Я просто мою полы. Это получается у меня лучше всего. Ясное дело, помыть полы в больнице это не то же самое, что вы моете у себя дома, а я знаю, как это делать, поэтому мне и доверяют. Когда приходят прибирать к нам в палату, попрошу, бывает, швабру. И санитарке легче, и мне приятно делом заняться. Тяжело жить вот так в больнице, я-то жизнь активную провела: и крутилась, и работы меняла, и до своих лет вот дожила всё такая же бодрая! Раньше я мыла в детской больнице. Старый корпус, немного дальше, на холмике, а за ним уже новые здания. Сейчас его, я слыхала, закрыли – аварийное здание стало. А ведь ещё когда я там работала, надо было крышу подлатать! И трещины пошли по стенам, помню, задувало в них, сквозняки ходили страшные, и ветер, бывало, выл. Воды и отопления, бывало, по долгу не водилось, да и проводка старая не тянула уж современные приборы. Ой, как мы только не взлетели там все от замыкания! А здание-то было добротное, в свое время украшение, небось, города. Весь корпус из красного кирпича, а над окнами мне всегда это нравилось арочки с белыми кирпичиками, а над входом кирпичиками выложен год «17…». Вот такая старая больница была, все войны она простояла. А дальше на холмике, чтобы с дороги не видно было, маленькое кладбище: раньше если кто в больнице умирал, там и хоронили. Есть совсем маленькие могилки, да что и говорить, там и мой дитёнок лежит. Никто уж к нему не приходит… а больше у меня детей не было. Вот и полюбила потому детскую больницу. Это сейчас все мамы стараются с детками вместе в больницу лечь, а раньше как-то легче к такому относились. Все работали, всем некогда… И лежали многие детишки одни, приглядеть за ними только я и могла, и стала подмечать, смотреть. Когда смотришь, много чего видишь.

Конец ознакомительного фрагмента.