Часть 1. Земля

Наша команда победила! Первый гостевой матч в сезоне – и сразу победа! Наши ликовали. Даже после ухода с трибун мы без устали обсуждали чуть ли не каждый мяч, заброшенный в кольцо, каждое нарушение команды соперника и зачастую ошибочные вердикты судей не в пользу нашей сборной. Несмотря на несправедливое судейство, мы вырвали победу! Эмоции лились через край. Особенно во время матча. Вспоминать поведение тренера порой было смешно. Мистер Дрейман сорвал горло, давая советы нашим ребятам. Кричал на судей в спорных моментах! Переживал за каждого игрока! Тренер просто не мог усидеть в кресле, настолько в нём всё бурлило! Равнодушно наблюдать за игрой в этот день он был не в состоянии. Как и мы. Казалось, наши кричалки звучали громче, чем кричалки болельщиков соперника! А нас было меньше! Даже те, кто поехали ради того, чтобы пропустить учёбу, присоединились к кричащим! Но всё осталось позади, и мы возвращались домой с победой.

Дорога была неблизкой. Школа, где все мы учились, выделила нам целых два автобуса. Впереди ехала команда и запасные игроки. За ними, в другом автобусе, следовали мы – группа рьяной поддержки. Без нас эти ребята не смогли бы так ярко выступить! По крайне мере, нам хотелось так думать. Тренер, кстати, вёл наш автобус. Иногда он смотрел в зеркало заднего вида и улыбался, наблюдая за нашими кривляньями и слушая всё те же кричалки.

Спустя час пути, все ребята успокоились. Некоторые болтали о чём-то или сосредоточились на своих телефонах. Другие решили подремать. Болеть за свою команду, оказывается, не так просто. На это уходят силы. Все вымотались, а тренер, скорее всего, обрадовался наступившей тишине не меньше, чем победе.

Девочка, которая сильно мне нравится, сидит впереди. Её зовут Эми. Она красивая, и у неё очаровательный голос. Мы иногда разговариваем. Правда, инициативу всегда проявляет она. Я же стесняюсь. Вот как сейчас. Не могу завести разговор с ней просто так. Уже сейчас представляю, как буду жалеть, если не сделаю всё возможное, чтобы начать встречаться с ней. Но дело в том, что она уже общается с ребятами постарше. К сожалению, это значит, что одногодки её не привлекают. А разговаривает она со мной потому, что любит общаться. Или же я попросту боюсь получить отказ? Оттого и робею, как первоклассник.

Рядом с ней сидит Тейлор. Та ещё штучка! Достаточно посмотреть, как она одевается. Мы с парнями частенько обсуждаем её. Даже знаем, что она начала носить лифчик раньше всех девочек. Многие ребята из нашего класса представляют её в своих фантазиях. По ней сохнут многие: и ровесники, и ребята из старших классов. В свои тринадцать она уже начала работать в модельном агентстве. По слухам, ей пророчат большое будущее в этой сфере. Тем не менее, во время игры она была такая же, как и все: неистово поддерживала нашу школьную команду. В эти моменты она казалось обычной девчонкой без пафоса и надменности.

Честно говоря, я переживаю, что, если Эми продолжит общаться с Тейлор, то станет такой же. И у меня точно не будет шанса пойти с ней на свидание.

– Хватит пялиться, – тихо протянул Фред, склонившись ко мне.

Фред мой лучший друг. Мы много времени проводим вместе в школе и за играми, да и наши родители знакомы и хорошо общаются. У Фреда есть то, что его отличает от остальных: он ни на день не расстаётся со своей красной кепкой. Постоянно поправляет её, если кажется, что кепка сидит на голове как-то не так. Она всегда на нём или при нём. Почему кепка так нравится ему? Честно говоря, без понятия. Наверное, он хочет хоть как-то выделяться из толпы. Плюс, по его же словам, она крайне идёт ему.

Эми в этот момент смотрела в окно, и я хорошо видел её лицо.

– Просто скажи ей… – продолжал Фред, – что хочешь пристроить своего крошечного мангуста в её норку, и тогда…

– Заткнись, Фред! – прошипел я, перебив его шутку пубертатного периода.

Он засмеялся. Но, заметив мой серьёзный настрой, немного успокоился и спросил:

– Ты что, правда в неё втюрился?

Тут мой так называемый друг внезапно поднялся с кресла и выкрикнул:

– А Честер втюрился в Эми!

Иногда я просто ненавидел его.

Кто-то безразлично покосился на Фреда, а кто-то и вовсе не обратил на него внимания. Все привыкли к его, порой хамским, выходкам.

Когда я отвёл от него испепеляющий, исполненный ненависти взгляд, то увидел, как Эми обернулась. Она смотрела на меня с милой улыбкой. В этот момент сердце забилось ещё сильнее. Я, как обычно, не нашёл что сказать. А она, спустя мгновение, отвернулась, продолжая улыбаться.

Так, Эми явно испытывает ко мне чувства! По крайне мере, мне так показалось. А это значит, что я должен… нет, даже обязан подойти к ней и предложить вместе прогуляться! Или сходить в кино… Но только после того, как доберёмся до школы…

Фред и я дружили ещё с двумя балбесами, сидящими позади нас. Тилль и Джон. Первый переехал из Германии. Отец постоянно заставлял его плести корзинки для продажи престарелым дамам в качестве сувениров. Джон был ещё страннее. Однажды кто-то увидел его фотографию с волынкой и… в юбке. Конечно же, никого не интересовало, что эта юбка шотландская. После этого старших ребят было не остановить. Многие его дразнили «девчонкой». Он страшно бесился! Он надел юбку просто потому, что чтит традиции своих предков. Но кого интересуют такие мелочи? Главное же пошутить над кем-то и посмеяться, а что испытывает оказавшийся в центре внимания, никому не интересно.

После выходки Фреда прошло время. Все забыли её. Даже я переключился с мыслей о мести другу на что-то другое. Но потом я заметил, как Фред елозит на своём месте.

– Что с тобой? Не даёт покоя совесть? – пошутил я.

– Нет… Честер, ты не хочешь в туалет?

– Немного.

– А я очень! Пошли, скажем тренеру, чтобы он остановился!

– Ты боишься к нему подойти, что ли?

– Одному он скажет: Терпи! А я, блин, очень хочу!

Пару лет назад Фред пошутил про бритую наголо голову нашего тренера. За это мистер Дрейман так отчитал моего другу, что у того долгое время не возникало желания шутить. Тогда он показался грубым, но зная Фреда, некоторые ребята даже немного обрадовались. Ведь тренер преподал другу жизненный урок. Никто не стал куда-то жаловаться, класс хорошо понимал, что Фред переборщил с юмором. С тех пор он побаивается подходить к тренеру один. Это был единственный раз, когда мистер Дрейман проявил грубость. Фред позже извинился за шутку, а тренер не стал заострять на этом внимания.

Я наигранно вздохнул и ехидно проговорил:

– Ну пошли… трус!

Мы поднялись с кресел и подошли к тренеру. Ещё на подходе я заметил, что лицо мистера Дреймана было растерянным. Слишком растерянным. Спустя пару секунд я понял, почему он так взволнован. Тренер слушал радио, а там вещали что-то ужасное:

«По всему миру люди встретились с необычным явлением, – голос диктора срывался. – В разных точках планеты в небе зависли неопознанные объекты. Военные по всей стране, по всему миру находятся в полной боевой готовности. Никто не знает, чего можно ожидать от, – диктор сделал паузу, подбирая слова. Затем сбивчиво договорил предложение: – …от инопланетной формы жизни. К сожалению, могу констатировать одно – мы оказались совершенно не подготовленными к этому… вторжению? – будто у самого себя спросил голос по радио. – Но… всё же будем надеяться, что они прилетели с ми…»

Мистер Дрейман заметил нас лишь после того, как сигнал пропал, оборвав речь диктора.

Мы стояли, открыв рты и не веря услышанному.

– Честер, Фред, – обратился к нам тренер, – никому из ребят пока ни слова… Поняли? – испуганно рыкнул он, боясь напугать других ребят. – Доедем до школы и там разберёмся. Здесь паника не нужна.

Я, не отрываясь, смотрел на мистера Дреймана. А Фред протянул руку, указывая вперёд. Он, как и я, не мог произнести ни слова. Лишь испуганно уставился на что-то сквозь лобовое стекло. Я и тренер медленно перевели взгляд с Фреда на то, куда он показывал. Что-то похожее на огромный горящий метеорит летело прямо на нас. Через мгновение это что-то угодило в автобус, едущий впереди. Перевернувшись в воздухе, он вылетел с трассы в кювет. Повреждения автобуса были очень сильными, внутри вряд ли кто мог уцелеть. Но мне хотелось верить, что шанс спастись у них всё же оставался…

В момент удара все в нашем автобусе проснулись. Кто-то вытащил наушники и непонимающе смотрел по сторонам. Большинство не сразу осознали, что произошло. Когда мы проехали лежавший в кювете горящий автобус, ребята начали паниковать. А мистер Дрейман даже не остановился, чтобы помочь возможным выжившим. Я же считал, что это просто необходимо сделать!

– Дети! – громко выкрикнул тренер, обращаясь к юным пассажирам. – Сохраняйте спокойствие!

Но его слова возымели обратный эффект. Все начали кричать, визжать и плакать. Девочки впали в истерику, а парни находились в шоке. Страх за свою жизнь вмиг вселился в каждого.

– Вдруг там кто-то выжил! – перекрикивая шум, обратился я к мистеру Дрейману.

Понимание, что огненный шар в любой момент может угодить и в нашу машину, у меня почему-то отключилось. Тренер будто не слышал.

– Мистер Дрейман! – ещё громче сказал я.

И тогда он на секунду обратил на меня внимание. Я тут же продолжил немного тише:

– Тренер, нам нужно остановиться!

В этот момент в небе показались сотни, а то и тысячи горящих метеоритов. По всей видимости, они летели на город, в который мы и спешили вернуться. Какая-то часть огненных снарядов оказалась и над нами. Это была бомбардировка всего, что движется! Осколки падали на асфальт. Вся видимая нами местность была под огнём. Тренер кое-как держал управление, маневрируя на скорости между автомобилями. Автобус вилял. А мы вцепились в поручни изо всех сил. Наш автобусом чудом не зацепило! Но ударной волной выбило почти все стёкла. Все наклонили головы как можно ниже или же попадали в пролёт между сиденьями, уворачиваясь от битого стекла. Кто-то громко закричал. Видимо, осколки ранили нескольких ребят.

В мгновение бомбёжка прекратилась, но мистер Дрейман не собирался останавливаться. Он продолжал опасный путь.

– Нам нужно добраться до школы! – прокричал тренер, чтобы слышали все. – Любой ценой!

Мы с Фредом поднялись с пола.

– Вы оставили их умирать в том автобусе! – взвизгнул Фред.

– Им уже не помочь! А вот мы ещё можем выжить! Не забывай, что все вы под моей ответственностью! И я вас довезу до школы… А теперь быстро сели на свои места и пристегнулись! – грозно добавил он, да так, что мы не осмелились возразить.

Нам пришлось вернуться в свои кресла. Меня, как и всех остальных, колотило от страха. Все таращились в окна, разглядывая последствия бомбёжки и ожидая новой. Много машин оказались перевёрнутыми, какие-то вынесло от мощного удара за пределы трассы, кто-то из водителей остановился сам, не веря в происходящее и отходя от шока. Мы видели окровавленные тела прямо на дороге. Выжившие выползали из искорёженных машин.

Тилль заметил на шоссе очередные следы крови и плачущего мужчину рядом с легковым автомобилем.

– Мы не переживём такое ещё раз, – пробубнил он.

Тут мы почувствовали сильный толчок: наш автобус во что-то врезался. Скорость резко снизилась, и все по инерции подались вперёд. Ремни спасли от падений. Но тренер всё же преодолел препятствие! В окно мы увидели несколько обгоревших машин: именно они преградили дорогу.

Страшно подумать, что во всех встреченных машинах находились люди…

Пока автобус набирал скорость, мы увидели тлеющий труп женщины. Из окна машины свисала рука, по которой стекала кровь. В салонах автомобилей я постоянно замечал неподвижные тела. От этой картины мне стало тяжело дышать. Я опустил взгляд и заметил: у меня трясутся руки. Я не мог остановить тремор.

Я услышал, как плачет Эми.

– Честер, – сказал Фред, наклоняясь в пролёт и всматриваясь вперёд через лобовое стекло водителя. – Кажется, я вижу мост…

Я выпрямился в кресле. Вдалеке и вправду показался мост через небольшой каньон. Это означало, что мы почти добрались до города.

Увидев мост, ребята немного воспряли духом: скоро мы окажемся дома. В родном городе, где нас защитят. Не оставят в беде. Никто не думал, что во время бомбардировки погибло много людей и в городе. В головах у всех было только одно: сейчас мы встретим родителей, и на этом всё закончится. Но тут кто-то неожиданно закричал:

– Опять!

Через мгновение я уже ничего не понимал. Было как во сне. Обрывками. Всё перед глазами кружится. Разлетаются стёкла. Крики. Громкие крики со всех сторон. Голоса слились в единый звук. На секунду ко мне вернулось чувство реальности. Я понял, что мы в свободном падении. Каким-то образом я увидел через лобовое стекло, как стремительно приближается земля.

…Убаюкивающая темнота казалась такой приятной! Никакой боли. Никакого страха. Хотелось находиться здесь как можно дольше. Тьма умиротворяла. В ней всё казалось незначительным.

– Честер! – слышалось будто издалека. – Честер! Ты живой!.. Открой глаза!

Я разлепил веки и увидел перед собой Фреда. В осколке стекла промелькнуло моё отражение: кровь стекала по лбу, испачкав лицо.

– Я думал, ты уже не проснёшься! – сказал Фред.

– Что… что случилось?

– Я сам пока до конца не понимаю, но по ходу мы упали в каньон… Слушай, мне надо помочь другим! Ты сможешь выбраться?

Я посмотрел на держащий меня ремень безопасности.

– Да. Кажется, да.

Фред отошёл. Голова слегка кружилась. Я осмотрелся.

Автобус лежал на боку. Несколько ребят находились без сознания. Другие стонали от боли, приходя в себя. Третьи помогали тем, кто пострадал сильнее.

Я отстегнулся и тут же рухнул вниз. Ко мне подбежала Эми.

– Я помогу тебе выйти!

Она подхватила меня под руку.

– Рад, что ты цела! – признался я.

Она промолчала, стараясь не споткнуться о предметы под ногами.

Эми аккуратно вывела меня из автобуса, усадив на землю к другим раненым…

Наш коллектив не был дружным. И все мы учились в разных классах. С некоторыми разница в возрасте достигала трёх лет. Большинство из старших ездило с командой, чтобы прогулять учёбу. Плюс новые знакомства с противоположным полом. Но, как правило, по ходу игры такие ребята втягивались в роль болельщиков и сопереживали команде всей душой. Сейчас же, оказавшись в сложной ситуации на грани жизни и смерти, все были равны и помогали друг другу. Каждый, кто мог стоять на ногах, пытался быть полезным и поддержать ближнего. Самые ловкие перевязывали раны пострадавшим, останавливали кровь. Бинтов не было, поэтому ребята рвали или резали одежду. Другие вытаскивали тех, кто не мог выбраться самостоятельно.

Спустя пару минут головокружение прошло, и я попытался найти взглядом тренера. Он был самым старшим из нас, и кто-то говорил, что он служил в армии. Сейчас такой человек нам нужен как никогда. Осмотревшись, я не нашёл мистера Дреймана.

Мимо проходил Фред. В такой серьёзной аварии он легко отделался! Всегда говорил ему, что он везучий. Я окликнул друга:

– Фред, а где тренер? Я не вижу его.

– Бро… Он… – Фред слегка замялся. – С ним всё плохо.

– Он в автобусе?

– Да, и вряд ли оттуда выйдет.

– Он… – помедлил я. – мёртв?

– Пока нет, но потерял много крови.

Я решил подойти к мистеру Дрейману и посмотреть на его состояние.

Возле кабины автобуса стояло несколько человек. Я растолкал ребят и увидел тренера. Огромный кусок стекла торчал из его живота. Вынув его, он точно истечёт кровью. Это понимал почти каждый из нас. Двигаться он не мог. Поэтому лежал, смотря вверх – в никуда.