Глава 1

На юбилей их свадьбы он подарил ей измену.

Так и сказал: «как тебе?», рассчитывая на похвалу или, возможно, даже на благодарность. Хорошо, что не на просьбу повторить содеянное на бис.

Пошлые, кружевные, розовые стринги висели на спинке кровати, когда она вошла. Это первое, что Вера увидела. Странно, что не дорожку из остальной одежды, ведущей от двери к широкому супружескому ложу.

Запнувшись о какую-то тряпку, лежащую у самой двери, она опустила взгляд. Подняла клок тончайшей густо-алой ткани, расправила, встряхнув, и обнаружила в своих руках платье. Очень короткое и слишком обтягивающее. В нём любая женщина вряд ли могла сойти за приличную.

Платье Вера зачем-то перекинула через руку. Многолетняя привычка к порядку. Она не могла оставить вещи валяться на полу. Но и собрать их все не смогла.

Дорожка вела к спящим на кровати любовникам.

Вере сразу представилось, как парочка шла к кровати, срывала с себя одежду, танцуя вокруг друг друга в ритме сорванных с губ поцелуев и кратких, словно украденных, объятий.

Глядя на мирно посапывающих усталых от утех любовников, Вера задумалась. Она склонила голову к плечу и попыталась понять, когда что-то пошло не так? Может, она недостаточно старалась? Слишком мало внимания уделяла мужу? Слишком мало делала для него?

Её муж, дорогой и любимый Митенька, лежал в постели голый, крепко обнимая незнакомую брюнетку, и сладко спал. Одна его нога была закинула на девушку, и Вера вновь склонила голову – теперь к другому плечу. Эта поза была ей хорошо знакома. Но сейчас, по какой-то неведомой ей причине, муж спал в своей любимой позе отнюдь не с ней.

И это не укладывалось в голове.

– Мама, я дома! – послышался крик с первого этажа. В дом вернулась дочка.

Оленька задержалась на улице, когда они вдвоём вернулись из кинотеатра. Говорила по телефону с другом.

Из-за этой задержки Вера оказалась в доме первая. И первая обнаружила мужа с любовницей.

Она обернулась, чувствуя, как полыхнули от стыда щёки.

А что, если дочь поднимется наверх и увидит? Что будет, если она всё узнает?

Вера подавила в себе порыв подойти и закрыть дверь, чтобы дочка не увидела всего этого позора. Ей нечего стыдиться. Она не сделала ничего плохого.

Повернувшись обратно к кровати, Вера обнаружила, что брюнетка проснулась.

– Ой, а вы кто? – спросила она, увидев встречный Верин взгляд, а затем сладко потянулась под могучим телом не своего мужа.

Вера сглотнула противный тугой комок во рту. Эта девушка вела себя так, как будто она здесь хозяйка.

– Вера Николаевна, – представилась Вера. – Жена Дмитрия.

Она ожидала реакцию. Что брюнетка вдруг всё поймёт. Осознает своё положение. И мигом поймёт, что натворила!

Вера ожидала хоть какой-то реакции. Но брюнетка пожала милыми крохотными плечиками и призналась:

– Не узнала вас. А вы молодец, Вера Николаевна! Хорошо выглядите для своих лет…

Последние слова Вера проглотила стойко. Разница в возрасте между ней, взрослой и опытной женщиной, и этой «девочкой» видна невооружённым взглядом.

Вера мельком взглянула на спящего мужа. Неужели, дело только в возрасте?

Тем временем брюнетка, выбравшись из-под рук и ног Дмитрия, села на кровати и потянулась, сладко зевая. Соски на голой груди стояли торчком, а внизу живота виднелась яркая разноцветная татуировка. Прямо над зоной бикини.

Удивительно, но незнакомка ничуть не стеснялась своей наготы. Даже Вера больше смутилась от её голого вида.

– Платье дайте!

Вера не смотрела на голую девушку, потому не сразу поняла, что та обращается к ней.

Она опустила голову и обнаружила, что до сих пор держит на своей руке сложенное вдвое платье-мини.

– Давайте-давайте! – поторопила её брюнетка.

Вера протянула ей платье, стараясь не смотреть на неодетую девушку. Подождала, пока та оденется, и только тогда сказала:

– Уходите!

– Что? – со смешком переспросила брюнетка.

Она, уже в платье, хоть и на голое тело, совершенно никуда не собиралась. Даже наоборот. По-хозяйски прошагала по спальне и с удобством расположилась на невысоком пуфике около столика с косметикой.

Не поворачиваясь к Вере, оглядела себя в трёх зеркалах поочерёдно. Покрасовалась, подняв вверх волосы, соорудив на голове высокую причёску. Поправила упругую грудь под тонкой тканью платья. Выпятила губы. А затем, совершенно наглым образом открыла верхний ящик стола, где у Веры хранилась декоративная косметика, безошибочно вытянула из нужного отсека длинный тюбик увлажнителя для губ и применила по назначению.

– Мало, Вера Николаевна. Маловато у вас средств ухода, – прогундосила брюнетка, выпячивая губы, чтобы тщательно покрыть их увлажняющим блеском. – Всё какая-то возрастная косметика. Фу! – Наглый взгляд хамки пригвоздил Веру к месту. Брюнетка поморщилась, скользнув по её фигуре глазами, и выдал: – Ну хотя да. Вам нужно.

– Вон! – дрожащим от злости голосом произнесла Вера.

И с ужасом затаила дыхание, когда за спиной послышались лёгкие шаги.

– Мам, ты здесь? – спросила дочь, оказавшись на пороге. Увидела незнакомку…

И ничуть не удивилась!

– Привет, Крис! Ты сегодня с папой?

«С папой», – эхом зазвучало в голове Веры. Значит, дочь обо всём знала. Значит, это было уже не в первый раз.

– Ну что, Верунь? – Голос Дмитрия раздался словно гром среди ясного неба. – Как тебе?

Дмитрий взглядом указал на молодую любовницу, словно хвастаясь. А Вера ощутила, как земля уходит у неё из-под ног.

Глава 2

– Как тебе?

Её взгляд впился в ответный взгляд мужа, ища в нём опору. Как раньше. Но ничего не вышло.

Теперь эти серые глаза, которые она так любила, принадлежали не ей. Не на неё смотрели с любовью. Не видели в этом мире лишь одну – свою любимую женщину.

Вера смотрела на мужа и словно видела его впервые.

Дмитрий встал с кровати, замотав простыню на талии, чтобы не оказаться голым перед своей дочерью. Он подошёл не к ней, Вере. Подошёл к брюнетке, которую дочь назвала Крис, и погладил по голове, глядя на её отражение в зеркале.

– Ну что, Верунь? – повторил свой вопрос он. – Как тебе Кристиночка?

Внутри Веры всё перевернулось. Он что, и вправду об этом спрашивает? Просит её оценить свою любовницу? По каким, интересно, критериям?

Вера молча развернулась и вышла.

Она шла по коридору, не понимая, что ей теперь делать. Брак, такой долгий, её счастливый, безупречный, идеальный брак оказался фикцией. Красивой картинкой на публику, а на деле – гниль, да и только!

Ноги стали ватными, а в голове разрастался шум.

Вера добрела до лестницы и с трудом, хватаясь за перила обеими руками, спустилась на первый этаж.

– Вера! Вера!

Она не сразу услышала его зов. Дмитрий шёл за ней.

Вера обернулась, и её сломило. Плечи опустились, и слёзы накрыли её удушающей мокрой волной. Они лились из глаз, не слушая больше никаких уговоров: «не здесь», «не сейчас», «только не перед ним!» Ноги подогнулись, но Вера успела дойти до дивана в гостиной. Упала на мягкие подушки и закрыла лицо руками.

По-прежнему не хотелось реветь перед ним. Как будто это будет признанием – она проиграла.

– Ну что ты, Верунчик, – раздалось совсем близко.

Вера не отнимала ладоней от лица. Но она чувствовала мужа рядом. Он сел около дивана и попытался взять её за руки.

Прикосновение горячих пальцев обожгло.

Вера одёрнула руки и отстранилась.

– Верунь! – вновь позвал Дмитрий.

– Давно?

– Что ты сказала? Повтори. Я не расслышал.

– Давно? – повторила Вера и почувствовала, как диалог вырывает её из когтистых лап истерики. – Давно у тебя… – Она несколько раз глубоко вздохнула, а затем выдала на выдохе: – Любовница.

– Эта? Кристина?

Руки сами опали на колени.

– Эта? – переспросила Вера, а уголки её губ резко рванули вниз. – Сколько же… – Она прервала сама себя. Заставила себя умолкнуть! Этот ответ она слышать точно не хотела. И спросила о другом: – Хранил ли ты мне верность вообще?

– Конечно! Конечно, любимая!

Он взял её за руки и поцеловал тыльные стороны ладоней – одну за другой. Вера не сопротивлялась, у неё просто не осталось на это сил.

– Как ты можешь во мне сомневаться?

Вера горько усмехнулась. У неё был точный ответ на этот вопрос. Она могла в нём сомневаться! Имела полное право! И сомнения эти, к её величайшему сожалению, не были пустыми.

– Давно ты с ней? – спросила она, бросив взгляд наверх, туда, где располагалась их с мужем спальня.

– Нет. Совсем недолго, – ответил Дмитрий.

Вера взглянула ему в глаза. Он не врал. Она точно это поняла. А ещё поняла, что пришло время узнать всё.

– У вас… У тебя с ней всё серьёзно?

Дмитрий расхохотался. Громко, безудержно. Запрокинув голову и хлопая по подушкам дивана от веселья.

– Верунь! Ну чего ты! Что за глупости! – воскликнул он, когда сумел выговорить хоть слово. – Ну какое серьёзно? Ты её хоть видела? Да она мне никто!

Он вновь взял ей за руки, сжал кисти и поднёс их к губам. Серые, сияющие глаза его, казалось, видели Веру насквозь.

– Ты – моя любимая женщина, Верунь! Навсегда!

Его голос не изменился ни капли. Точно так же он говорил ей всегда. Так, может, и изменял он ей тоже всегда?

– Я не понимаю, – пробормотала Вера, хмуря брови. – Зачем она тебе?

– Что за вечер глупых вопросов?! – возмущённо сказал Дмитрий.

Он сел на диван рядом с ней, запрокинул руки за голову и зевнул. Сейчас он уже не был замотан в простыню. На нём были его любимые домашние шорты на завязках и спортивная майка.

– Ты сама как думаешь, глупенькая? – Дмитрий взял её за подбородок и заставил повернуться к нему. – Ответь мне!

– Я не знаю, – честно ответила Вера, прикрывая глаза. – Я не понимаю тебя.

Смотреть на Дмитрия не хотелось всё больше. В нём не было никакого раскаяния. Никакой жалости. И этого она тоже никак не могла понять.

– Зачем она мне? – повторил её вопрос Дмитрий и задумался. Возвёл взгляд к потолку и пожевал нижнюю губу. – Потому что я могу! Могу, Верунь! Понимаешь?

– Нет, – помотала она головой.

– Глупенькая, – с былой нежностью в голосе сказал он, приблизился и поцеловал её в лоб. – Я мужчина, Вера. Мне нужно. Женщины это победы! Статус! Тем более такие как Кристина. Тем более в моём возрасте. – Он довольно зажмурился, словно ленно спящий на солнышке кот, и похватал: – А ты знаешь, как мне друзья завидуют? Что я такую молодую любовницу себе завёл. И ведь не одну, Верунь. Кристина лишь так… – Он сел и слегка понизил голос. – Она подружка Оленьки. Пришла как-то к ней. И знаешь, вот, закрутилось как-то всё, завертелось. – Дмитрий хохотнул. – Я даже не стремился, а, видишь, как оно вышло. Кристина сама всё сделала.

– Залезла к тебе в штаны, а ты и рад? – спросила Вера, и от тона её голоса Дмитрий внезапно нахмурился.

– Ты что, Верунь, обиделась? – Он погрозил ей пальцем. – Ты мне это брось! Кристина – она так. Она мне никто. А у нас с тобой семья.

Он встал и потянул её за руку за собой, заставляя подняться.

– Хватит слёзы лить. Сходи умойся и накрывай ужин. Я пока в душ схожу.

Дмитрий ушёл, а Вера, постояв посреди гостиной, направилась на кухню.

В одном Дмитрий был прав: пора готовить ужин.