Глава 1

Анабель.

Имя выбрал Итан, и оно прижилось сразу, будто всегда ждало именно её. В тот миг, когда он впервые взял на руки крошечный тёплый свёрток, внутри него что-то сдвинулось. Не просто нежность – странное, почти болезненное чувство важности. Он вдруг стал не просто старшим братом. Он стал **нужным**.

Сириуса он любил яростно, по-братски, но к Анабель тянуло иначе: трепетно, щемяще, будто она была хрупким доказательством, что он может быть хорошим.

Он бежал домой после школы, перескакивая через ступеньки, и едва переступив порог уже спрашивал: «Где она?» Ему казалось, что за эти несколько часов он невероятно соскучился.

Но вместе с нежностью в сердце поселилась тревога.

Семья Блэк выглядела идеально. Калеб – знаменитый футболист, глава корпорации, мужчина, на которого равнялись. Кира – хранительница дома, мать, женщина, которая ещё и управляла фондом «Добрые сердца» и играла на рояле так, что у слушателей перехватывало дыхание. Итан унаследовал от неё слух.

Со стороны всё сияло: красивая любовь, блестящие карьеры, образцовые дети. «Сказка», – шептали вокруг.

А внутри Итана эта сказка медленно душила.

Шестнадцать лет. Первенец. Наследник. «Золотой мальчик».

Он учился на отлично, ходил на шахматы, музыку, плавание, был активистом и всегда – «всегда» – правильным. Люди улыбались: «Смотрите, какой принц!» Никто не видел, как он вечером снимает эту корону и чувствует, что голова уже не держит.

Хотелось просто быть. Ошибаться. Кричать. Иногда – просто молчать и не оправдываться.

Но статус не позволял.

И однажды струна лопнула.

Всё началось невинно: Арчи и Джей-Джей придумали «просто сгонять в пригородный бар». Итан пошёл. Не потому что хотел. А потому что устал быть тем, кто всегда говорит «нет».

Алкоголь. Кальян. Лёгкость, которой он никогда раньше не пробовал. Девушки, смех, дым, чужие руки на плечах. Время растворилось.

Сначала накатила эйфория. К ним присоединились какие-то девушки, потом женщина постарше, потом ещё парни. Всё слилось в хаос. Спутанные голоса, спёртый воздух, время потеряло смысл.

Арчи толкнул Итана локтем, почти опрокинув его стакан.

– Смотри, принц-то наш наконец-то живой! – крикнул он сквозь музыку. – Я уж думал, ты до конца вечера будешь сидеть с лицом «мне надо домой к маме».

Итан фыркнул – неожиданно для самого себя искренне.

– Иди ты. Просто… непривычно.

Джей-Джей перегнулся через стол, глаза блестят от выпитого.

– Непривычно? Да ты сейчас выглядишь, как будто первый раз в жизни без реферата по биологии! Расслабься, Блэк. Никто тут не будет тебя фотографировать для семейного альбома.

Арчи подхватил:

– Точно. Сегодня ты не наследник империи. Сегодня ты просто Итан, который может напиться и накосячить, как все нормальные люди. За это и пьём!

Он чокнулся пластиковым стаканом об стакан Итана так сильно, что жидкость плеснула на стол. Итан инстинктивно дёрнулся убрать локоть, но потом передумал и тоже поднял стакан.

– За нормальных людей, – повторил он тихо, почти себе под нос.

Арчи ухмыльнулся шире.

– Вот это я понимаю. Ещё по одной, и ты вообще забудешь, как правильно галстук завязывать.

Джей-Джей заржал.

– Он и трезвый не умеет. Помнишь, на выпускном он пришёл с узлом, как будто его собака жевала?

Итан закатил глаза, но уголки губ всё-таки поползли вверх.

– Вы оба – идиоты.

– Твои любимые идиоты, – парировал Арчи и махнул бармену. – Ещё круг, за счёт принца!

Итан не стал спорить. В тот момент ему действительно было почти легко.

Очнулся он лишь тогда, когда кто-то тронул его за плечо: «Приехали». Он не помнил, как выбрался из заведения и поймал такси. На холодном воздухе его шатало, в висках стучало. Родители Арчи – Сидзи и Бан Чан – довезли его до дома. В машине он заметил спящего друга и лишь тогда ощутил, как ноет всё тело, а челюсть будто вывернута.

Очнулся он уже в такси. Родители Арчи – Сидзи и Бан Чан – довезли его до дома. В машине Итан заметил спящего друга и только тогда почувствовал, как ноет челюсть, как болит всё тело, как от него разит перегаром и чужим дымом.

Перед особняком он глубоко вдохнул.

У крыльца стоял отец. Руки скрещены. Взгляд – свинцовый.

– Ну и откуда мы такие разукрашенные? – голос Калеба был тихим. От этого ещё страшнее.

Итан поднял мутные глаза. Только сейчас до него дошло: на лице следы драки.

– Я отдыхал, – бросил он, пытаясь держать взгляд.

Из-за спины отца вышла Кира. Её молчаливое, печальное лицо резануло больнее любого крика. Итан ненавидел заставлять мать плакать.

– Отдыхал, значит, – повторил Калеб без эмоций. – Надрался. Обкурился. И подрался. Отлично.

«Ему уже всё рассказали», – понял Итан.

– Да, отдохнул! – сорвался он. – Разве я не могу? Мне хочется жить, а не только соответствовать! Я устал быть идеальным!

Калеб вспыхнул.

– Устал он! Живёт в золотой клетке, но устал! Захотел приключений – получил. Твоя физиономия это подтверждает.

Кира только сжала руки. По её щекам уже бежали слёзы.

– Мне надоело ждать одного лишь совершенства! – кричал Итан. – А если я хочу быть обычным парнем?!

– Ты мог хотя бы ответить на звонки матери, – голос Калеба стал низким, опасным. – Она рыдала, представляя тебя в канаве.

– Я не слышал звонков!

– Конечно. Ты был слишком занят, играя во взрослого.

Спор раскалялся. В конце концов отец оборвал:

– Марш в комнату. Ни шагу из дома, кроме школы и кружков, на месяц. И приведи себя в порядок – от тебя разит.

Итан сжал кулаки, но спорить было бессмысленно.

Поднимаясь по лестнице, он услышал приглушённый разговор родителей. Голос матери дрожал:

– Может, мы слишком многого от него ждём?..

Калеб ответил неожиданно тихо:

– Может. Но я не хочу, чтобы он повторил мои ошибки. У меня не было никого, кто бы остановил. Меня спасла только ты. А у Итана есть мы.

Итан замер на ступеньке. В груди стало холодно и горячо одновременно. «Какой же я идиот…»

На следующий день Кира вошла в его комнату без стука. Руки привычно коснулись растрёпанных волос – мягко, без упрёка.

– Ну как ты?

– Пустяки, пройдёт.

Он молча смотрел, как она ставит на тумбочку поднос с завтраком, раскладывает мази и бинты.

– Мам… а почему ты никогда не кричишь?

– А разве нужно? Ты всегда всё понимал без крика.

– Ты всегда хотела детей? – спросил он внезапно.

Кира помедлила. Потом ответила честно:

– Нет. Мне было семнадцать, когда я узнала о тебе. Но когда взяла на руки… поняла – это судьба.

Итан сглотнул. Стыд сжал горло так сильно, что стало больно дышать.

У него были самые лучшие родители. А он… он их подвёл.

Глава 2

Весть о том, что «золотой мальчик» Итан Блэк попал в переплёт, разнеслась по школе за считанные часы. Стоило ему появиться во дворе, как разговоры стихали, а за спиной начинался шёпот – приглушённый, но настойчивый. Его лицо с жёлто-фиолетовыми пятнами синяков стало главной темой дня.

С одной стороны – это совсем не вязалось с образом идеального ученика. С другой – именно эта нестыковка и будоражила всех. Итан делал вид, что ничего не замечает, хотя внутри всё кипело от чужих взглядов.

На плечо неожиданно легла ладонь. Он резко развернулся, уже сжимая кулак, но вовремя узнал Джей-Джея.

– Воу-воу, полегче, дружище. С чего это ты на людей кидаешься?

– Не вовремя, – буркнул Итан, но тут же расслабил плечи.

– Зато теперь выглядишь мужественно, – хмыкнул Джей-Джей. – Девчонки вообще с ума сходят.

И правда, взгляды цеплялись за него особенно жадно. Синяки и ссадины только подливали масла в огонь. Одни шептались, что он дрался, защищая чью-то честь, другие видели в его молчании загадку.

Слухи множились: «Даже Итан Блэк оказался на ковре у директора!» Многие девочки уже прикидывали, пригласит ли он их теперь на осенний бал. Но Итану было всё равно. Его сейчас интересовали только учёба и тренировки.

В этот день, среди гулких коридоров и настороженных глаз, он заметил Елену Радос.

– Итан.

– А? – он обернулся. – Привет, Елена.

– Привет. Можно тебя на минутку? – голос у неё был тихий, почти робкий.

– Конечно, – кивнул он и отошёл с ней в сторону от шумной толпы друзей. – Что-то случилось?

Елена нервно теребила рукав блузки, будто собиралась с духом.

– Елена?

Она вздрогнула, подняла на него глаза огромные, янтарные, блестящие, и спросила:

– Как ты себя чувствуешь?

Слова повисли между ними. Итан заметил, как её пальцы дёрнулись к его щеке, но тут же одёрнулись.

– Нормально, – коротко ответил он.

– Сильно болит?

– Терпимо. Спасибо.

Пауза легла тяжёлая, как мокрый воздух перед дождём.

– Говорят, директор сильно ругалась. Тебя наказали?

– Отделался выговором.

– Для всех было неожиданностью, что именно ты…

– Я такой же подросток, как все. Чего удивительного?

– Но ты ведь такой… – Елена замялась.

– Какой?

– Хороший и правильный! – выпалила она и тут же залилась краской до корней волос.

Итан чуть нахмурился. Её смущение было слишком очевидным. Никто в школе не сомневался: Елена Радос уже два года безнадёжно влюблена в него. Хрупкая, стройная, отличница, первая красавица, но для него она оставалась просто хорошей одноклассницей.

– А почему ты ещё в школе? Уроки давно закончились.

– Ах… дела в совете старшеклассников. Опять задержалась.

– Понятно. Мне на тренировку пора. Постарайся не уходить поздно по темноте, ладно?

Елена засияла.

– Хорошо.

– До встречи.

– До встречи, – она улыбнулась и помахала ладонью.

Она смотрела ему вслед, пока он не скрылся за поворотом. Несколько простых слов – и внутри у неё всё перевернулось от надежды.

– Дружище, ты ещё не сказал Елене, что не идёшь на бал? – подколол Джей-Джей, когда они шли по коридору.

– Зачем мне это говорить? – отозвался Итан.

– Он притворяется, будто не понимает, – прошептал Арчи, скосив глаза на друга.

– Заткнитесь оба.

– Неужели тебе её совсем не жаль? Она же сохнет по тебе! – Арчи не унимался.

– Это не значит, что я обязан с ней встречаться.

– Так она тебе совсем не нравится?

– Нравится. Как человек. Как друг.

– Он разобьёт ей сердце, – вздохнул Джей-Джей.

– Определённо, – поддакнул Арчи.

Итан только махнул рукой и ушёл на тренировку.

После изнуряющих упражнений он вышел во двор. Небо уже затянуло тяжёлыми тучами, и вскоре хлынул ливень. Дождь бил по асфальту, отражаясь в лужах тусклыми бликами. Холодный ветер пробирал до костей, и Итан невольно сжал плечи. Дождь всегда вызывал в нём тоску – будто напоминал, как легко промокнуть до нитки и остаться совсем беззащитным.

Он уже доставал телефон, чтобы вызвать такси, когда заметил знакомую фигуру на автобусной остановке. Елена сидела на скамейке, мокрая насквозь, но всё такая же светлая и тихая.

Итан раскрыл зонт и подошёл.

– Почему ты сидишь здесь и мёрзнешь?

– А? – она подняла голову. – Итан?

– Ты опять задержалась?

– Да. Подготовка к балу. Много дел.

– Но почему сидишь здесь?

– Опоздала на последний автобус. Такси не приезжает.

– А зонт где?

– Забыла, – призналась она, опустив глаза.

Итан тяжело вздохнул.

– Пошли, я провожу тебя.

– А? – Елена растерянно моргнула.

– Не будешь же сидеть здесь до ночи?

– Родителей дома всё равно нет… они в ночной смене.

– Тем более. Вставай.

Он протянул ей руку.

– Я не хотела бы тебя обременять.

– Я не могу оставить тебя здесь мёрзнуть. Пошли.

Она поднялась. Итан подвёл её под зонт.

– Держись за меня, а то плечо промокнет. Не бойся, я не кусаюсь.

У Елены сердце стучало так сильно, что казалось, он сейчас услышит. Итан рядом, так близко. Каждое его движение, каждый взгляд казались ей чудом.

По дороге они говорили о разном. Оказалось, у них действительно много общего. Когда дорогу перегородила особенно широкая лужа, Итан передал ей зонт и легко поднял на руки.

Елена ахнула, а потом улыбнулась, чувствуя его силу и осторожность. В его глазах было столько тепла, что ей захотелось, чтобы этот момент никогда не кончался.

– Ты ноги промочишь, – тихо сказала она.

– Ничего.

– Простынешь.

– Переживаешь? – он посмотрел ей прямо в глаза.

Она замерла, не находя слов.

– Не хочу быть причиной твоей болезни.

– Не переживай, – мягко ответил он.

Остаток пути прошёл почти незаметно.

– Вот мой дом, – показала Елена.

– Хорошо. В следующий раз не забывай зонт. Увидимся в школе.

Он развернулся и пошёл прочь.

– Пока, – тихо сказала она, глядя ему вслед.

И уже знала: в следующий раз она снова «забудет» зонт.

Когда Итан вернулся домой, отец ждал его в холле.

– Опоздал, – коротко сказал Калеб.

– Я провожал одноклассницу. Она задержалась, зонт забыла.

– Одноклассницу, значит.

– Ну не мог же я оставить её одну.

– Такси вызвать?

– Ждали. Высокий спрос. Никто не приезжал.

Калеб внимательно смотрел на сына.

– Она твоя девушка?

– Что? Нет! С чего ты взял?

– Просто спросил. Раньше ты никого не провожал.

– В этом нет ничего особенного.

Калеб кивнул. Он верил, но всё равно хотел понять сына чуть лучше.

– Ладно. Через час спустись к ужину.

– Хорошо.

– Итан.

– Да? – он остановился на лестнице.

– Молодец. За девушками нужно ухаживать.

Итан коротко кивнул и поднялся наверх, чувствуя странное тепло от этих простых слов.