Глава 1

Четверг всегда был моим любимым днем.

Смешно, да?

Я правда всегда верила, что четверги самые везучие. И не ждала беды…

В тот четверг у меня было всего две пары, гражданское право и философия. После них я собиралась заехать в кофейню возле университета, взять двойной эспрессо и морковный пирог, который пекла девушка с красными волосами за кассой. Потом — домой, конспекты, подготовка к зачету, душ и сериал под одеялом.

Обычная жизнь.

Последний день моей обычной жизни.

Сентябрьское солнце било в глаза слишком ярко, будто насмехалось. Я щурилась, выходя из главного корпуса, поправляла тяжелый рюкзак на плече и в сотый раз набирала Максима.

"Абонент временно недоступен".

Снова.

Третьи сутки.

Меня уже начинало трясти от злости. И страха тоже. Потому что мой брат был идиотом. Из тех, кто сначала влезает в дерьмо по шею, а потом улыбается и говорит: "Да нормально все, Мия".

Нормально никогда не было.

Я убрала телефон в карман и тогда увидела их.

Два черных внедорожника стояли прямо у ворот университета, перекрыв половину дороги так нагло, будто город принадлежал им. Тонированные стекла блестели под солнцем масляным черным глянцем. Возле машин уже собралась толпа — студенты шептались, снимали что-то на телефоны, но близко никто не подходил.

Потому что люди чувствуют опасность.

Даже когда не понимают, откуда она исходит.

У меня внутри все похолодело еще до того как открылась дверь первого внедорожника.

Из машины вышел мужчина.

Высокий. Массивный. В черной кожаной куртке поверх футболки, натянутой на широкие плечи. Татуировки спускались по шее и исчезали под воротом. Над бровью — старый рваный шрам. Лицо жесткое, как удар кастетом.

Игнат.

Правая рука Дамира Алиева.

Я знала его по фотографиям из новостей. По слухам. По шепоту в курилках. По разговорам Максима, которые он резко обрывал, когда замечал меня в дверях кухни.

"Если увидишь людей Алиева — беги".

Когда-то брат сказал это смеясь.

Сейчас мне было не до смеха.

Следом из машины вылез второй — худой, нервный, с бегающим взглядом и тонкими губами. Он осматривал толпу с мерзкой, ленивой ухмылкой человека, который любит чужой страх.

Они кого-то искали.

И через секунду я поняла — кого.

Меня.

Это ощущение невозможно спутать ни с чем. Будто ледяная рука сжимает внутренности. Будто инстинкт орет прямо в мозг: "Беги. Сейчас".

Я попятилась.

Медленно. Осторожно.

Сердце билось так сильно, что меня начинало мутить. Еще шаг назад. Еще один. Раствориться в толпе. Исчезнуть. Просто уйти.

— Ветрова! — голос Игната вспорол воздух ножом. — Стоять.

Я сорвалась с места.

Рюкзак бил по позвоночнику. Воздуха не хватало уже через несколько секунд. Я рванула за угол корпуса, к аллее возле спорткомплекса. Если успею добежать до охраны, если успею...

Топот за спиной становился ближе.

Они не кричали.

Не угрожали.

Они просто догоняли меня с холодной звериной уверенностью хищников, которые знают, добыча все равно никуда не денется.

У меня горели легкие. Перед глазами начинало темнеть.

И в следующую секунду чья-то рука резко дернула меня за рюкзак.

Я вскрикнула, влетая спиной в чужую грудь.

Запах кожи. Табака. Мужского пота. Опасности.

— Попалась, — хрипло выдохнул Игнат мне в ухо.

Я ударила локтем назад, но он только рассмеялся. Его пальцы стиснули мое запястье так сильно, что кости хрустнули.

Боль прострелила руку до самого плеча.

— Пусти меня! — заорала я, вырываясь.

Второй уже стоял напротив.

И в его руке был нож.

Тонкое лезвие блеснуло прямо перед моим лицом.

— Тише, девочка, — ласково усмехнулся. — Не усложняй. Босс просто хочет поговорить.

Босс.

Меня затошнило.

Потому что я знала, кто их босс.

Дамир Алиев.

Имя, от которого в городе замолкали даже взрослые мужики.

Про него рассказывали разное. Что он начал с подпольных боев без правил. Что убил человека в семнадцать. Что конкурентов находили по частям в промзонах. Что ему принадлежит половина ночного бизнеса города и еще половина полиции.

Никто не знал, где правда.

Но все боялись.

Даже сейчас — я видела это по лицам вокруг.

Студенты смотрели. Преподаватели смотрели. Охранник возле дверей смотрел.

И никто не вмешивался.

Никто.

Потому что против людей Алиева не шли.

Игнат потащил меня обратно к машине. Я упиралась, цеплялась ботинками за асфальт, но он был слишком сильный. Рюкзак сорвался с плеча. Худой подхватил его и прямо на ходу вытряхнул содержимое на землю.

Тетради.

Учебники.

Помада.

Ручки.

Моя жизнь рассыпалась по асфальту мусором.

— Господи... это же Мия Ветрова...

— Заткнись.

— Надо вызвать полицию...

— Ты совсем тупой? Это люди Алиева.

Меня затолкнули в салон внедорожника.

Дверь захлопнулась.

И мир исчез.

Внутри пахло сигаретами, дорогой кожей и чем-то сладким, удушающим. Тонировка была настолько плотной, что снаружи нас невозможно было увидеть.

Идеальная клетка.

Игнат сел рядом, перекрывая мне путь к двери своей тяжелой тушей.

— Убери от меня руки.

Он медленно повернул голову и усмехнулся.

Во рту блеснул золотой зуб.

— А характер есть. Дамиру понравится.

От того, как он произнес имя своего босса, меня передернуло.

Машина мягко тронулась с места.

И вместе с ней тронулась в пропасть моя жизнь.

Меня долго везли до пункта назначения.

Я старалась как могла, запоминать дорогу. Считала повороты, смотрела в окна, но страх сбивал мысли в кашу. Мы выехали из центра, миновали жилые районы и углубились в промышленную часть города.

Старые ангары.

Ржавые заборы.

Разбитый асфальт.

Место, куда нормальные люди не суются даже днем.

Ворота открылись медленно, с металлическим скрежетом.

За ними находился огромный заводской комплекс, переделанный во что-то чудовищное.

Подпольный клуб.

Бойцовская арена.

Притон.

Штаб-квартира монстра.

Меня вытащили из машины и повели внутрь.

Гул музыки бил по ушам. Воздух был тяжелым — алкоголь, сигареты, пот, кровь. Где-то далеко орали мужчины. Смех. Мат.

Игнат держал меня за локоть крепко, почти больно.

Мы поднялись на второй этаж и вошли в просторный кабинет с панорамным стеклом.

Внизу находился ринг в металлической клетке.

У меня пересохло во рту.

— Жди, — бросил Игнат и вышел.

Я осталась одна.

Кожаный диван. Огромный стол. Мониторы с камерами наблюдения. Мини-бар во всю стену.

Все выглядело дорого.

Очень дорого.

Слишком дорого для человека, про которого говорили, что он вырос в трущобах.

Дверь за спиной открылась спустя минут десять.

И я сразу почувствовала его.

Даже раньше чем обернулась.

Запах табака.

Тяжелая мужская энергетика.

Опасность.

— Значит, это ты, Мия Ветрова.

Низкий голос с легкой хрипотцой прошелся по позвоночнику холодом.

Я медленно повернулась.

И встретилась взглядом с Дамиром Алиевым.

Господи.

На фотографиях он выглядел опасным.

В жизни — катастрофой.

Высокий. Огромный. Черная футболка обтягивала мощное тело, полностью забитые татуировками руки выглядели так, будто были созданы ломать кости. На скуле — свежий порез. Темные волосы небрежно зачесаны назад.

Но страшнее всего были глаза.

Почти черные.

Тяжелые.

Голодные.

Он смотрел на меня так, будто уже решил, что я принадлежу ему.

Полностью.

Без права выбора.

Дамир затянулся сигаретой и медленно выпустил дым.

— Подойди.

Я осталась стоять на месте.

Угол его рта дернулся.

— Смелая?

— Нет. Просто не хочу быть ближе к психопату.

В комнате повисла тишина.

А потом он вдруг усмехнулся.

Медленно.

Опасно.

И от этой улыбки мне стало страшнее, чем от ножа у лица.

— Уже нравится, — тихо произнес он.

Глава 2

Комната оказалась даже хуже, чем я представляла.

Не комната — бетонная коробка.

Сырая. Глухая. Мертвая.

Серые стены без единого пятна цвета, узкая кровать с продавленным матрасом, от которого пахло чужим потом и старой пылью, облезлая тумбочка с перекошенной дверцей и лампочка под потолком, качающаяся от каждого сквозняка. Окон не было. Только узкая вентиляционная решетка под самым потолком — слишком маленькая даже для кошки.

Идеальная клетка.

Игнат швырнул на кровать сверток с одеждой.

— Осваивайся, студентка. Завтра начнешь отрабатывать долги братца.

Черная футболка и черные джинсы.

Логотип клуба — серебристый череп с молнией.

Район Ада.

Очень подходящее название для места, где людей ломают медленно и с удовольствием.

— А если я откажусь? — я подняла голову.

Игнат рассмеялся.

Грубо. Глухо. Так смеются люди, которые давно разучились чему-то удивляться.

— Тогда Дамир сам объяснит тебе правила.

От одного имени внутри все похолодело.

Дамир Алиев.

Даже мысли о нем причиняли моральную боль.

Игнат вышел и через секунду тяжелая дверь захлопнулась.

Лязг замка прозвучал как приговор.

Я осталась одна.

Первые минуты я просто сидела на кровати, уставившись в стену. Мозг будто отказывался принимать происходящее.

Меня похитили. Заперли в подвале подпольного клуба. Сделали вещью. Платой за долги Максима.

Меня накрыло резко.

Даже не страхом…яростью.

Хотелось разбить что-нибудь. Заорать. Разнести эту проклятую комнату по кирпичам. Но вместо этого я медленно поднялась и подошла к двери.

Сталь. Толстая. Без ручки изнутри.

Без шансов.

Я проверила вентиляцию. Потолок. Шкаф.

Ничего.

Бежать было некуда.

Я развернула одежду. Джинсы оказались почти впору, футболка — огромной. Когда я переодевалась, меня вдруг накрыло странным ощущением, будто вместе со своей одеждой я снимаю остатки прошлой жизни.

Моя футболка.

Мои духи на воротнике.

Мои вещи.

Все осталось где-то там — возле университета, на грязном асфальте рядом с рассыпанными тетрадями.

Теперь на мне была форма пленницы.

Ночью я так и не уснула.

Сверху грохотала музыка. Басы били по потолку, будто огромное сердце качало кровь по венам этого чудовища. Иногда раздавался мужской смех. Крики. Грохот бутылок.

“Район Ада” жил своей жизнью.

И где-то там, наверху, был он.

Дамир.

Я ненавидела себя за то, что постоянно думала о нем.

О его глазах.

О тяжелом голосе.

О том, как он смотрел на меня так, будто уже мысленно раздел и заклеймил своим именем.

Под утро музыка стихла.

Я лежала на спине, глядя в потолок и думала о Максиме. Какой же он трус.

Слабак. Идиот.

Он снова сбежал, оставив меня разгребать последствия.

Как всегда.

Только раньше это были мелкие неприятности — долги, драки, проблемы с учебой. А теперь…

Теперь за мной пришел монстр.

И этот монстр носил дорогое черное пальто, курил крепкие сигареты и смотрел так, будто способен раздавить человека одним взглядом.

Утром дверь распахнулась резко.

На пороге стояла женщина лет сорока с усталым лицом и выжженными перекисью волосами.

— Завтрак. Через час работаешь.

Она поставила поднос на тумбочку. Овсянка и хлеб с чаем.

Тюремный набор.

— Как вас зовут? — спросила ее.

— Тамара.

— Давно вы здесь?

Она подняла на меня тяжелый взгляд.

— Здесь долго никто не задерживается.Это место всех меняет.

И ушла.

От ее слов стало не по себе.

Через час мне выдали ведро, тряпки и повели в основной зал.

Днем клуб выглядел еще страшнее.

Огромное помещение без окон. Черные стены. Металл. Неон. Барная стойка длиной метров десять. Кожаные диваны в вип-зонах.

И клетка.

Та самая.

Ринг посреди зала.

На полу возле сетки темнели бурые пятна.

Я сразу поняла, что это кровь. И меня передернуло.

— Отмоешь, — коротко сказала Тамара.

Меня затошнило.

Но я молча взяла тряпку.

Следующие часы превратились в бесконечный ад.

Я драила полы. Оттирала засохшую кровь. Мыла туалеты. Собирала окурки и битое стекло. Руки горели от химии, поясницу ломило, волосы прилипли к вискам.

Охранники постоянно пялились. Лениво и оценивающе.

Но никто не трогал.

Потому что я принадлежала Дамиру Алиеву.

Эта мысль пугала сильнее всего.

К вечеру клуб ожил. Громкая музыка, крепкий алкоголь, сигаретный дым и разгоряченные тела на танцполе.

Меня поставили работать в баре.

Я таскала подносы, ловила липкие взгляды мужчин и мечтала только об одном — пережить этот день.

А потом атмосфера изменилась.

Резко.

Будто по залу прошел электрический ток.

Музыка стихла.

Свет погас.

Прожекторы ударили в центр клетки.

Толпа взревела.

— Бои начинаются, — бросила Тамара. — Не пялься слишком долго.

На ринг вышли двое мужчин.

Голые по пояс.

Избитые.

Голодные до чужой крови.

И когда прозвучал гонг, я поняла, это не спорт.

Это бойня.

Толпа орала от восторга, когда один из бойцов впечатал второго лицом в сетку клетки. Кровь брызнула на пол.

Меня передернуло.

Я отвернулась.

И встретилась взглядом с Дамиром.

Он стоял в вип-ложе наверху.

Черный костюм сидел на нем идеально. Белая рубашка расстегнута на пару пуговиц, татуировки выглядывали из-под воротника.

Но страшнее всего были глаза.

Темные. Неподвижные. Одержимые. Он смотрел не на бой…

На меня.

По коже прошел холод.тЯ первой отвела взгляд.

И почему-то почувствовала себя добычей.

Бой закончился быстро.

Одного парня унесли почти без сознания.

Толпа ревела.

Дамир едва заметно кивнул кому-то из своих людей и те начали собирать ставки.

Король своего личного ада.

К трем ночи клуб почти опустел.

Я собирала пустые бутылки, когда за спиной раздался знакомый голос:

— Ветрова.

Игнат.

Сердце неприятно дернулось.

— Босс ждет.

Я молча поставила ведро на пол.

Ноги вдруг стали тяжелыми.

Пока мы поднимались наверх, меня мутило от напряжения. В голове крутились десятки мыслей, одна хуже другой.

Зачем я ему?

Что он хочет?

Почему постоянно смотрит так, будто уже что-то решил?

Игнат толкнул дверь кабинета.

— Заходи.

Я вошла внутрь.

И сразу увидела его.

Дамир сидел в кресле у панорамного окна, закинув ногу на ногу. На столе — бутылка виски, пепельница и два стакана.

Пиджак он снял.

Рукава рубашки закатал до локтей.

Черно-белые татуировки оплетали сильные предплечья, уходя под ткань.

Опасный.

Слишком красивый для человека вроде него.

И именно это бесило сильнее всего.

— Садись, — спокойно сказал он.

Я осталась стоять.

Его взгляд медленно поднялся на меня.Тяжелый. Давящий.

— Не заставляй меня повторять дважды.

Я села.

Осторожно…на самый край.

Он плеснул виски в оба стакана и один подвинул ко мне.

— Пей.

— Не хочу.

— А я не спрашивал.

Пришлось взять стакан.

Алкоголь обжег горло.

Дамир наблюдал за мной так внимательно, будто изучал каждую эмоцию.

— Рассказывай про брата.

— Я ничего не знаю.

— Врешь.

— Нет.

Он усмехнулся уголком губ.

— Все сестры говорят одно и то же.

— Потому что это правда.

Несколько секунд он молчал.

А потом резко встал.

Я напряглась мгновенно.

Дамир медленно обошел стол и остановился рядом.

Слишком близко.

Я чувствовала запах его парфюма, табака и виски.

— Твой брат меня предал, Мия, — спокойно произнес он. — Из-за него я потерял деньги. Людей. Время. А я ненавижу что-то терять.

Он наклонился ближе.

Мое сердце пропустило удар.

— Поэтому теперь ты здесь.

— Я не имею к этому отношения.

— Имеешь, — отрезал Дамир. — Ты его слабое место.

— У Максима нет слабых мест кроме него самого.

Дамир вдруг рассмеялся. Не громко, но от этого смеша меня пробило ледяным ознобом.

— Может быть. Но ты все равно останешься здесь.

Его пальцы коснулись моего подбородка. Медленно. Нежно…но так опасно.

По коже тут же побежали мурашки.

Я ненавидела собственное тело за эту реакцию.

— Ненавижу тебя, — выдохнула, сжимаясь.

— Знаю.

Большой палец скользнул по моей нижней губе. Надавил.

У меня сбилось дыхание. Почувствовала как губы горят, будто к ним прикоснулось каленое железо.

— И это самое интересное, — хрипло выдохнул.

Я должна была оттолкнуть его.

Ударить.

Закричать.

Но вместо этого сидела неподвижно, словно загипнотизированная его взглядом.

Темным.

Голодным.

Разрушающим.

— Ты боишься меня, Мия?

— Да.

— Хорошо.

С одобрением улыбнулся. От этой улыбке и интонации в его голосе — внутри все перевернулось.

Дамир отпустил мое лицо и сделал шаг назад.

Свободного воздуха вдруг стало больше, но легче не стало.

— Иди спать. Завтра будет тяжелый день.

Я вскочила так резко, что стул скрипнул по полу.

Он смотрел мне вслед с едва заметной усмешкой.

Хищник, который никуда не спешит.

Потому что добыча уже в клетке.

Я вышла в коридор на ватных ногах и только там поняла, что дрожу.

Губы все еще горели от его прикосновения.

И это пугало сильнее всего.

Потому что страх — это нормально.

Ненависть — тоже.

Но то странное темное чувство, которое зарождалось где-то глубоко внутри меня рядом с Дамиром Алиевым…