Цитаты из книг автора «Ли Онхва»

– Не могу сказать, что не знала. Тело каждый день посылало сигналы, но я их игнорировала. – Но все случилось так внезапно… – Верно. Внезапно. А все потому, что я намеренно игнорировала симптомы, хотя кровь у меня из носа текла постоянно и голова болела. Покойница отвернулась к окну и посмотрела в ночное небо. Будто искала глазами родной дом. – Если бы кто предупредил, что я так скоро умру, то я хотя бы попробовала данго с зеленым чаем.

Сумин обернулась – позади, как всегда, шла ее родственная душа. Глухой удар. Трагедия случилась прямо у Сумин на глазах. Подруга рухнула на пол.

«Ну это всего лишь нос… Не рука же, которой я рисую», – подумала Чонмин и даже почувствовала облегчение. Раз уж организм дал сбой из-за переутомления, то хорошо, что досталось только носу. Потеря обоняния не критична для художника. Лечиться пока не обязательно. После оплаты сотрудница за стойкой регистрации порекомендовала Чонмин клинику, где можно пройти комплексное обследование. – Сколько это будет стоить? – Около ста пятидесяти тысяч вон вместе с компьютерной томографией. – А, понятно. Благодарю вас. Чонмин фыркнула. Как только она услышала сумму, то напрочь отбросила даже малейшую мысль об обследовании. Не было и речи о том, чтобы тратить такие деньги на нос, когда средств не хватает даже на материалы и перевозку картин. По дороге домой она долго всматривалась в заключение врача. – Какая еще томография? Сплошной развод. Она притворилась, что не получала никакого направления, и представила, что сэкономила сто пятьдесят тысяч вон. Деньги словно неожиданно свалились ей на счет – настоящий подарок судьбы! Чонмин решила немного прогуляться, чтобы развеяться.

Посетительница, девушка лет тридцати, посмотрела на часы. Она не отбрасывала тени – значит покойница. – Уютно тут у вас, такой винтажный интерьер… – Спасибо! Это моя бабушка постаралась. Она управляла кондитерской до меня. – У нее хороший вкус. – Бабушка была бы рада это слышать. Девушка улыбнулась, не позволяя мне погрузиться в мрачные мысли. Похоже, поняла, что прежняя владелица уже сюда не заглянет. Изящный рот, раскосые глаза, каштановые волосы без челки лежат естественной волной, неброский, но хорошо сидящий наряд, на шее – серебряный кулон в форме сердца. Покупательница выглядела очень изысканно. Яркий стиль. Подобных ей ожидаешь встретить на улицах студенческого квартала. Как же странно видеть покойницу с такой жизненной силой. Я развернула тетрадь с рецептами и поискала в списке нужный. Помню, как однажды ела данго дома. Рецепт нашелся быстро. Выглядел он не особо трудоемким: достаточно приготовить пару раз – и освоишься. – Только можете сделать не с соевым соусом, а с зеленым чаем? – Конечно, у меня есть маття. – Чудесно. Тогда давайте так, пожалуйста.

Она звала на второй раунд в караоке, а на третий – за мороженым. В голосе звучала та же решимость, что и у начальника, призывающего коллектив отправиться в горы. – Нет. Мне нужно в «Хвавольдан». – Заче-е-е-ем… Не открывайся сегодня. – Так нельзя. – Жалко… – Встретимся в другой раз. Ирён огорчилась, но спорить не стала. – Тогда давай четко договоримся. Никаких «когда-нибудь», «куда-нибудь». Выберем день и место. Хихикая, она взяла меня под руку и достала телефон. Я уже не первый раз обещала Ирён встретиться, а потом отменяла наши планы из-за лени. – Хорошо. Чем хочешь заняться в следующий раз? – Тебе же нравилось ходить на выставки. Я прямо сейчас куплю билеты. Хотя из-за работы в «Хвавольдане» мне не хватало свободного времени, я винила себя в том, что уделяю подруге меньше внимания, поэтому протянула мизинец, чтобы скрепить обещание: – Ладно, давай сходим на следующей неделе. Ирён с радостью зацепилась своим мизинцем за мой. Мы купили два билета на временную выставку в Музее современного искусства, который частенько посещали раньше. Я хотела отблагодарить Ирён за то, что она всегда была рядом. – Посмотрим выставку и устроим пикник на уличной скамейке. – Отлично! Глядя на яркую улыбку Ирён, я вспоминала, как на прощание улыбались мне мертвецы. Оказывается, даже мелочи могут осчастливить человека, поэтому мне не хотелось ничего делать спустя рукава – ни провожать покойных в последний путь, ни выполнять данные подруге обещания.