Отзывы на книги автора «Лариса Рейснер»

Какое счастье! Азия упорно не хочет умирать! Вот она снова прорвалась наружу и околдовывает тоскливую иностранщину.

Свои дневниковые записки Лариса Рейснер начинает в пути, наблюдая проплывающие мимо пейзажи, размеренную жизнь азиатских поселений. Поэтические зарисовки, иначе это не назовёшь... Хотелось собрать отдельные строчки, зарифмовать, хоть и без рифмы они льются стихами. Облака, пески, холмы, ручьи, звёзды и овцы - всё одето в метафоры и эпитеты.
Вот что у меня получилось:
Бесконечный покой. Сотни вёрст тишины.
Обожженные зноем дороги.
Разомлев от жары, окоёмом степи
Гиндикуша белеют отроги.
Шелестит саранча, из-под конских копыт
дождь кузнечиков - тоненьких щепок.
Воздух сух и весь полон скрипичной игры.
Бледным зноем истерзано небо...

Но любая дорога когда-нибудь заканчивается.
Поэтический настрой угасает, когда дело доходит да будней Кабула.
Завод (машин-хане), работники которого похожи на бродячие тени, а директор заплыл жиром.
Больница, чистая, выметенная, где лечение больных ограничено хиной, карболкой и мазью из бараньего жира, а женщины приходят на лечение, но не хотят приподнять даже край своего покрывала.
Армия, в которой наказывают солдат, выпивших глоток воды или съевших корку хлеба в 30-дневный пост.
Лариса Рейснер описывает не только будни, но и праздники.
Последний день рамазана, когда все женщины Кабула собираются в сад императора Бабура - тысячи женщин самого разного возраста и общественного положения.
Праздник просвещения: отдельно для сотни мальчиков, отдельно - для девушек гарема.
Автор цепко выхватывает яркие детали, непривычные для европейского глаза, например, картина обеда:

Ни стульев, ни подушек, — все садятся на корточки и едят руками, старухи рвут на части целых курят, утирают рот пальцами, на которых блестят брильянты и капли бараньего жира.

Зажиточные и влиятельные афганцы пытаются перенимать манеры у англичан, не замечая собственных поистине красивых вещей, будь то вышитый узор или вдохновенный танец.

Лариса Рейснер внимательно наблюдает, подмечает настроения рабочих, кочевников, мальчишек-солдат (воспитанников военной школы), женщин в покрывалах и одетых по европейской моде...
Не могу сказать, что у меня сложилась цельная картина страны того времени, писательница и не пыталась создать подобную, вместо одного обширного и полного полотна, она нарисовала множество ярких отдельных зарисовок.
Три последние главы выбиваются из общего текста политической направленностью и сатирическими персонажами англичан, американцев, индусов. А ещё они послужили поводом для снижения оценки.

Знаете в книге "Три портрета эпохи Великой Французской Революции" А. З. Манфред было описание моды на витиеватые письма. Ну так чтобы было красиво-прекрасиво и ни черта непонятно. Вот в момент, когда начинаешь читать "Афганистан" Лариса Рейснер, то невольно вспоминается про французское письмо, да еще и с завитушками. Привыкаешь несколько первых страниц к такому изложению, чтобы не упустить момент описания и сравнение одного и когда уже автор перешла на другое, вчитываешься буквально в каждое слово, в каждое сравнение, в каждую отсылку, а потом привыкаешь и текст уже идет более плавно, уже можно не теряться среди этой поэзии в прозе.

Удивительно, что таким стилем Лариса Рейснер описывает не только природу и девушек в гареме. Она так описывает воспоминание о России и о голоде, который был на тот момент в стране. Она так описывает рабочих на фабрике, которые тоже хотят поднять голову, как рабочие в СССР. Она так описывает капиталистов и пришедших посмотреть и прощупать - новое поколение, тех, кто будет эксплуатировать, продавать, обманывать и выменивать и для кого только СССР и является действительно чем-то значимым, а не страной, где купятся и за стеклянные бусы.
Читать интересно и читать страшно. Я для коллажа искала виды Афганистана и ужасалось, СССР построил города, фонтаны, сады, пришли американцы, просто так, просто чтобы страна не досталась России в момент развала союза и всего этого не стало. Она не вложилась в эту страну, она ей была не нужна, я сейчас простите не помню кто сказал, но кто-то именно из американского правительства так и сказал, нам нужно было только чтобы страна не досталась России. ВСЕ! Им не интересны люди, не интересно восстанавливать и кормить их. Просто чтобы не досталась...
Я рассказываю о другом времени, потому что сейчас читаешь книгу из 1926 года и полное ощущение, что 70 лет строительства просто не было. все те же развалины, те же убитые люди, только что еще и фабрик не стало. Не знаю уж остались хотя бы текстильщики или и их тоже уже не стало? Мне такой регресс страшен.

Лариса Рейснер образованная женщина и ее рассуждения они не просто рассуждения человека из советской России, они не построены на воодушевлении, они разумны, четки. Ну, когда вы привыкнете к ее стилю письма, то поймете, что мысль ее четкая, построенная на логике, фактах. Она не преуменьшает и не преувеличивает в своих рассуждениях о людях. Ей требовался холодный рассудок и понимание психологии, она все же жена дипломата и сама самостоятельно состояла в дипломатической миссии. Она может восхититься чем-то, но это не мешает ей холодно оценить ситуацию, человека, событие, традицию. Грубый пример, но ей может понравится щенок, вот мол какой милый, но с собой в поход она его не потащит хоть он весь такой милый, потому что щенок выживет там где он есть, а не с ней в походе. Грубый пример, но хоть как-то можно понять разумность этой женщины.

Афганистан из-под пера Ларисы Рейснер выходит красивым и убогим одновременно. Она сожалеет, что есть люди, которые могли бы создать удивительную страну, но не делают этого. Она восхищается прошлым, людьми нынешними и одновременно подчеркивает, что то, что было в прошлом уже не повторят люди из нынешнего века. У них еще остался эстетический вкус, но какой-то дворец, который был выстроен в прошлом им уже не повторить. Она признает ум высшей касты и тут же подчеркивает что на сотни верст нет ни одной книги, что кругом необразованность. Что в них еще есть некая хитрость, чтобы задурить того, кто пришел купить их за стеклянные бусы и они это понимают, но тут же указывает на глупость учителей, которые не могут обучить детей, а значит не вырастет поколение тех, кто сможет так же аккуратно обходить острые углы и разворачивать прочь тех, кто просто хочет чтобы земля не досталась другому и больше ничего.

Два смышленых подростка показывают химические опыты; зрители следят за их таинственными манипуляциями с затаенным страхом и любопытством.
Пробирки с красными, белыми, зелеными жидкостями. Мальчик потрясает ими над седобородыми головами мулл, перед круглыми, выпуклыми, влажными глазами придворных. «Да поможет мне господь! Соединяю две бесцветные жидкости, и — получается красное». Сенсация. В благоговейной тишине хихикают молодые атташе английского посольства, и деловито и нежно жужжат пчелы.

Поменялось во всей этой ситуации наверное только то, что сейчас вместо англичан хихикают американцы над этими детьми, да и взрослыми тоже.

Такие книги нельзя упускать. Они открывают невероятный людской мир. И хоть как-то заставляют смотреть и сравнивать. Открывают нам под пестрой шалью прошлого убожество настоящего, которое как девушки из гарема прячется под этой пестротой, как нечто непристойное. А разве оно этим и не является?

Для Афганистана Ларисы Рейснер еще есть надежда, там еще будут года для жизни, а вот для сегодняшнего надежды нет, потому что ее некому нести.

Эту книгу желательно читать вместе с биографией автора — Лариса Рейснер и ее судьба однозначно заслуживают восхищения. Сама же книга — очень "женская" публицистика о Гражданской войне. Серьезно, количество описаний пейзажа, розовых закатов, тонущих в Волге, эмоций, метафор, сравнений и моря эпитетов — местами за границей комфортного чтения. Первые несколько фрагментов из очерка "Астрахань" можно выдергивать и вставлять в любую книгу — тишь и гладь, природа прекрасна, идеальное сочинение, так и не скажешь, откуда эпизод. Иногда эти "лиричные" эпизоды немного сбивают с толку.

Но при этом книга очень личная: много деталей, имен, ярких образов живых людей. Местами похоже на дневник, каждая часть — самостоятельное законченное впечатление об отдельном промежутке истории. Рейснер обращает особое внимание на простых жителей, на матерей, ищущих детей, на жен, всех спрашивающих о пропавшем муже, на сирот-детей. Много описаний голода, грязи, спешных отъездов, суеты, шума и путаницы. Встречаются на страницах по-настоящему сильные личности, которыми хочется восхищаться — все, правда, со стороны большевиков, но один только образ восьмидесятилетнего старика, нашедшего в революции вторую юность, которого даже смерть практически боится трогать, чего стоит. Пафосно, но впечатляет.

Читается легко и живо, если смириться с чересчур богатым и эмоциональным языком. Рекомендую ознакомиться интересующимся эпохой.

"Слово должно светиться" - так написал Юрий Олеша. Так вот: произведение "Фронт" Ларисы Рейснер вовсю светится. Каждое слово в этом произведении о непростом времени - начале 20 века - светится.
1919 год - гражданская война, о которой очевидец и участник Лариса Рейснер пишет красивыми словами.
О гибели семьи ( не своей) пишет так: "Они сидели за нищим обедом, когда случаю было угодно сбросить на их дырявую крышу бомбу с английского аэроплана". Ох, уж эти англосаксы, везде успевают ( тогда прямо, сейчас - косвенно). После этой бомбежки выжила мать и два сына восьми и двух лет, которому пришлось до колена ампутировать ногу. О больном маленьком ребенке и матери написано сильно, очень сильно.
Автор, побывавшая на фронте, считает, что "не бои, не раны, не огонь страшен на фронте". Страшно совсем другое. Главное - не попасть в плен и умереть достойной смертью с оружием в руках и среди своих.
Несмотря на военные действия, в которых участвует автор, она красиво пишет о природе, о морских далях, о голубых бухтах Каспия. Стиль написания похож на стиль Константина Паустовского.
Действия происходят плавно, никакой динамики, несмотря на описание боев. Но читается с интересом.
Иногда встречаются фамилии участников, но все были незнакомые, кроме Михаила Калинина.
Первое знакомство с автором состоялось - приятное. Продолжу знакомство с другой книгой, которая называется "Афганистан".

С одной стороны вроде и путевые заметки. ибо описывает то что видит по пути, людей, быт. Но вместе с тем это не просто констатация увиденного, но еще и отношение автора через призму коммунизма.
Некоторые моменты совершенно не понравились. Что-то наоборот в высказываниях автора зацепило, что-то к сожалению несмотря на то что книга была написана почти 100 лет назад так до сих пор и не изменилось.
Коммунизм канул в летах, капитализм и США пытаются править миром. Все что было добыто мусульманами в первой половине ХХ века не при помощи СССР и США (их противоборства) кануло.
А для Афганистана вообще прошлый век был страшным. И как на меня многое осталось на том же уровне.
Образование, экономика, развитие. И только по-прежнему США и теперь уже Россия пытаются переманить страну на свою сторону. Х... быть пограничной территорией.
Да я понимаю что любой колонизатор не во благо для страны. Да англичане были не правы. Но как правильно заметила автор мусульманство усыпило страны востока. Они застыли во времени. Жизнь просто текла, а культура постепенно умирала. Остались какие-то обычаи, традиции, но религия нависает над этим всем.
Очень понравился момент о Персии, культура которой была взята за основу для мусульманских стран.
Но ничего особенно нового я не узнала. Возможно на время описания книга имела успех у тех кто незнаком с мусульманскими странами.

Страх смерти, который на слабых лицах застывает, как жир на остывшей тарелке, на этом милом и мужественном лице зарисует свои лучшие морозные узоры, сказочные, бесконечные, неподвижно улыбающиеся.
Так гибнут дети революции.

Талантливая и красивая, резкая и тонко чувствующая, комиссар и поэтесса - Рейснер, конечно, не могла пройти мимо меня. Вернее, я мимо нее - такой противоречивой и стремительной. Оказалось, у нас обеих есть стихи о тургеневском Рудине! Рейснер с отцом издавали даже журнал с таким названием, Ларисе тогда было всего 18 лет. Потом она примет участие в красноармейских походах, поедет с советской дипломатической миссией в Афганистан, будет возлюбленной Блока, а Пастернак назовет в ее честь главную героиню своего известного романа... Фигура Рейснер выдающаяся, ничего не скажешь.

Книга, о которой я пишу, включает в себя два сборника очерков - "Фронт" и "Афганистан" (неожиданно второй понравился мне больше), "Автобиографический роман", где Лариса выводит себя под псевдонимом Ариадны - начинающей поэтессы, посещающей известное богемное кафе "Бродячая собака". Завершается издание несколькими критическими статьями и эссе - увы, мало мне понятными.

Язык Рейснер вообще очень избыточен, невероятно образен, как можно заметить уже по приведенной мной выше цитате. А как вам это:

...Сама праправнучка знаменитого пекаря сохранила сахарную белизну французской булки, эту сочную, теплую мякоть, в которой навеки увязла вставная челюсть маститого археолога. Она белокура, как румяный крендель, обмазанный сверху пером, обмокнутым в желток; над маленькими светлыми глазками из голубоватой сыворотки, какою замешивают тесто, - белые ресницы, обсыпанные мукой. Кондитерские плечи, сдобная талия, тяжелый круп и могучий живот, к которому ее бабка прижимала пудовый ржаной хлеб, отрезая от него дымящиеся ломти.

Иногда через это тяжело пробираться по тексту, а иногда это манит и не отпускает, пробуждая аппетит, как запах свежего хлеба...

От стихов Ларисы я ждала похожей богатой образности и стремительности, но они мне показались тяжеловесными, какими-то, что ли, салонными... Возможно, я читала ранние опыты (в книге стихов нет, искала просто в Сети). Думаю, со временем и ее проза могла стать более аскетичной, просто в молодости пишется много, бурно и чересчур (на фронте она - в 23 года, в Афганистане - в 26). Конечно, это лишь мое предположение.

На сцене она стоит со своей поэзией, точно рыцарь с мечом на страже оружия накануне посвящения в высокое достоинство. И даже там, где стихия прорывала неискусную и непослушную форму, слова и формы сливаются у нее в целое весеннее бездорожье, где беспокойно и радостно гуляет ветер, и тает, и возбужденно пахнет землей.

Удивительная женщина, о которой хочется читать и писать еще!

Ларису Михайловну в некотором роде можно назвать Иконой публицистики, неординарный человек, очаровательная женщина, удивительно смелая и несгибаемая, безумно одаренная, в высшей степени образованная, и обладающая главным для журналиста качеством: "Продается только один раз!" Единожды уверовав в дух социализма, не изменяла ему будучи комиссаром Волжской флотилии, женой дипломата а афганских далях, репортером в шахтерских забоях, эмиссаром в рядах германского пролетариата. Страшно подумать, а как бы все сложилось, доживи Лариса до 37-го года.
Стиль ее эссе конечно витиеват и местами даже чересчур вычурный, но читать, несмотря ни на что, очень интересно, как никак, а вышло то все это из под пера Очевидца.
Издание своеобразное, но стильное. Формат небольшой, обложка мягкая, но достаточно надежная, бумага хорошая, шрифт прекрасно подобран.

Документальные очерки, в интересной литературной подаче - от метафоричного, усложненного образными вычурностями описания боевых действий Волжско-Каспийской флотилии, до рассудительного и взвешенного - «Против литературного бандитизма».
Книгу стоит прочитать полностью, только так можно убедится в многогранности таланта Рейснейр и почерпнуть дополнительные знания о возможностях русского языка, способах применения, казалось бы не сочетаемых слов, в структуре предложений.
Стиль изложения событий Гражданской войны, поражает и путает, зачем такое цветастое нагромождение изложения, учитывая революционный и боевой опыт писательницы?
Судя по всему перед нами пример выверенного агитпропа, направленный на определенную целевую аудиторию, возможно на прослойку русской интеллигенции, привыкшей доверять сложному, округлому словосложению, а не выверенному и острому, как бритва призыву: Земля - крестьянам!
«…на дороге до сих пор, алеют запекшиеся лужи, и вокруг них великолепный румянец осенних кленов кажется следом избиения..»
В очерках о Германии, перед нами уже другое дарование Ларисы - исследование и анализ провала восстания в Гамбурге, журналисткая работа, с вкраплениями пролетарской сатиры, в описании сытой жизни обывателей.
«…самые пламенные слова революции все-таки написаны грубой масляной краской на дешевом красном коленкоре.»
Историческая заметка о декабристах, о нерешительности и о предательстве, освещает другие грани, дворян декабристов, Рейснер лишает их ореола героев-мучеников.
«Декабристам было не к спеху с революцией, они могли ждать…»
Книга заканчивается очень показательной статьей «Против литературного бандитизма». Красота революции, начала меркнуть и ее место начинает занимать обыденность строительства социализма, которому требуется кроткое подчинение, а не буря пламенной души революции.
«И всякая попытка вести ее против натурализма, в сторону заслащенной, подмалеванной, бесконечно лживой мещанской идеализации должна быть отбита самым решительным образом.»
И Рейнер борется с искажениями, с уменьшением жара революции и с гашением страсти борьбы за светлое будущее, не понимая что огненное время прошло.
Революция уже начала пожирать своих детей.
«Камень, железо и асфальт гнутся и стонут в стихах Маяковского. Через толщу тротуаров, из-под каменных гор приходит его гнев, его месть, его жажда освобождения.»