Книга издана при поддержке Министерства культуры РФ и Союза российских писателей

@biblioclub: Издание зарегистрировано ИД «Директ-Медиа» в российских и международных сервисах книгоиздательской продукции: РИНЦ, DataCite (DOI), Книжной палате РФ

© Л. И. Григорьева, 2025

© Издательство «Алетейя» (СПб.), 2025

1. Папка

Смартфон привычно высветил вопрос: имя папки? А там и нужный файл можно было бы найти. «Да уж… – ухмыльнулся Илья. – Не так всё просто… ишь… имя папки. Легче было бы вспомнить имя мамки! Фрося. Ефросинья». Он часто использовал имя матери в кодовых словах, оно довольно редкое. А вот имя отца – не помнил. Вернее помнил, но не вспоминал. Из мести, наверное. Бросил он их, ясно же, такое не забудешь.

Что же это взбрело ему в голову именно сегодня. Только ли потому, что Альбина сказала, что беременна. Сказала виновато, неуверенно, не глядя ему в глаза. Боялась услышать, что сейчас не время иметь детей. Город окружён, стрельба все ближе. Укрытия от ракетных снарядов вряд ли спасут. Но он неожиданно даже для себя сказал, что очень рад. Ай, да пусть родится, а там видно будет. Он будет хорошим папкой, подумалось ему, нашедшему нужный файл с проектом договора о мирных переговорах со стороной противника. Распечатал и отнёс в кабинет начальника всех начальников на подпись.

25.05.22

2. Пилот

Вот ведь как интересно: летит себе военный лётчик по своим военным делам, а под ним на земле огненными спрутами шевелятся, простираются города-миллионники, обильные красивыми домами и людьми. Никакого затемнения! Всё сияет огнями! Словно фильмы наши военные никто не смотрел, правил войны не знают. Поверили, что не война это. А что тогда? Подумал-подумал пилот, да и сбросил свой груз в чистом поле. Так и скажет потом трибуналу: учился, мол, в этом городе, жил. Влюблялся. Может она и сейчас ещё в этом городе живёт, по этим улицам ходит!

Уж лучше он один – так и сказал – чем они все, хоть убейте…

23.05.22

3. Белый камень

Это ж как… люди раньше на этой земле годами строились. Большие дома, просторные. Бывало, отец начинал, а сын заканчивал. Вокруг по степи – всхолмия сплошь из белого камня-известняка. Бери – не хочу. Камень прочный. И дышит. Это вам не кирпич или бетон. И обтесать его легко, мягкий. Ну а на фундамент камень-дикарь шёл. Земли тут ровные, степные. Ни наводнения, ни землетруса, ни весеннего селя. А земля – хоть на хлеб мажь! И бревно воткни – плодоносить начнёт. Вот и расселились. Разрослись. А работать – так на Попасной большой узел, грузовые составы, работы хоть отбавляй. Формировщиком устроился, к примеру, и живи. Огород тебе в помощь! По степи напрямую километров пять, так на то мотоцикл с коляской есть. Если что, там и на шахты недалеко устроиться было можно. И кому это всё мешало! Ну, ты скажи, Михалыч. Теперь, глядь, чисто поле кругом – ни дома целого. Головешки одни чёрные. И камень белый аж почернел. Всё с землей сравняли, заховаться негде, если надо.

И боец ещё сильнее пригнулся в неглубокой траншее и закурил, прикрывая огонёк заскорузлой ладонью от снайпера, засевшего неподалёку в бывшем совхозном свинарнике.

23.05.22

4. Коза

Небо визжало. Земля плевалась острыми осколками железа. Но нужно было отвязать козу и затащить её в подпол, вырытый ещё дедом. Там их семья и хоронилась, ещё в немецкую оккупацию. Тогда семеро детишек было, а сейчас всего трое. Дед говорил, тогда коза их от смерти спасла. Козьим молоком кормились, выжили. Глядишь, и сейчас спасутся. Вот только доползти бы до козы, да отвязать, да дотащить упрямицу до подвала.

Вот ведь принесла их нелегкая из Тюмени на юга, на дедовский хутор в донецкой степи. Отдохнули, называется, всей семьёй, поели овощей и фруктов, что и говорить. Ох… лишь бы до козы добраться, когда обстрел закончится. А там и трава не расти…

23.05.22

5. Крыша

Ага, как раз… как долбанёт, не то сорокапятка, не то гаубица… сразу и не разберёшь, выйдя до ветру… Хотел в отпуске дядьке родному по матери помочь хату перекрыть: крыша сильно прохудилась. Уже было и шифер завезли. Да где уж там та хата…

23.05.22

6. Камыши

Не-е… под пули он не пойдёт… в камышах отсидится… Когда-нибудь же это закончится… Так подумал… Но вышел ночью к обильным чужим огородам, огурцов нарвать, да и остался на постое у вдовы противника. Да и какой он противник: одноклассник бывший! Гришка Горицвет. Нет шоб дураку смыться хоть куда, да хоть в Польшу ту же! Так пошёл обороняться – от кого не пойми. Да и полёг почём зря. И вдову вот оставил в самом цвету. И сады-огороды теперь бурьяном зарастут. А хату хорошую успел отстроить. Прямо на берегу моря. Только ведь и моря порой не те шо надо бывают, как оказалось. Вот, как и это море… Каховское…

23.05.22

7. Паровоз

Только теперь она осознала, что на всём жизненном пути мама была настоящий движитель их жизни, паровоз, который всегда под парами. А она, Дина, только хлипкий прицепной вагончик, который так и норовит сойти с рельсов и утащить весь семейный составчик вниз с откоса житейской насыпи. А два её мужа, так вообще открытые грузовые платформы, – так и норовили прокатиться по жизни порожняком, не утруждаясь, без грузовых контейнеров на хребте. Один порожняк отцепила на узловой станции резвая подружка. Другой до сих пор гремел на стыках железной семейной дороги пустой тарой. И что с того? Как ни крути, а семья Гурьяновых, как и многие их соседи и сослуживцы, так и не доехала до остановки «Коммуна»: рельсы кончились. Одни на всех…

24.05.22