Глава 1

«Мы теперь знаем величайшую ложь человечества. Что все люди равны. Что у людей бесконечный потенциал. Эти утверждения ложны. Открытие возрождения показало: только избранные обладают бесконечным потенциалом, а мы, остальные, — гораздо меньше. Намного меньше».

Тад Харрингтон выключил видео в темноте своей спальни. Сегодня был тот самый день. День его возрождения. После сегодняшнего он уже никогда не будет прежним. Обратной дороги не было. Его внутренняя сила будет выставлена напоказ. На публике. Перед сверстниками. Что бы Тад ни делал, он не мог унять бабочек, роившихся в животе. Чтобы отвлечься, он запустил любимую онлайн-ролевую игру Star Guilds. Не помогло.

Приближалась годовщина его месячного отстранения от школы. Драка привела к тому, что отстранили и Тада, и его обидчика, хотя он ничего не сделал. Он был жертвой. На него напали, он даже попал в больницу с сотрясением мозга, но школа отказалась признать его невиновным. «Ты участвовал — получаешь то же наказание». Никакой справедливости. Никакого правосудия. Тад пытался сосредоточиться на игре, исцеляя свою группу, но это было бесполезно. Оба танка уже погибли. Он не мог перестать думать о тех хулиганах, что преследовали его на протяжении всего детства.

Хулиганы всегда его находили. Как бы он ни прятался, ни маскировал свои слабости, они каким-то образом знали. На спине у Тада красовалась огромная мишень, видимая только мучителям. Мама переезжала с ним из школьного округа в школьный округ, убегая от прежних преследователей, но это не помогало. Новые хулиганы его находили, словно чуяли. Чуяли его слабость. Почему он должен быть таким слабым?

Он потряс головой, пытаясь очистить мысли и сосредоточиться на игре, но безуспешно. Его персонаж принадлежал к инопланетной расе, известной своей жестокостью, физической силой и мастерством в обращении с оружием. Но вместо того чтобы вписаться в этот образ и стать могучим воином, Тад выбрал целителя. Это не был самый оптимальный билд, но именно так ему нравилось играть. Быть уникальным. Отличаться. Даже в этом мире Тад с трудом вписывался.

В дверь тихо постучали. Мама.

«Тад… Пора идти. Это последний день для твоего возрождения».

Все должны были возродиться после своего пятнадцатилетия, но до шестнадцати лет, а завтра у него был день рождения. Возрождение было обязательным. Бюро возрождений охотилось за теми, кто не являлся добровольно. Потенциальные последствия были слишком суровыми, чтобы их игнорировать. Каждый гражданин был обязан пройти возрождение, даже если большинство из них оказывалось неудачей.

На руку Тада села маленькая тварь, похожая на насекомое. Ещё одно порождение титанов. Тад шлёпнул по безжизненной тени, но та уплыла невредимой, только чтобы снова закружить вокруг. Эта тварь походила на осьминога, но с лезвиями на концах щупалец. Несмотря на лезвия, она была безвредной. Порождения титанов никого не могли ранить. Даже в темноте его комнаты она была чёрной, как самая чёрная тень, лишённая всякого цвета. Он шлёпнул по ней во второй раз. Его атака на миниатюрное порождение титанов была тщетной. Уничтожать порождений титанов могли лишь истребители высшего ранга. Порождения титанов были неразумны. Безжизненны и случайны, словно молекулы, плавающие в комнате. Но это не соответствовало опыту Тада. Тад притягивал порождений титанов. Он привлекал их. «Совпадение», — утверждали эксперты.

«Тад?» — голос мамы снова донёсся из-за двери.

В глубине души Тад знал: его возрождение окажется полным провалом. В жизни он ничего выдающегося не совершил. Как он мог за ночь стать особенным? Он оберегал свои чувства и отгонял надежды. Надежды, что возрождение окажется исключительным. Не стоило мечтать. Мечты можно было раздавить.

Мама Тада постучала в дверь.

«Знаю, мам… Я оденусь.»

Тад оделся несколько часов назад, но всё равно переступил через кучи мусора, чтобы добраться до шкафа. В его комнату никого не пускали. Кровать была единственным чистым предметом в комнате; на этом мама не уступала. Если он не сдавал ей еженедельно простыни, одеяло и подушки, она врывалась в его комнату и забирала их сама. Тад считал, что это её способ показать, что она всё ещё заботится. Для него это значило всё. Мама всегда была на его стороне. Его единственный союзник. Даже младший брат, казалось, злился на него. Если бы отец был жив, он, наверное, тоже злился бы.

Он выволок себя из комнаты навстречу маленькой маминой улыбке, от которой в уголках глаз появлялись мелкие морщинки. Это была та улыбка, которой она пользовалась, когда знала, что заставляет его делать что-то трудное.

«Лиам, мы вернёмся через пару часов». Мама крикнула через плечо, закрывая входную дверь.

Их окутала липкая тишина, пока миниатюрный титанспаун прижимался к переднему окну, покрытому следами от дождевых капель, в погоне за Тадом. Он забрался в кабину маминого полуприцепа, и они отправились в Бюро перерождения. Мама была дальнобойщицей и оставляла его с братом на несколько дней за раз. Может, ей просто нужен был перерыв, Тад не был уверен.

Они проехали через их крошечный городок Клирвотер. Население не дотягивало и до четырёхсот, но в штате был только один центр возрождения — в столице, в трёх часах езды.

Тад первым нарушил тишину. «Ты была гражданского ранга, верно, мам?»

Она кивнула. «После моего возрождения мой показатель силы был всего семь. У среднего гражданина он равен десяти, так что я была слабее даже обычного человека».

«Ты разочаровалась?»

«Поначалу. Пришлось отказаться от некоторых мечт, но я смирилась. Я всё равно могла находить вещи, которые приносили мне радость. В мире мгновенной славы и власти многим не понять прелести тихой жизни. А мне она подошла».

Остаток пути в машине они провели в осязаемом молчании. Он смотрел в окно, наблюдая, как порождения титанов медленно поглощали небо. Это было почти незаметно, но если присмотреться, можно было увидеть волны. Пульсации, словно сердцебиение, по мере того как порождения титанов всё дальше и дальше вторгались в небо.

Каждый день триллионы этих мелких тварей накрывали небо с юга, пока не покрывали каждый дюйм, блокируя солнце и погружая мир во тьму. Неудивительно было видеть снег даже летом — порождения титанов поглощали солнечный свет в стратосфере. Раньше всё не было так сложно. Пока человечество не потеряло своего небесного очищателя. Как и все творцы в итоге, она вошла в Титан и не вернулась. Чтобы быть небесным очистителем, нужно было быть сильным. Немыслимо сильным.

Творец.

Предыдущая небесная очищательница, Тайша, была превосходной. Преданной. Она регулярно очищала небо и сдерживала порождений титанов в Южной Америке. Все наслаждались ясным небом и почти могли притворяться, что подземелья не разоряют землю. Но с новым небесным очистителем всё обстояло иначе. Хайд, немецкий слэйер ранга Создатель, был лентяем. Более чем лентяем, и весь мир об этом знал. Им повезёт, если Хайд очистит небо хотя бы раз в день. В ответ правительство сформировало отряды огнемётчиков, чтобы растапливать снег и поддерживать промышленность.

В мире было только четыре истребителя ранга Создатель. Пять, если считать предателя. У Китая были близнецы, оба возрождённые как создатели, но Китай не делился их силой с остальным миром. Создатель Индии был недостаточно силён для роли небесного очистителя, так что оставался один. Самый ленивый истребитель в истории человечества, Хайд. У Америки своего создателя не было. Уже нет.

Если бы Тад возродился творцом, он бы не ленился. Он бы служил своей стране.

Нет, мир.

Он видел себя летящим в небе, уничтожающим порождений титанов везде, куда бы ни направился. Его жизнь стала бы совсем иной. За одну ночь Тад стал бы именем на устах у всех. Всемирно знаменитым. Каждый ребёнок притворялся бы им. Но Тад знал, что это маловероятно, даже невозможно. Почти полмиллиона человек возрождались каждый день, но на вершине сидели лишь пятеро. Творцы.

Ранг Создателя. Сила, достаточная, чтобы бросить вызов даже Создателю. Эти люди обладали мощью, чтобы стоять на пике среди всех слэйеров.

Ему никогда так не повезёт.

Тад смотрел, как сельская местность постепенно уступала место мегаполису. Когда они достигли места назначения, тревога сжала его горло кулаком. Ему не обязательно было становиться творцом… Даже если он возродится варлордом или чемпионом, это полностью изменило бы его образ жизни. Его бы активно вербовали, он стал бы богатым, жил бы в комфорте и роскоши, даже если бы решил никогда не входить в подземелье. Но в глубине души он боялся худшего… Тад окажется гражданского ранга, как и его мама.

«Гражданский, гражданский, иди и сдохни. От тебя мамка заплачет». Он почти слышал, как фантомы его школьных хулиганов поют. Девяносто девять процентов людей в итоге становились гражданскими, но это не останавливало жестокость детей.

«Тад, что бы ни случилось сегодня, я тебя люблю и буду рядом. Мы столько пережили, переживём и это».

Тад кивнул в ответ. Он хотел бы, чтобы её слова уняли его тревогу.

Его мама заехала на заднюю парковку внушительного здания. На фасаде красовался золотой герб: женщина в мантии, держащая мир в своих объятиях, словно младенца. Это был официальный герб Федерального бюро возрождения, или ФБР.

Люди входили и выходили из здания. Возбуждение бурлило у тех, кто входил в здание, но выражения на лицах выходящих рассказывали другую историю. Они потеряли свою удачу. Свое будущее. Им пришлось отказаться от мечт о бесконечном. Назад, к реальности. Их жизни теперь стали обычными. Хуже обычных. Они превратились в гражданских. Контраст между полными надежды и безнадежными был слишком болезненным, чтобы на него смотреть. Тад отвел взгляд. Он знал, что вскоре на его лице появится то же самое выражение.

У двери их встретила молодая женщина. «Добро пожаловать в Бюро перерождения! Возьмите билет, это ваша ориентационная группа. Спасибо за выполнение гражданского долга! Мир и Америка благодарят вас!»

Как будто у них был выбор. Если слэйер ранга Создатель не пройдёт возрождение, он превратится в монстра. Рэкаст был нулевым пациентом — нерождённым монстром, который почти уничтожил мир. Существовали маргинальные группы, избегающие возрождения, иногда годами.

«Группа 1889, просим группу 1889 проследовать в комнату ориентации Q». Добрый голос объявил по громкой связи.

«Это мы, Тад, пошли.»

Желудок Тада подскочил к горлу. Он не сможет. Его будущее окаменеет, и только плохие новости ждут его. Тад в панике огляделся, пока не увидел туалет.

«Догоню, мам, мне в туалет», — крикнул он через плечо.

Бабочки в животе раньше были сильными, но теперь он почти чувствовал, как они ползут вверх по горлу, вырываясь из желудка. Тад вошёл в туалет и замер, встретив знакомый взгляд. Это был Брэд, грязно-русые волосы касались его плеч. Брэд. Хулиган, из-за которого Тада отстранили.