Саундтреки

drunken night — «Ash in Your Eyes ~ Dark Romance»

Omido — «NEVER EVER

Camylio — «i tried»

Omido, Rick Jansen — «Secrets»

Isabel LaRosa — «Heartbeat»

Tommee Profitt feat. brooke — «Can't Help Falling In Love (DARK)»

Bad Omens — «Specter»

Skillet — «Whispers in the Dark»

seen twice, Lestmor — «VIOLENCE»

Tom Odell — «Another love (slow)»

Chase Atlantic — «DIE FOR ME»

Sleep Token — «The Apparition»

Isabel LaRosa — «favorite»

Billie Eilish — «CHIHIRO»

Посвящается всем тем, кто когда-то потерял свои крылья. Помните: чтобы летать, необязательно быть ангелом.

Пролог

В этой истории не будет ни победителей, ни проигравших. Лишь те, кто отдал слишком много, чтобы спасти то, что было дорого, и те, кто никогда не остановится, даже когда ставки станут слишком высоки.

Здесь нет случайностей.

Здесь не прощают ошибок.

Здесь пахнет сладостью.

Здесь обитает безмолвие.

Один

Саюри

Пальцами касаюсь протянутой ладони мужа – я ступаю на красную ковровую дорожку. Нас встречают сотни возгласов и щелчки камер. На несколько секунд я теряюсь от ослепляющего света, но рука Райли, крепко обхватившая меня за талию, не позволяет упасть. Моё чёрное длинное вечернее платье светится от вспышек, а на лице появляется улыбка, когда мы делаем несколько первых шагов. Райли сдержанно улыбается журналистам, которые пытаются узнать у него новости, касающиеся наших отношений.

– Мистер Финч, слухи о разводе?..

– Райли, как продвигается стройка в Хэмптоне?..

Мы неспешно поднимаемся по лестнице, ведущей к роскошному зданию, где сегодня будет проходить благотворительный аукцион. Уже почти на середине пути мы, по обычаю, останавливаемся, чтобы сделать пару удачных снимков.

Никогда не любила такое количество кричащих людей, хотя всю свою сознательную жизнь провела на сцене. Я не понимала, как отвечать на вопросы журналистов, особенно когда они перекрикивали друг друга, стараясь урвать новость, которая уже завтра выйдет с кричащим заголовком. Были и такие, кто задавал глупые и неуместные вопросы, чтобы поднять популярность своей жёлтой газетёнки. Райли очень редко поддавался на провокации со стороны журналистов, а я была готова выложить всю правду-матку – и не знаю, как у меня это получалось. Но, усвоив урок за пять лет нашего брака, я предпочитала молчать, чтобы наутро не было стыдно.

Развернувшись ко входу, мы продолжаем подниматься и через несколько секунд оказываемся в просторном холле, где также толпится народ. Сюда пускают только проверенных журналистов – согласно регламенту они задают вопросы, на которые получают ответы.

– Райли Финч, добрый вечер! – на нас устремляются камеры, когда мы подходим к большому баннеру, посвящённому благотворительности. – Мы наслышаны о вашем новом проекте по строительству сети отелей.

– Добрый вечер! – отвечает Райли. – Да, проект на стадии разработки и реализации. Наша компания Embrace Luxe Hotels совсем скоро презентует все подробности.

– Скажите, а как вы смогли договориться с жителями территорий? Насколько мы осведомлены, там были частные владения.

Я смотрю на мужа, слегка сжав его тёплую ладонь, потому что этот проект отобрал не только время, но и нервы всей компании. Райли несколько раз уезжал в командировки, чтобы лично разобраться с проблемами, которые создавали люди, выпрашивая за свои дома намного больше, чем давала оценочная компания.

– В любом бизнесе есть свои проблемы, но я тот, кто любит их решать, – он непринуждённо пожимает плечами и улыбается своей фирменной улыбкой, и это действие автоматически заставляет совсем юную репортёршу немного покраснеть. – Просто нужно знать, как правильно подойти к той или иной ситуации.

– Миссис Финч, а про вас в последнее время очень много говорят, – переключается на меня светловолосая девушка, мило улыбаясь. – Ваши постановки в театре поднимают интерес у старшего поколения, хотя сейчас, как бы грустно ни звучало, становится очень мало тех, кто интересуется данным искусством. Особенно нынешняя молодежь, которую, кажется, не загнать в театр ни под каким предлогом.

Я смеюсь.

– Действительно, в наше время мало кто посещает театры, но я стараюсь, чтобы о нас узнали как можно больше. И поэтому раз в полгода мы открываем свои двери для новых юных лиц, чтобы каждый попробовал себя на сцене. И могу сказать с уверенностью, что с каждым годом поток новых актёров повышается.

– Вы берёте без опыта? – удивляется девушка.

– Берём. Но в процессе обучаем тонкостям, – я снова улыбаюсь. – Если человеку нравится то, чем он занимается, то и опыт придёт со временем. Никто из нас не рождается с ним.

– Спасибо за ваши ответы!

Райли сразу же спешит ко входу в зал. Его плечи немного расслабляются, и он улыбается мне, целуя мою руку. Как и все мужчины на планете, он не любит сборища людей и все эти приёмы, но отказаться от посещения не может. Особенно если это касается детей. Хотя, конечно же, я бы поспорила, что хоть какая-то часть собранных денег доходит до адресата.

Мы входим в большое пространство богатства и пафоса: мраморные полы, скульптурные статуи и колонны встречают нас медленной мелодией, играющей на фоне. Несколько десятков человек уже находятся в кругу своих знакомых, а мимо их компаний плавно и синхронно проплывают официанты, галантно предлагая наполненные фужеры. Как только мы показываемся другим гостям, на моего мужа сразу же обращают внимание. Да и на меня смотрят тоже, но с чувством враждебности. Конечно, я же «по блату» залезла в койку к самому Райли Финчу – самому богатому бизнесмену Нью-Йорка. Не стану скрывать, что его не раз признавали самым завидным холостяком, и все очень пристально следили за его личной жизнью.

Мой муж красив во всех смыслах, на которые способен мозг. Высокий, с крепким телосложением, он до мозга костей заядлый любитель спорта. У него тёмно-серые глаза, которые при искусственном освещении кажутся стальными. Всегда идеально подстриженные тёмные волосы уложены в красивую мужскую причёску. Его взгляд всегда упрямый и решительный, но также может быть и добрым – особенно когда он находится среди близких.

Но как же тогда мы встретились?

Всё очень просто: он был на постановке, в которой я играла. Да, я иногда поддаюсь искушению и выхожу на сцену. Я не была такой богатой и завидной невестой – я была обычным смертным человеком, который разве что по телевизору видел все эти светские приёмы. Я руководила старым театром, который был построен задолго до моего рождения: наша семья владела им из поколения в поколение. Моя мама не являлась заядлым поклонником театрального искусства, зато это унаследовала я. Я очень любила ходить на представления и бегать по коридорам театра, когда им владела моя бабушка. Проще сказать – я была жителем тех стен.

Так вот. Райли забрёл на постановку, на которую его подбили друзья, и в итоге остался посмотреть. Как позже он мне сказал, ему очень захотелось познакомиться с главной героиней того спектакля. Честно признаться, я была польщена его попытками познакомиться со мной. Как говорил тогда мой муж, его привлекла моя внешность, которая показалась ему необычной. Я метиска. Не сказать, что я считала себя красавицей, но именно азиатские корни моего биологического отца вперемешку с американской кровью матери сделали из меня девушку с необычной внешностью.

И знаете, наверное, не поверите, но то знакомство стало началом наших отношений, а ровно через два месяца я стала законной супругой Райли Финча.

– Я уже устал и очень хочу отправиться домой, – говорит Райли, когда мы останавливаемся около колонны, украшенной цветами и лианами, собранными в красивые композиции. Он берёт два фужера у остановившегося около нас официанта, осматриваясь по сторонам.

– Придётся потерпеть, – я принимаю фужер и делаю маленький глоток шипучей жидкости, следя за взглядом мужа.

Он закатывает глаза и слегка усмехается, понимая, что ему не сбежать. Что каждый прием, который мы посещаем, обязывает его участвовать и показывать всем остальным, насколько мир бизнесменов и миллионеров не скуп на благотворительность.

– Ты права, – он кивает, смотря мне за спину. Его рука ложится мне на поясницу, а взгляд становится непроницаемым. Мне интересно, куда это он смотрит, и приходится обернуться.

На пороге появляются новоприбывшие гости. Их настолько много, что я не сразу понимаю, почему у моего мужа пропало и без того подпорченное настроение. А когда взгляд выхватывает знакомые силуэты, даже я перестаю улыбаться, потому что там стоят люди, которые не первый год судятся с компанией Райли. Global Technologies является мировой корпорацией, предоставляющей услуги программного обеспечения для клиентов, отвечающие за безопасность и сбор конфиденциальных данных.

Почему я о них знала? Потому что на протяжении двух лет они не признавали свою вину в сливе информации о клиентах. Райли воспользовался их услугами, чтобы вся база отелей и их посетителей находилась под защитой программы Global Technologies. В итоге после нескольких лет использования в сеть слили всю конфиденциальную жизнь наших гостей.

На всех заседаниях за прошедшие месяцы присутствовал один из представителей их компании – Трой Фокс, занимавший должность заместителя и являвшийся правой рукой своего босса, некоего Вистана Риверса, который, в свою очередь, никогда не появлялся на заседаниях, как и на публике.

– Только этих тут не хватало, – говорит Райли, пока я, положив руку на сгиб его локтя, стараюсь удержать его от разборок. Не раз приходилось сталкиваться с ссорами, а наутро искать журналюг, которые хватали самые горячие фотографии тех самых конфликтов.

– Спокойно, – я бросаю быстрый взгляд через плечо.

Вся толпа людей движется в другую сторону, но один человек из основной массы смотрит прямо на нас. Мужчина выглядит элегантно: его стройную фигуру облегает тёмный костюм – он сидит так, словно его прямо на нём и шили. Волосы в искусственном освещении кажутся тёмными, идеально уложены назад, а взгляд холодный и проницательный, будто он владеет способностью считывать людей. Острые черты лица, выделяющиеся прямой и высокой линией носа, чётко очерченные скулы и очень пронзительный взгляд. Стоит этому мужчине переключиться на меня, как становится почему-то не по себе, как будто меня за доли секунды раздели и выставили на всеобщее обозрение. Я отворачиваюсь и замечаю, что к нам приближаются друзья и коллеги Райли. Линн и Тристан являются частью бизнеса, который мой муж построил вместе с ними.

– Рай, я надеюсь, сегодня пройдёт без мордобоя? – спрашивает Линн, кивнув мне в знак приветствия и тем самым закрывая спиной ненавистных гостей.

– Почему они здесь? – вместо ответа спрашивает Райли, повернувшись к Тристану.

– Понятия не имею, – он пожимает плечами. – Хотя ты сам должен понимать, что этот фонд многим рассылает приглашения.

– Только вот я не думал, что Риверс притащится тоже, – с усмешкой говорит Линн.

– Решил выгулять свою жену, чего непонятного-то, – поддерживает Тристан. – Вы смотрите, какая она у него красотка.

Чисто ради интереса я выглядываю из-за спины Линна, чтобы понять, кто из них Вистан и его жена. Их небольшая компания состоит из трёх мужчин и двух женщин, а кто из них кто, я так и не поняла. Да и мне не было до них дела – нужно следить за Райли и его желанием врезать кому-нибудь по физиономии.

– Когда там у нас новое слушание? – Райли отрывается от разглядывания гостей и возвращает внимание к друзьям.

– На следующей неделе, я внёс в наше расписание, – отвечает Линн.

– Хоть одна хорошая новость, – бурчит Райли и смотрит куда-то в сторону. Открываются двойные двери, и вся масса людей постепенно начинает двигаться туда.

Мы одними из первых входим в просторное помещение и останавливаемся у мест в самом начале, занимая правую сторону расставленных сидений. Я осматриваюсь по сторонам, и мой взгляд падает на большой баннер посередине сцены: там фотографии больных детей, и мне очень хочется хоть как-то помочь каждому из них. Все дети на фото хоть и с улыбками, но их глаза не горят желанием жить. Действительно ли сегодня соберут деньги и отправят им? Хотелось в это верить.

– Саюри! – я слышу знакомый голос подруги и, увидев её, улыбаюсь и встаю.

– Сара? – мы отходим в сторону, ближе к сцене. – Не ожидала тебя увидеть здесь!

– Я же говорила – сегодня увидимся! Наша компания занималась рекламой этого благотворительного вечера, – девушка указывает на баннер, который я изучала пару минут назад.

– Поэтому ты вчера была такая загадочная? – я прищуриваюсь, а подруга улыбается.

– Хотела устроить сюрприз, – она пожимает плечами, прижимая к груди планшет.