Глава 1

Анабель.

Имя выбрал Итан, и оно прижилось сразу, будто всегда ждало именно её. В тот миг, когда он впервые взял на руки крошечный тёплый свёрток, внутри него что-то сдвинулось. Не просто нежность – странное, почти болезненное чувство важности. Он вдруг стал не просто старшим братом. Он стал **нужным**.

Сириуса он любил яростно, по-братски, но к Анабель тянуло иначе: трепетно, щемяще, будто она была хрупким доказательством, что он может быть хорошим.

Он бежал домой после школы, перескакивая через ступеньки, и едва переступив порог уже спрашивал: «Где она?» Ему казалось, что за эти несколько часов он невероятно соскучился.

Но вместе с нежностью в сердце поселилась тревога.

Семья Блэк выглядела идеально. Калеб – знаменитый футболист, глава корпорации, мужчина, на которого равнялись. Кира – хранительница дома, мать, женщина, которая ещё и управляла фондом «Добрые сердца» и играла на рояле так, что у слушателей перехватывало дыхание. Итан унаследовал от неё слух.

Со стороны всё сияло: красивая любовь, блестящие карьеры, образцовые дети. «Сказка», – шептали вокруг.

А внутри Итана эта сказка медленно душила.

Шестнадцать лет. Первенец. Наследник. «Золотой мальчик».

Он учился на отлично, ходил на шахматы, музыку, плавание, был активистом и всегда – «всегда» – правильным. Люди улыбались: «Смотрите, какой принц!» Никто не видел, как он вечером снимает эту корону и чувствует, что голова уже не держит.

Хотелось просто быть. Ошибаться. Кричать. Иногда – просто молчать и не оправдываться.

Но статус не позволял.

И однажды струна лопнула.

Всё началось невинно: Арчи и Джей-Джей придумали «просто сгонять в пригородный бар». Итан пошёл. Не потому что хотел. А потому что устал быть тем, кто всегда говорит «нет».

Алкоголь. Кальян. Лёгкость, которой он никогда раньше не пробовал. Девушки, смех, дым, чужие руки на плечах. Время растворилось.

Сначала накатила эйфория. К ним присоединились какие-то девушки, потом женщина постарше, потом ещё парни. Всё слилось в хаос. Спутанные голоса, спёртый воздух, время потеряло смысл.

Арчи толкнул Итана локтем, почти опрокинув его стакан.

– Смотри, принц-то наш наконец-то живой! – крикнул он сквозь музыку. – Я уж думал, ты до конца вечера будешь сидеть с лицом «мне надо домой к маме».

Итан фыркнул – неожиданно для самого себя искренне.

– Иди ты. Просто… непривычно.

Джей-Джей перегнулся через стол, глаза блестят от выпитого.

– Непривычно? Да ты сейчас выглядишь, как будто первый раз в жизни без реферата по биологии! Расслабься, Блэк. Никто тут не будет тебя фотографировать для семейного альбома.

Арчи подхватил:

– Точно. Сегодня ты не наследник империи. Сегодня ты просто Итан, который может напиться и накосячить, как все нормальные люди. За это и пьём!

Он чокнулся пластиковым стаканом об стакан Итана так сильно, что жидкость плеснула на стол. Итан инстинктивно дёрнулся убрать локоть, но потом передумал и тоже поднял стакан.

– За нормальных людей, – повторил он тихо, почти себе под нос.

Арчи ухмыльнулся шире.

– Вот это я понимаю. Ещё по одной, и ты вообще забудешь, как правильно галстук завязывать.

Джей-Джей заржал.

– Он и трезвый не умеет. Помнишь, на выпускном он пришёл с узлом, как будто его собака жевала?

Итан закатил глаза, но уголки губ всё-таки поползли вверх.

– Вы оба – идиоты.

– Твои любимые идиоты, – парировал Арчи и махнул бармену. – Ещё круг, за счёт принца!

Итан не стал спорить. В тот момент ему действительно было почти легко.

Очнулся он лишь тогда, когда кто-то тронул его за плечо: «Приехали». Он не помнил, как выбрался из заведения и поймал такси. На холодном воздухе его шатало, в висках стучало. Родители Арчи – Сидзи и Бан Чан – довезли его до дома. В машине он заметил спящего друга и лишь тогда ощутил, как ноет всё тело, а челюсть будто вывернута.

Очнулся он уже в такси. Родители Арчи – Сидзи и Бан Чан – довезли его до дома. В машине Итан заметил спящего друга и только тогда почувствовал, как ноет челюсть, как болит всё тело, как от него разит перегаром и чужим дымом.

Перед особняком он глубоко вдохнул.

У крыльца стоял отец. Руки скрещены. Взгляд – свинцовый.

– Ну и откуда мы такие разукрашенные? – голос Калеба был тихим. От этого ещё страшнее.

Итан поднял мутные глаза. Только сейчас до него дошло: на лице следы драки.

– Я отдыхал, – бросил он, пытаясь держать взгляд.

Из-за спины отца вышла Кира. Её молчаливое, печальное лицо резануло больнее любого крика. Итан ненавидел заставлять мать плакать.

– Отдыхал, значит, – повторил Калеб без эмоций. – Надрался. Обкурился. И подрался. Отлично.

«Ему уже всё рассказали», – понял Итан.

– Да, отдохнул! – сорвался он. – Разве я не могу? Мне хочется жить, а не только соответствовать! Я устал быть идеальным!

Калеб вспыхнул.

– Устал он! Живёт в золотой клетке, но устал! Захотел приключений – получил. Твоя физиономия это подтверждает.

Кира только сжала руки. По её щекам уже бежали слёзы.

– Мне надоело ждать одного лишь совершенства! – кричал Итан. – А если я хочу быть обычным парнем?!

– Ты мог хотя бы ответить на звонки матери, – голос Калеба стал низким, опасным. – Она рыдала, представляя тебя в канаве.

– Я не слышал звонков!

– Конечно. Ты был слишком занят, играя во взрослого.

Спор раскалялся. В конце концов отец оборвал:

– Марш в комнату. Ни шагу из дома, кроме школы и кружков, на месяц. И приведи себя в порядок – от тебя разит.

Итан сжал кулаки, но спорить было бессмысленно.

Поднимаясь по лестнице, он услышал приглушённый разговор родителей. Голос матери дрожал:

– Может, мы слишком многого от него ждём?..

Калеб ответил неожиданно тихо:

– Может. Но я не хочу, чтобы он повторил мои ошибки. У меня не было никого, кто бы остановил. Меня спасла только ты. А у Итана есть мы.

Итан замер на ступеньке. В груди стало холодно и горячо одновременно. «Какой же я идиот…»

На следующий день Кира вошла в его комнату без стука. Руки привычно коснулись растрёпанных волос – мягко, без упрёка.

– Ну как ты?

– Пустяки, пройдёт.

Он молча смотрел, как она ставит на тумбочку поднос с завтраком, раскладывает мази и бинты.

– Мам… а почему ты никогда не кричишь?

– А разве нужно? Ты всегда всё понимал без крика.

– Ты всегда хотела детей? – спросил он внезапно.

Кира помедлила. Потом ответила честно:

– Нет. Мне было семнадцать, когда я узнала о тебе. Но когда взяла на руки… поняла – это судьба.

Итан сглотнул. Стыд сжал горло так сильно, что стало больно дышать.

У него были самые лучшие родители. А он… он их подвёл.