжело дыша, с растрепанными волосами и размазанной по лицу тушью. Повернулась и тут поймала в зеркале бледное, искаженное яростью лицо не то ведьмы, не то клоунессы.

Так мне и надо! Растаяла идиотка от красивых слов благоверного, пустила слюнки, а этот гад…

Тишину нарушил робкий стук в дверь.

– Я-яна Р-романовна, ч-что случилось? – на пороге замерла регистраторша в парадном костюме.

И тут она заметила перевернутый стул, валяющийся на полу разбитый букет, мою диадему в луже шампанского и испуганно округлила глаза.

Я гордо вздернула подбородок:

– Да, я выгнала жениха! Есть за что! Еще вопросы есть?

– Роспись… – голос регистраторши дрогнул, глаза забегали: все же я была ее начальницей, и как отреагирую на сотрудницу, оказавшуюся невольным свидетелем чужой драмы, одному богу известно, – отменяется?

Из груди у меня вырвался звук, не то смех, не то рыдание.

– Отменяется, Галина Петровна, – выдохнула я, срывая с пальца обручальное кольцо.

Оно со звоном покатилось по полу и остановилось прямо в луже шампанского рядом с диадемой – туда ему и дорога!

– А как же к-квартира?

Галя задала неудобный вопрос и бросилась к двери от греха подальше.

– Что?

Я резко развернулась к ней и замерла. Вот об этом я как раз забыла.

Совсем вылетело из головы. Служебную квартиру, на которую претендовали сразу несколько сотрудников, мне выделила родная мэрия как раз к бракосочетанию. А если оное не состоится, мне придется от нее отказаться.

Нет уж! Дудки!

– А знаете, что? Нет. Не отменяется.

Я выпрямила спину, смахнула с лица непослушную прядь и посмотрела на себя в зеркало с новой, ледяной решимостью.

– Но… как же… там все ждут… И мэр… нервничает. У него встреча срывается. А жениха нет…

– Почему это нет? – я вскинула голову. – Есть. Просто другой.

Регистраторша заморгала длинными ресницами.

– Но… как? Яна Романовна, у вас есть кандидат?

Я не ответила, уже набирая номер на телефоне. Трубку взяли после первого гудка, словно сидели и ждали от меня звонка. Похвальная оперативность!

– Вить, – заявила я, поднимая диадему и напяливая ее на голову. Мокрую. В шампанском. Криво. Но плевать! – Ты на районе? – секунду слушала, потом рявкнула: – Как кто? Яна Никольская. Помнишь такую? Короче, отменяй все дела, вопрос жизни и смерти! Через полчаса жду тебя в костюме в ЗАГСе. Да… на Зеленой. Нет, не передумала. Просто твой шанс стать законным супругом только что вырос на пятьсот процентов. Детали потом.

Я положила трубку и повернулась к ошеломленной Галине.

– Через полчаса у вас будет идеальная пара. Принеси-ка мне, Галя, кофе. Крепкий. И коньяку. Бутылку. И… – я подняла с пола свой букет, с силой встряхнула, чтобы лепестки снова расправились, – скажи гостям, что церемония задерживается на полчаса.

– Но, как? Какая причина?

– Время регистрации перепутано. Технические неполадки.

– К-какие неполадки? У нас и техники никакой нет. Ручка и… все.

– Галя, не пудри мне мозги, они и так кипят! Придумай что-нибудь!

– Поняла. Сейчас… – регистратор исчезла, но вернулась. – А мэр…

– Га-ля! – я сжала кулаки. – Кофе и коньяк! Поняла? Мэру тоже!

Пока я поправляла макияж, в голове уже выстраивался новый план. Не самый романтичный, черт возьми. Но куда более честный. А Виктор… Ну, он как-то сказал, что женится на мне. Вот и пусть держит слово.

Глава 2

Витька был моим одноклассником. Тихий, вежливый, незаметный очкарик. Бесил конкретно!

Он всегда топтался где-то рядом, не блистал в учебе, зато золотыми руками чинил все, что ему приносили: от гаджетов до мопедов, которые по частям собирал в гараже отца.

А еще он неплохо бренчал на гитаре, сочинял песни и даже пытался организовать с друзьями ансамбль. Правда, группа эта дальше репетиций в Витькином гараже так и не продвинулась.

У меня к нему было стойкое предубеждение: тихоня, значит, или неудачник, или себе на уме. Но всякий раз, когда мне нужна была помощь, Витька оказывался рядом. Он сидел со мной за одним столом, давал повербанк, когда у моего мобильника заканчивался заряд, подсовывал ручку вместо сломанной, учебник или тетрадь, если у меня не было.

Удобный. Немногословный. Бесячий.

Я терпела и принимала его молчаливое ухаживание, как истинная королева: гордо и снисходительно.

– Ты Витьке нравишься, – сказала как-то подружка Элька. – Он вьется вокруг тебя, как петушок вокруг курочки.

– Ты сбрендила, что ли? – я покрутила пальцем у виска. – Нужен мне такой замухрышка!

– Нисколько. Его бы приодеть да приласкать…

– Еще слово – и в глаз!

Я показала Эльке кулак, и подружка обиженно засопела.

На выпускной Витька пришел при всем параде, я даже не узнала его. Никто не узнал.

Высокий, стройный, в элегантном костюме и стильных туфлях, он поразил всех девчонок. А когда исполнил под аплодисменты школьный гимн, многие даже слезу пустили.

И я в том числе старательно моргала ресницами, чтобы тушь не потекла.

Витька танцевал весь вечер, меняя партнерш, я не раз ловила на себе его взгляды, но делала вид, что моя хата с краю.

Наконец он подошел и ко мне.

– Потанцуем?

– Отвали, Борисов!

– Ты чего такая ершистая, Янка?

– А ты чего весь вечер строишь из себя крутого?

– Ревнуешь, что ли?

– Кт-о-о-о? Я?

От возмущения я чуть слюной не захлебнулась. Его взгляд стал серьезным, и он тихо спросил:

– Почему ты всегда боишься показать истинные эмоции? Помнишь, как в девятом ты завалила городскую олимпиаду по физике и ревела в спортзале?

Я отшатнулась, будто меня ударили. Эту историю никто не знал.

– Откуда…?

– Я тогда чинил аппаратуру в учительской, – он усмехнулся. – Слышал весь твой разговор с МарьИванной. И видел, как ты плакала. Ты всегда так – сначала лезешь на рожон, а когда не получается, прячешься и злишься на всех.

Его слова попали точно в цель. В глазах потемнело от ярости и стыда.

– А ты все такой же заносчивый зазнайка! – прошипела я. – Думаешь, если сменил очки на линзы, то стал круче?

Витька вдруг рассмеялся – открыто и по-доброму.

– Ох, Янка, ты такая…

– Какая? – с вызовом спросила я.

Какой-то незнакомый блеск появился в его глазах: то ли грусть, то ли нежность. Мурашки побежали у меня по спине, я передернулась, показалось, что где-то сквозняк. А еще вдруг заметила, что глаза у Витьки очень красивые. Такие зеленые с золотистыми крапинками. И ресницы длиннющие, загнутые на концах. В глазах отражались отблески дискотечного шара, превращая их в два таинственных озера, и я завороженно смотрела в эти озера, пытаясь понять, что в них скрыто.

Витька тоже не отводил взгляда, и пространство все расширялось и расширялось. Выпускники, учителя, родители отодвинулись куда-то на границу света. Мы были одни, вдвоем в мире призрачных теней и сказки.

Тут зазвучала музыка, и наваждение пропало. Пары выдвигались на танцпол. Меня толкнул один одноклассник, потом другой. Витька схватил меня за локоть и потащил в сторону. Здесь было темно и пусто. Я чувствовала его горячую ладонь на обнаженной коже. Сердце бешено колотилось, словно хотело вырваться из груди.

Витька наклонился ко мне. От его дыхания шевельнулись волоски на шее, и новая партия мурашек помчалась по коже.

– Слушай, а давай сбежим?

– К-куда?

Меня будто околдовали. Чтобы я разговаривала с Витькой, да еще положительно рассматривала его предложение, это нонсенс! Невозможное дело. Позже я сама не могла понять, что со мной случилось в тот вечер. Но щеки пылали пожаром, дыхание сперло, а внутри все дрожало.

– На крышу, – он взглянул на часы, – сейчас будет рассвет.

– Крыша закрыта.

– А у меня есть ключ.

Витька широко улыбнулся, его улыбка растаяла в ультрафиолете. Я растерянно оглянулась, выискивая Эльку. Совет! Мне как воздух нужен был сейчас совет!

Но подружка отплясывала с Максом Пшеничниковым так, словно это был последний танец в ее жизни.

Я обиженно поджала губы. Вот так всегда! Когда Элька нужна, ее нет рядом.

– А пошли!

Я решительно направилась к лестнице. Пусть Элька поищет меня! Пусть!

Витька бросился за мной. На крышу мы попали без проблем. На горизонте небо окрасилось в розовый цвет, тьма немного отступила, но солнце еще не появилось. Внезапно на плечи упал теплый пиджак. Пахло Витькой и дорогим парфюмом. Приятным.

– Чтоб не замерзла, – бросил он, не глядя.

А сердце вдруг ёкнуло, будто поймало солнечный зайчик. Я укуталась, подошла к ограждению, и в этот момент рассвет разлился по небу, как персиковый сироп.

– О боже, как красиво!

– Ты тоже очень красива.

Периферийно я поймала огонек вспышки и повернулась.

– Что ты делаешь?

– Фотографирую тебя на память.

– Немедленно удали!

– Ни за что!

Витька отбежал на несколько шагов.

– Слушай, Борисов, если я тебя догоню, мало не покажется!

– А ты попробуй!

Я бросилась за ним, он увернулся, оказался у меня за спиной и вдруг крепко обнял сзади и прошептал:

– Я когда-нибудь женюсь на тебе, Янка!

– Ха, мечтай, ботаник! – я вырвалась и побежала к двери. У входа остановилась, показала язык и добавила: – Ну, может, со второго раза.

Я летела по ступенькам вниз, но почему-то улыбка никак не сходила с губ. Нужен мне этот гаражный гений? Совсем не нужен!

Хотя… пиджак у него теплый…