Отзывы на книги автора «Колин Джонс»

Я люблю читать книги про Французскую революцию. То есть да - там неистовая жесть, реки крови, горы трупов, несметные страдания и непрекращающаяся резня. Но каждый раз, когда при чтении наталкиваешься на какого-нибудь мерзкого отморозка, гадского негодяя, у которого руки по локоть, он ворует, насилует и убивает, я лезу в википедию и с удовлетворением отмечаю, что его через пару глав, а то и пару страниц самого повезут на эшафот. И прям такое умиротворение наступает. По справедливости Французская революция бьет все рекорды. Понятно, что карма настигла не всех, но все-таки многих.

Хотя книжка про "Падение Робеспьера" это науч-поп, читать неподготовленным крайне не рекомендуется. Французская революция вообще очень сложна для восприятия - из-за огромного множества персонажей и событий. Автор же, преподающий историю в Университете Королевы Марии, еще и спрессовал значительную ее часть в один-единственный день.

Книга Колина Джонса рассказывает о термидорианском перевороте, закончившем жизнь Робеспьера, террор и революционные преобразования (примерно в таком порядке), но из-за многочисленых флэшбеков, отсылок и отступлений фактически обо всей революции - в результате фактологическое давление как в желудке котенка. Без хотя бы поверхностного знания (а у меня именно такое) хотя бы об основных деятелях, явлениях и событиях, понимать происходящее в книге  будет невозможно. Из-за всего этого красочного  и кровавого бедлама книга захватывающая, но крайне утомительная.

Хотя я бы сказал, что книга на самом деле рассказывает не одну, а две истории: титульное падение Неподкупного и повседневная жизнь революционного Парижа в 1794 году. Обе темы чрезвычайно увлекательны. Автор подробно описывает, как управлялся город в термидоре - что мало имеет отношения к теме книги, но очень познавательно и интересно.

Колин Джонс написал во введении, что вдохновлялся "Картинами Парижа" Луи-Себастьяна Мерсье и "Сердцем бури" Хилари Мантел. Это правда: тот же Мерсье цитируется каждые 20-30 страниц, хотя и провел все 9 термидора в тюремной камере. Однако мне работа Джонса больше всего напомнила книгу его почти однофамильца — "Улисс".

Как и в "Улиссе", все повествование тут умещается в один день — 9 термидора II года Республики (ну или 27 июля 1794 года от Рождества Христова). Как и в "Улиссе", все повествование разворачивается в границах одного города — только там был Дублин, а тут Париж. Как и в случае с "Улиссом", мы имеем дело с весьма и весьма увесистым произведением. Наконец, Джонсу, как и Джойсу, в своей работе удается показать через зеркало одного дня целую Вселенную.

Как несложно догадаться, центральной темой книги является жесткое столкновение между Конвентом и Парижской коммуной, которое привело к гильтинированию Робеспьера и сворачиванию политики Террора (правда, после прочтения книги становится понятно, что примерно каждое слово в этой привычной со школьной скамьи формулировке либо неправда, либо не совсем правда). О всех перипетиях политической борьбы рассказывается практически поминутно, главы так и называются — "15:00, Зал Конвента", "15:30, остров Сите", "15:45, поездка Анрио по восточным секциям". После окончания основной части Джонс дает глубоко продуманное послесловие, где делится собственными выводами.

Впрочем, основная прелесть книги, конечно, не в подробном пересказе событий 9 термидора. Прелесть в том, что через призму этого дня Джонс словно бы телепортирует нас в революционный Париж и дает кучу информации по повседневной жизни города. Особенно характерно это для первых глав, где автору нужно как-то ввести читателя в курс дела и объяснить, почему вообще в 12:00 Тальен прорвется на трибуну Конвента. Поэтому ситуация в городе показывается глазами всех: юношей из военной школы на Марсовом поле; узников тюрьмы Ла-Форс, которых сторожит собака по кличке Робеспьер; поденщиков, толкущихся в поисках подработки на Гревской площади; мясников и молочников, везущих товар на рынок Ле-Аль; газетчиков, которым нужно дать в номер последние известия; театралов, которых 9 термидора волнует лишь вопрос о том, не отменят ли долгожданный водевиль; ну и, конечно, титанов Революции вроде Робеспьера и Сен-Жюста. Про представителей всех этих профессий приводится куча интересной информации: с источниками автор поработал будь здоров, на что прозрачно намекает 83-страничная библиография.

Второе важное достоинство книги — это историософский взгляд Джонса. Мне очень импонирует, что он отказывается от всяких стройных схем, рождающихся постфактум. Он наглядно показывает, что 9 термидора от начала и до конца — это тотальный хаос, возникший как результат разнонаправленных действий сотен независимых акторов (а еще сотни акторов в этот день вообще бастовали против закона о максимальной зарплате и, видимо, так и не поняли, что в Париже произошло что-то поважнее). Также Джонс показывает, что закончиться этот хаос мог чем угодно — например, в какой-то момент депутаты Конвента ушли на обед (!) и распустили охрану (!!), вследствие чего командир Национальной Гвардии Анрио мог спокойно занимать здание и возвращать Робеспьера к власти. Таких развилок в тот день были десятки, и ни один из участников событий к такому развитию событий готов не был, все основные решения принимались строго на импровизации. Такая трактовка истории куда ближе к реальной жизни: я пришел к этому выводу давно и рад находить схожее мнение у столь маститых авторов.

Третий плюс книги — большое количество интересных историй о каких-то второстепенных персонажах, про которых в стандартных обзорных работах никогда не пишут. Например, изрядно погоревал над судьбой принцессы Монако Марии Терезии де Шуазель, которая 26 июля была приговорена к смертной казни, но заявила, что беременна и добилась отсрочки исполнения приговора. По тогдашним правилам это освобождало ее от гильотины где-то на три месяца, но гордая принцесса, вернувшись в камеру, отправила в комитет общественного спасения письмо, в котором признавалась во лжи и сообщала, что отсрочка ей нужна была лишь для того, чтобы самостоятельно срезать волосы и отослать их на память родным. В комитете пожали плечами и постановили казнить девушку 27 июля. Увы, казнь действительно состоялась, хотя уже к полуночи того же дня политический климат резко поменялся и на следующий день с изобретением месье де Гильотена тесно познакомился уже сам Робеспьер...

В общем, книга однозначно порадует всех, кого интересует история Французской Революции, а также то, как работает большая политика. 5/5, горячо рекомендую.

«Вы наглые пигмеи. Калека, ребенок и негодяй! Тебе даже и скотный двор нельзя доверить в управление»

Слова Барера
(81)

Что произошло в те роковые сутки, то, что получит название «переворот 9 термидора»?! Судили-рядили на протяжении столетий, исказили, как могли…
Колин Джонс пошёл по пути почасового рассмотрения всех событий тех суток по доступным ему источникам. И получилось удивительно интересно!
Что готовил Робеспьер для выступления в Конвенте? Как «вооружались» против этого его противники? Был ли заговор? Чего добивались Сен-Жюст и Кутон, робеспьеровские помощники? Как ответили Коммуна и Национальная гвардия? И куда смотрели оба зловещих комитета – Спасения и Безопасности? Почему терпит убытки палач Сансон?
В отличие от некоторых относительно свежих трудов, где эти события, мягко говоря, скомканы и упрощены, книга Джонса подробна и глубоко продумана. Аналитическая часть очень хорошая. Мысль автора «незашореная» не стереотипная, без каких-то церемониальных поклонов в сторону памятника учителю Беликову.
Подробное рассмотрение фактов позволяет взглянуть на весь процесс революции с момента её зарождения, создать живые нетрафаретные портреты её участников, основных – заметных и теневых, а также случайных. В потоке созданной литературы о революции личности революционеров скрывались под красивыми фразами и жестами, здесь они видны в повседневных деталях (быт дома Робеспьера).

Я уже много лет читаю всё, что связано с историей Франции, поэтому браться за книжку с таким названием было вроде как бессмысленно. Однако написал её Колин Джонс, а его "Падение Робеспьера" было едва ли не лучшей книгой, прочитанной мною в прошлом году. Поэтому всё же решил не снобствовать и ознакомился с новиночкой.

Ничуть об этом не пожалел. Во-первых, все равно удалось наткнуться на какие-то неизвестные реалии, о которых с удовольствием потом почитал в интернете (восстание камизаров, восстание босоногих в Нормандии, Теофраст Ренодо и его "Газета"). Думаю, что даже для прожжённых франкофилов книга может быть небесполезна.

Во-вторых, сложилось впечатление, что для целевой аудитории это просто бомба. Ведь что обычно представляют из себя такие книги? Беглый пересказ основных событий без какой-то внутренней логики и уж точно без анализа. А Джонс каким-то образом ухитрился не только втиснуть сюда очень сжатый пересказ событий (Столетняя война проходит страниц за пять, вся Наполеоника — где-то за шесть), но и ещё связать все эти события в стройную логичную схему и познакомить начинающего читателя (а книга всё-таки для него) с какими-то нетипичными для литературы такого уровня теориями. К примеру:

а) Джонс делает акцент на Великой Демографической Остановке как важнейшем факторе французской истории с начала XIX века. Выражаю за это огромный респект, так как даже в серьёзных исторических трудах мало кто отходит от уровня "Карл Х попёрся за колониями, потому что был плохой" или "Франция проиграла франко-прусскую войну, потому что солдатики ослабели". Очень мало где можно встретить понимание того, что во Франции с началом XIX века резко останавливается рост населения (причём по непонятным причинам) и людей начинает катастрофически не хватать. Практически все действия французских правительств после этого надо рассматривать именно через эту призму, но я совершенно не ожидал увидеть упоминания об этом в книге такого формата. Приятно удивлён;

б) Точно так же не ожидал встретить рассуждений о глобальных климатических циклах вроде средневекового оптимума или малого ледникового периода. Джонс же всю книжку обращает внимание на эти факторы. Переоценить их значение крайне сложно, ту же Революцию вполне можно объяснить через падение урожайности, которое случилось как раз из-за похолодания;

в) Также Джонс упоминает победу Капетингов в генетической лотерее и что средневековой Франции почти три века жутко везло на монархов-долгожителей, мирно передававших власть взрослым сыновьям. Если бы не этот фактор, история Франции вполне могла бы развиваться по образцу немецкой, на это тоже мало кто обращает внимание.

Понравились и некоторые теории, сформулированные как бы впроброс:

а) Почему в Третьей Республике женщинам так и не дали права голоса, хотя вообще эмансипация во Франции шла опережающими темпами, да и в целом понятно, что в мизогины французов никак не запишешь? Джонс предполагает, что это связано не с какими-то там патриархальными установками, а с тем, что женщины статистически более религиозны и в условиях светской республики давать им право голоса было бы для этой самой республики сущим самоубийством;

б) Викинги, возможно, поспособствовали оживлению французской торговли, так как, грабя монастыри, выводили на рынок деньги, до этого бессмысленно гнившие где-то в аббатских сундуках.

Понравились и главы о современности. Основные проблемы и достижения описаны чётко, с уважением, но и без лишнего пиетета.

5/5. Повторюсь, что специалисту тут, возможно, делать и нечего, но если вы просто давно хотели как-то структурировать знания по французской истории, то книга практически идеальна.

Речь идет о фракционном конфликте. Санкюлоты влюбленно и безоговорочно поддерживают Робеспьера, но их время подходит к концу, их идейных коллег эбертистов уже массово покосили.

В то же время пришедшие к власти левые за последний год резко прониклись коррупционными возможностями, которые предложила власть, и стремятся законсервировать свое положение.

Неожиданно с не очень ясной речью, но очевидно направленной против загрязненных элементов, в Конвенте выступает Робеспьер. Как в любом детективе, напуганные преступники решают срочно избавиться от угрозы.

Автор во введении пишет, что он искал оригинальную литературную форму. Нашел не особо оригинальную (24 часа), но к его чести стоит отметить, что у него она работает как часы: все на месте, много шестеренок-фактрв, крутятся, не застревают. Однако, на мой вкус, масла многовато - чересчур гладко, знакомые концепты и фразы. Париж показан объемно, словно смотришь в кукольный домих с механическими игрушкам. Для наглядности напечатаны карты.

Фантастический труд проделан автором. Собрана информация о передвижениях, подписях, словах, личные истории множества персонажей, творивших историю. В тот момент все ее творили. Особое внимание уделено доминированию конкурирующих сторон в разные моменты и психологическим (в том числе) причинам, по которым массы перешли на сторону Конвента. В заключение прослежена судьба завоеваний этого дня.

Впервые читаю произведение этого автора. Книга написана историком, поэтому ждала от прочитанного не только читательского удовлетворения (потому, что чтение любой книги - это кайф:)), но получение какой-то дополнительной, ещё неизвестной информации или данных: ведь изучен вопрос всесторонне и нет причин не верить предоставленным сведениям, учитывая объём материала. Хотя, такое сложное явление, как революция))...

Данное произведение настолько подробно, очень информативно, максимально, учитывая, что по факту это всего лишь описание достаточно небольшого периода времени, а точнее - один день. 9 термидора вошло в историю, как день окончания террора, как день свержения Робеспьера, как день, когда всё, что было достигнуто, грубо говоря, откатилось назад.

Не буду повторять то, что многие уже знают, то, что написано в самом произведение - кто такой Робеспьер. Важно то, что его труд, его идеи и их плодотворное воплощение (не считая нового закона про суд над врагами - тут я категорически не одобряю) стали представлять опасность для тех, кто был неискренним в своём отношении к изменениям, для тех, кто преследовал свои цели из нового порядка и, конечно, таким людям он стал помехой. Автор постарался разложить всё по полочкам, начиная от начала, от того самого, как уверенно стали враги дискредитировать героя, как строили козни и до момента, когда им случайно, но всё таки всё удалось.

Самое сложное во всём этом было  очередной раз осознавать бездействие Робеспьера, его тщетные планы своим ораторским талантом в очередной раз повергнуть с трибуны противников и врагов ниц. Он не мог предвидеть такой сильный заговор против себя, хотя его (заговора, как такового) судя по опубликованным сведениям из произведения и не было. Как-то всё было хаотично и свершилось наобум. Недоговорённость, разобщённость и бездействие почему-то принесло положительный результат только одной стороне. Возможно, всё дело в количестве привлечённых участников и растерянности преследуемых, обманности самого дня. Я прекрасно представляю такую возможность, как другой итог, исход этого дня. Что по какой-то счастливой случайности всё могло пойти по другому сценарию. То, что творилось эти дни, ночи и, что немыслимым образом удался переворот и казнь Робеспьера и его соратников - чистая удача.

Очень впечатлили отдельные моменты, такие как подробности жизни причастных к этому событию, а также обычные, будни горожан, тех самых парижан, которые и не в курсе были творящегося. Всё получилось, как огранка события и тем ещё больше понравилось: на фоне забастовок, где-то праздника, обычной мирной жизни внезапно - казнь, ворчание палача, скорость с какой летели головы...

Завершила своё изучение французской революции в общем, а также роль во всём и личность Робеспьера в частности. Достойный финал, думаю, что не последняя встреча с творчеством автора))