– Но почему вы? – настаивала Офелия. – Почему именно вы, вы один должны заботиться о судьбе мира?
Торн поморщился, пытаясь изменить позу. На его лбу выступили бисеринки пота.
Что бы он ни говорил, нога доставляла ему невероятное му-
чение.
– Профессиональный перекос, – наконец произнес он. – Можете считать это дурацким чувством долга или неизлечимой упертостью.