ЛиВ (от англ. live – живи).

ВиЛ (от англ. will – буду).

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

В книге присутствуют сцены сексуального характера, ненормативная лексика, употребление алкоголя и запрещённых веществ. Затрагиваются темы зависимости, психологических травм, эмоционального и физического насилия, а также нарушенных моральных границ.

Не рекомендуется для лиц младше 18 лет. Все персонажи вымышлены. Автор не поощряет описанное поведение.

Плейлист

«Bad Trip»– Zombie Americana

«Monster»– Hidden Citizens, Ryan Innes

«Play with Fire»– Sam Tinnesz, Yacht Money

«Dizzy»– MISSIO

«Self Control»– MF Graves

«Guilty»– BOBI ANDONOV

«I Don't Mind»– FNKHOUSER

«Wrong»– MAX, Lil Uzi Vert

«Secrets»– Tribe Society

«Can We Pretend That We’re Good?»– Daniel Seavey

Сканируйте QR-код, чтобы открыть плейлист, или переходите по ссылке:

https://music.yandex.kz/playlists/d8635fe4-bbe7-ce6e-9074-b6a38b01a1dc?utm_source=web&utm_medium=copy_link

Глава 1

– Не хочешь со мной переспать?

– Что? – Вивиан с глухим стуком роняет серебряную вилку и поднимает на Лэндона растерянный взгляд.

– Да брось, – парень наклоняется ближе, рука скользит под стол и ложится ей на колено, медленно проводит пальцами по нежной коже, желая проверить её реакцию. – Не делай вид, что не хочешь меня.

Вивиан резким движением отталкивает его и недовольно хмурится.

– Ох уж эти твои вечные шуточки, Лэндон. Не забывай, что я твоя мачеха, и впредь следи за языком, если не хочешь проблем.

Она вытирает руки салфеткой, швыряет её на стол с явным раздражением и встаёт, быстро направляясь к двери и не обращая внимания на самодовольно улыбающегося парня.

– Уже сбегаешь? Что, правда оставишь своего любимого сыночка грустить в одиночестве? – спрашивает вслед Лэндон, но она даже не оборачивается.

Вивиан идёт вдоль длинного коридора, застеленного тёмным, роскошным ковром. Но куда ни посмотри – картины в золоте, резные двери, мрамор под ногами – всё это только усиливает в голове эхо другого голоса, дословно повторяющий вопрос Лэндона…

Семь лет назад, когда Вивиан было двадцать, она работала консультантом в магазине брендовой мужской одежды. Тогда ей казалось, что голубоглазые блондинки привлекают больше внимания, поэтому на последние деньги красила свои каштановые волосы и скрывала карий цвет глаз под линзами.

Однажды туда зашёл мужчина – лет сорока, с лёгкой сединой в волосах, высокий и статный. В его облике было что-то несомненно привлекательное – начищенные до блеска ботинки, дорогие часы, строгий костюм, на котором не было ни одной лишней складки. Вивиан, увидев, как другие девушки перешёптываются и не отводят от него взгляд, решила не упускать шанс. С улыбкой подошла и предложила помощь. Да он и не стал скрывать, что она ему понравилась. Смотрел с интересом, не скупился на комплименты, приобнимал за талию, всё время улыбался, глядя ей в глаза. И не стеснялся на долго задерживать взгляд на её груди.

Когда мужчина остановил выбор на нескольких рубашках из последней коллекции, Вивиан проводила его в примерочную, но не успела даже открыть дверь, как он схватил её за талию, притянул к себе и резко затащил внутрь. Всё произошло так быстро, что она даже не успела понять, что случилось. Мужчина прижал хрупкое тело к холодному зеркалу и прошептал на ухо:

– Не хочешь со мной переспать?

И Вивиан улыбнулась в ответ.

Только позже, уже натягивая юбку и поправляя волосы после спонтанного секса в примерочной, она узнала, что его зовут Филипп Торнвел. Так и начался их роман, который в дальнейшем привёл к браку.

Вопрос Лэндона вновь перенёс её в те воспоминания. Те же холодные, проницательные синие глаза, густые тёмно-каштановые волосы, чуть пухлые губы, ямочки на щеках, которые появляются при каждой улыбке. Даже голос почти идентичен. Единственная разница – Лэндону достался миндалевидный разрез глаз, наследство от матери, которое отличает его от отца.

Дойдя до своей спальни, Вивиан сбрасывает с себя платье. Оставаясь в одном белье, опускается на кровать. Та занимает огромную часть комнаты – широкая, с матрасом, в котором легко утонуть, застеленная гладким, прохладным шёлком. Всё здесь словно создано для комфорта. Но нет ни тепла, ни уюта. Постель кажется чужой. И страшно пустой.

Она желала жить красиво. Просторный дом, влиятельный муж, тишина и порядок. Ей больше не хотелось возвращаться к тому времени в тесной однокомнатной квартире, питаться дешёвой едой из супермаркетов и носить вещи из секонд-хенда.

И вот она здесь – в этом мире, который обещал быть идеальным. Но кто мог подумать, что жизнь, о которой она так долго мечтала, окажется для неё далеко не счастливой сказкой. Спать с мужем в разных комнатах, пересекаться с ним лишь за ужином или во время редких и бесплодных попыток интимной близости, быть для него не больше, чем красивым аксессуаром, предназначенным для того, чтобы хвастаться перед партнёрами молодой женой.

Ещё и его мерзкий избалованный сыночек. Привык, что ему позволено всё. Этакий типичный плохой мальчик – безответственный, дерзкий, наглый… Она никогда таких не любила, старалась избегать. А в итоге, как назло, нарвалась на одного из них.

Вивиан встаёт с кровати и подходит к окну. Наблюдает, как садовники стригут кусты с такой точностью, будто отмеряют каждую веточку линейкой. Не спеша обрабатывают каждое растение, полностью поглощённые работой. Замечает охранника, который в очередной раз обходит территорию, чтобы убедиться, что всё в порядке и особняк в безопасности. Вдалеке несколько женщин тщательно моют беседку, вычищая каждый труднодоступный уголок.

Вот что значат деньги и власть – одно твоё слово, и люди сделают всё, что ты им прикажешь.

Вивиан продолжает смотреть, не отрываясь. Эти простые действия – обрезать, убрать, вычистить – почему-то завораживают. В них есть чёткая логика, ясность, которую не всегда получается найти в своей жизни.

Она не может сказать, что несчастна. Всё вроде бы как надо. Просто… что-то внутри иногда нарушает чувство полной удовлетворённости.

Вивиан поворачивает голову на какой-то шум и замечает Лэндона на баскетбольной площадке на заднем дворе. Он стоит в одних шортах, держа мяч в руках, будто уже готовится к броску, но так и не делает его. Вместо этого просто улыбается непонятно кому своей белоснежной широкой улыбкой. Словно ждёт, что его вот-вот застигнут врасплох и сфотографируют для глянцевого журнала.

Регулярные тренировки в спортивном зале дают о себе знать: плечи широкие, грудная клетка – массивная, мускулы предплечий заметны даже в расслабленном состоянии, а пресс идеально прорисован, как у модели с обложки.

Всё-таки Вивиан понимает, откуда у него столько поклонниц. Она ведь не слепая, и глупо игнорировать то, как его внешний вид притягивает взгляд, сливаясь с харизмой в нечто соблазнительное. Особенно если прибавить к этому то, что он имеет кучу денег, стильно одевается и гоняет на мотоцикле. Парень вырос и стал тем самым: мечта для наивных девочек, головная боль для всех остальных.

Когда Вивиан узнала, что у её мужчины есть сын, ей искренне захотелось стать частью их семьи. В тот день она впервые попала в этот дом – растерянная, немного напуганная, но полная желания всё сделать правильно.

Пока Филипп говорил по телефону, Вивиан бесцельно бродила по коридору, стараясь не шуметь. Открыла первую попавшуюся дверь и сразу поняла, что это комната его сына: баскетбольный мяч в углу, постеры на стенах, разбросанная на полу одежда. Сперва она застыла на пороге, а потом сделала уверенный шаг внутрь.

Им с Лэндоном ещё предстояло познакомиться, и она вдруг решила, что это её шанс. Узнать, чем он живёт, что любит, о чём мечтает. Понять его до того, как между ними возникнет первый разговор.

Она разглядывала вещи на полках и вдруг обратила внимание на большую фотографию в красивой рамке. На ней был мальчик лет пяти и молодая, красивая женщина с тонкими чертами лица, тёмными волосами и карими глазами. Вивиан повертела рамку в руках и на обратной стороне нашла надпись со словом «мама». В тот момент в груди что-то кольнуло, будто она прикоснулась к чему-то важному. Тогда, по своей наивности, Вивиан решила: если станет хоть немного на неё похожей, это поможет им сблизиться. На следующий же день вернула себе родной цвет волос и без сомнений выбросила голубые линзы.

Но их отношения с Лэндоном не сложились с первой же встречи. Подросток не пытался скрыть раздражения, говорил с ней холодно, а порой и вовсе игнорировал. Казалось, ему доставляло удовольствие каждый раз демонстрировать своё пренебрежение и нарочно проверять, сколько она выдержит. Он портил её вещи, отпускал колкие фразы и делал всё, вынуждая чувствовать себя чужой на его территории.

Три года назад, когда Филипп всё-таки сделал Вивиан предложение, он купил сыну роскошную квартиру в самом центре города, чтобы тот не мешал им строить личную жизнь с новой женой. Тогда она впервые за долгое время почувствовала облегчение.

Но до сих пор, каждый раз, стоит только Филиппу уехать в командировку, Лэндону почему-то нужно обязательно вернуться сюда. Он целыми днями заполняет пространство, засиживается в доме, как будто намеренно не даёт Вивиан ни минуты покоя. И с каждым разом это всё больше её бесит.

Она больше не хочет думать об этом. Отрывает взгляд от парня, отходит от окна и снова ложится на кровать. Ей совершенно нечем заняться. Бесконечный шоппинг со стилистом, процедуры в дорогих салонах, тренировки с персональными коучами, элитные вечеринки с одинаковыми лицами и разговорами – давно утратило свою привлекательность. Каждый новый день стал однообразным и скучным. Вивиан хочется чего-то настоящего. Эмоций, риска, приключений. Хочется просто чувствовать эту жизнь сполна.

«Да к чёрту всё», – шепчет она, проходит в просторную гардеробную комнату и надевает бордовое струящееся платье.

Хватает с полки сумочку и золотые босоножки на высоких шпильках, выходит в коридор и почти на ходу обувается, спускаясь по мраморной лестнице с коваными перилами. Каблуки звонко стучат по ступеням, отражаясь эхом в просторном холле. Вивиан выходит из дома и направляется к своему припаркованному чёрному Порше.

– А чего это мы такие нарядные? – доносится позади голос Лэндона, но Вивиан даже не оборачивается. Просто продолжает идти к машине, делая вид, что не слышит.

Конечно же, он не отстаёт – легко, как ни в чём не бывало, догоняет и идёт рядом, срывая её попытку сбежать от очередного навязчивого разговора.

– Кстати, а что ты мне подаришь на завтрашний день рождения? Как насчёт минета?

Вивиан спотыкается от такого неожиданного вопроса и едва не падает, но крепкие руки Лэндона вовремя подхватывают девушку за талию. Он притягивает её спиной к себе, прижимая к своему разгорячённому и немного потному после тренировки телу. Вивиан молча дёргается в его руках, пытаясь вырваться, но он лишь крепче прижимает к себе – так, что её бёдра непроизвольно упираются в его пах.

– Твою ж мать, Лэндон! – вскрикивает она. – Ты серьёзно? У тебя стояк? Тебе уже почти двадцать три года, а ты так и не научился думать головой, а не членом!

Лэндон лишь смеётся и, без капли смущения на лице, расслабляет хватку. Как будто вся эта сцена – просто невинная игра, а не его очередная наглая выходка.

– Больше не смей ко мне прикасаться, – шипит она, сверля его злым взглядом. Резко разворачивается на каблуках и идёт к машине, не желая слышать ни слова в ответ.

Вивиан садится в новенький автомобиль, который Филипп подарил ей на прошлой неделе, и заводит двигатель. В салоне царит запах дорогой кожи и благородного дерева, который обычно ассоциируется с изысканностью и достатком, но сейчас для неё это больше не имеет значения. Этот запах, как и сам автомобиль, не приносит ей ни радости, ни удовлетворения. Она давно привыкла, что дорогие подарки муж делает не для проявления чувств, а как способ откупиться. И эти жесты уже не значат для неё ничего. Машина – просто ещё одно напоминание о том, как вся их семейная жизнь превратилась в одну сплошную фальшь.

Вивиан проезжает через огромные металлические ворота, их тяжёлые створки с глухим звуком закрываются за ней. Машина скользит по идеально вымощенной дороге, мимо ухоженных газонов и старинных деревьев. Едет не спеша, вдыхая свежий воздух, пропитанный запахом хвои и земли. Туда, где когда-то изменилась не только её жизнь, но и она сама.