Он придумал для себя ритуал прощания со старой жизнью и не мог думать ни о чём другом. Прошлая жизнь довлела над ним, казалась чем-то лишним, этаким рудиментом, который мешал, словно высохшая конечность, словно доброкачественная опухоль, сужающая сектор зрения, словно молочный зуб, который ещё кр...