Глава 1

Ту-дун.

Звук дверного звонка заставляет вздрогнуть.

– Хм, Милаша, ты кого-нибудь ждёшь? Я точно нет, – обращаюсь к малышке и смотрю на часы.

Шесть вечера. Кто там, интересно? Может, соседка снизу решила в гости заглянуть? Хотя она обычно предупреждает.

Ту-дун. Ту-дун. Тудун!

Кто-то вновь атакует кнопку.

– Пойдём, посмотрим, кто у нас там такой настырный, – поднимаюсь с ковра, на котором мы играли, и подхватываю девочку. Не люблю оставлять её одну.

В коридоре сначала смотрю в глазок, и мой рот сам собой открывается от удивления, ведь в подъезде недовольно хмурится какой-то двухметровый амбал в идеально выглаженном чёрном костюме.

– Кто там? – спрашиваю, не спеша открывать дверь.

Мы с Милашей живём вдвоём, что на уме у этого человека не знаем и заступиться за нас не кому. Я хрупкая девушка, полтора метра ростом, а Милана вообще ребёнок. Что мы сможем против огромного дядьки, выглядящего как главарь в сериале про бандитов. Да и жизнь в мои двадцать пять научила быть осторожной.

– Я пришёл заб… Кхм… Вы не знаете, где ваша соседка, Людмила Павловна из квартиры напротив? – басит шкаф в костюме.

– В такое время она обычно дома, – отвечаю, немного расслабляясь, ведь пришли не по мою душу. – А что вам от неё надо? – всё равно проявляю бдительность.

– Я должен передать ей посылку. Может быть, вы сможете взять, а потом отдадите?

– Что-то вы не похожи на курьера, – говорю ещё раз, заглядывая в глазок и убеждаясь, что мне не показалось. В подъезде стоит огромных размеров богато одетый мужчина.

– Вообще-то, я привёз ей посылку из-за границы. Дочь ей передала, – голос мужчины выражает недовольство.

Ой. Кажется, назвать его курьером было сродни обзывательству. Ну я, если что, не специально. И, кстати, то, что он говорит похоже на правду, ведь дочка Людмилы Павловны действительно живёт и работает за границей. Наверное, зря я распереживалась и проявила излишнюю бдительность.

– Ладно, сейчас открою, – говорю и ставлю малышку на ножки, чтобы освободить руки и открыть замок. – Постой здесь, милая, – обращаюсь к Милане и девочка, несмотря на свой юный возраст в год и три месяца, осознано мне кивает.

Затем я поворачиваю замок и скидываю цепочку, чтобы беспрепятственно распахнуть створку.

Вот только мне этого сделать не удаётся, ведь с другой стороны дверь толкают с такой силой, что я даже не успеваю отпрыгнуть и получаю ощутимый удар в грудь этой самой дверью.

– Ай, – вскрикиваю и запоздало, но отскакиваю чуть назад.

А дальше начинается какая-то вакханалия. Ну во всяком случае я именно так это и вижу…

Сначала в мою скромную обитель входят два огромных амбала (видимо, не попали в обзор из глазка) и тем самым заставляют отступить ещё дальше. Они осматриваются, будто сканируя пространство, а затем в квартиру шагает и сам «курьер».

– Какого? – не успеваю возмутиться, как мужчина, тот, что якобы с посылкой, присаживается на корточки около испуганной Милаши. Пару секунд изучает девочку, а потом мило, насколько способен, произносит:

– Привет, я Андрей. Твой папа. Пойдёшь со мной? – протягивает ладони к Милаше, предлагая посидеть на ручках.

Быстро переварив услышанное, тихонечко офигеваю. Папа? Мне ведь не послышалось, он сказал именно эти буквы? У малышки, насколько мне известно, нет отца. Ну точнее, теперь нет.

– Кто вы? – спрашиваю, быстро вороша в голове воспоминания.

Нет. Этого мужика в адски дорогом костюме я совершенно точно не знаю. Арина, правда, редко знакомила со своими ухажёрами, но здесь представительский класс налицо. Такого точно бы приволокла похвастаться.

– Я? – мужчина удостаивает меня оценивающего взгляда и, слава богу, убирает свои клешни от Милаши. – Баринов Андрей Кириллович.

Супер. Обычные фамилия, имя и отчество ни о чём мне не говорящие. Хотя курьер смотрит так, будто по короткому представлению я должна была всё понять. Увы и ах. Я вообще не в теме. Что за крендель вломился в квартиру, даже примерно не представляю.

– Что вам нужно? – решаю перейти к сути вопроса. Выяснять, какие он занимает должности, желания нет, а вот чего ему надо, есть.

– Я пришёл забрать свою дочь, – произносит и поднимает испуганную Милану на руки.

– Не трогайте её! – вскрикиваю и бросаюсь к малышке.

Вот только получается сделать всего шаг, и мне в плечо тут же упирается ручища одного из охранников.

– Стой, где стоишь, и проблем не возникнет, – грозно зыркнув, говорит Баринов.

– Я в полицию позвоню! – пытаюсь угрожать, но курьер лишь хмыкает и разворачивается, чтобы покинуть квартиру.

– Нет! – несмотря на угрозы, совершаю ещё одну попытку остановить вора. А он именно вор, ведь сейчас прямо из-под носа хочет украсть пусть и не родного, но моего ребёнка.

– Не лезь, дура! – это рявкнул охранник и сильно толкнул меня в грудь.

Я всего полтора метра ростом, да и вес небольшой, поэтому от такого тычка моё тельце практически улетает в соседнюю галактику, а если точнее прямиком спиной в одну из тумбочек, стоящих в прихожей. Больно.

Причём так больно, что на мгновение сознание помутилось, а перед глазами замелькали белые пятна.

Сквозь мутное зрение вижу, как Баринов уносит разрыдавшуюся Милашу, а вслед за ним идут и амбалы. Один, правда, всё время оборачивается, хмурится и что-то недовольно высказывает толкнувшему напарнику, но мне плевать. У меня отобрали ребёнка! Обманным путём проникли в квартиру и варварски уволокли малышку…

Мы только-только пришли в себя после смерти Арины и тут новое испытание…

– Верни мне дочь, сволочь! – хриплю, заставив себя быстро вернуться в реальный мир. Я не могу просто так валяться без сознания и не предпринимать никаких действий. Я должна остановить происходящее безобразие!

Глава 2

Так как на улице прохладно, а я не взяла ничего, что можно было бы надеть, приходится возвращаться в квартиру.

– Сола, милая, что всё-таки произошло? – на лестничной клетке меня дожидается соседка. – И где Милаша?

– Обманули меня, Людмила Павловна, обманули как малолетку, – тяжело вздыхаю.

У меня состояние среднее между истерикой и отчаянием. Не позволяю себе впасть ни в одно из них, потому что это делу не поможет.

– Как? – хватается за сердце пенсионерка.

Блин, зря я ей сказала. Не хватало ещё скорую сейчас вызывать, чтобы откачивали.

– Эм… Сказали, подождут, а сами уехали без меня, – на ходу придумываю какую-то чушь.

– Тьфу ты, – расслабляется женщина. – Я уж подумала… Даже стала вспоминать, где у меня записан номер дежурной части.

– Вы извините, мне пора, – быстро отмахиваюсь от соседки и скрываюсь за дверью квартиры.

Пенсионерка, сама того не понимая, подкинула идею.

У Арины был личный дневник. Может быть, в нём есть записи о Баринове?

Спешу сначала на кухню за табуретом, а затем в спальню к шкафу.

Коробка с личными вещами сестры убрана на верхнюю полку.

Приходится постараться, чтобы её достать, но я справляюсь.

Перед тем как открыть свою добычу, немного тушуюсь, ведь с тех пор, как я убрала её на верхнюю полку, прошло уже два месяца. Первые пару недель я чуть ли не каждый день рассматривала и прижимала к груди вещи Арины, а потом… перестала. Хотелось бы перестать грустить, но я просто перестала мучить себя и полностью отдалась воспитанию Милаши. Да, мне тяжело далась гибель старшей сестры, и вот теперь по причине по имени Андрей Кириллович мне снова приходится возвращаться в прошлое…

– Так, Милаша неизвестно где! Не время жалеть себя!

Отгоняю все мысли и открываю коробку.

– Где он? – быстро перебираю содержимое и, наконец, нахожу тетрадь в кожаном переплёте.

Привычными движениями листаю страницу за страницей от начала до самого конца, а затем ещё раз только в обратном порядке.

– Да я же даже не знаю, что ищу!

За те две недели, я практически до дыр изучила каждую страницу, и ничего хотя бы отдалённо похожего на моего вечернего курьера не помню. Хотя…

Нахожу дату как раз за девять месяцев до рождения Милаши. Цвет ручки сестра выбрала розовый, а все поля изрисовала сердечками. Раньше я думала эта запись об отце малышки (том, которого я знала), но сейчас, перечитывая, понимаю, что, скорее всего, речь как раз таки о Баринове.

Если коротко…

Познакомились они на вечеринке общего знакомого. Арина влюбилась с первого взгляда. Он властный, хмурый, в дорогих шмотках и безумно красивый.

Как по мне, шмотки и властность – это вообще не показатель привлекательности. Хмурый здесь полностью согласна, и это тоже не располагает к людям. А красивый… Я его не разглядывала, да и поступки говорят о многом.

Подытоживая, Баринов – редкостный засранец и говнюк. Одним словом, недоидеал. Другая бы пускала слюни и была согласна на всё лишь бы такой, как Андрей Кириллович взглянул на неё, а я после пары минут общения испытываю только раздражение при мыслях о человеке по фамилии Баринов.

– Так, отвлеклась. Надо найти следующую запись.

О, вот она прямо на следующем листе.

Быстро пробежавшись глазами по розовому тексту, понимаю, что на той вечеринке моя сестра и мой заграничный курьер всё-таки переспали. Арина была на седьмом небе и два листа исписала мелким шрифтом, представляя счастливое будущее рядом с магнатом. Но зная настоящее, можно делать выводы: мечты не сбылись.

– О! – восторженно восклицаю, ведь среди сердечек на полях замечаю номер телефона с пометкой БА.

Интуиция подсказывает, что это и есть Баринов Андрей.

Не мешкая ни секунды, хватаю свой сотовый и набираю цифры.

Надеюсь, он не сменил номер.

– Алло? – раздаётся недовольным голосом. Мужчина раздражён, и это чувствуется даже сквозь расстояние.

– Здравствуйте, верните мне дочь… пожалуйста, – сразу перехожу к делу.

– Это кто? – представляю, как амбал хмурится.

– Это та, у которой вы только что украли ребёнка!

– Не украл, а забрал своё. И откуда у вас мой номер?

– Неважно. Важно лишь обсудить, куда я могу подъехать, чтобы забрать малышку. Или, может быть, вы сами привезёте?

– Ты серьёзно? Думаешь, я поведусь?

– Если вы не пойдёте на контакт, я позвоню в полицию, – от безысходности перехожу на угрозы.

Мужчина хмыкает.

– Хочешь сказать, ещё не звонила?

Молчу, вспоминая разговор с дежурным.

– И как? Помогли? – ехидно произносит Баринов.

Продолжаю упорно молчать и всеми силами стараюсь подавить в себе желание швырнуть телефон в стену. Этот Андрей Кириллович слишком самоуверен и напорист. Бесит!

– Ну по тишине могу делать выводы. Всё не звоните мне больше. Всего доброго.

– Стойте! – тороплюсь вскрикнуть. – Неужели вы настолько чёрствый? Милаша стала моей дочерью. Я всей душой люблю её, и она единственный близкий мне человек. Я вложила в её воспитание всю себя. На двух работах работала, чтобы малышка ни в чём не нуждалась…

– А я понял дело в деньгах. Хорошо, вам будут возмещены все затраты, – Баринов перебивает, не дав закончить мысль. – Спасибо, что присмотрели за девочкой, – добавляет.

– Да при чём здесь деньги? – восклицаю шокировано, но в динамике уже наступила тишина.

Бросил трубку. Сволочь!

Все бизнесмены такие деревянные? Только и могут, что оценивать с колокольни денег, выгоды и затрат.

Мне абсолютно наплевать, сколько я потратила на содержание малышки. Мне просто нужна Милана. Сытая, одетая и довольная дочь рядом – вот мой идеал. И я действительно люблю её больше жизни.

Всю беременность провела рядом с сестрой. На родах присутствовала. А после, стала проводить больше времени с племяшкой, чем с её матерью.

Арина решила, что в её обязанности входит зарабатывание денег и обустройство личной жизни, а воспитанием дочери займутся в детском саду. Да и удобно, когда младшая сестра души не чает в ребёнке, можно не переживать, ведь малышка всегда будет под присмотром.

То есть последние два года я целиком и полностью посвятила малышке, а теперь появился тот, кто один раз сунул, вынул и ушёл, но который теперь уверенно предъявляет права на девочку. Сам ведь даже никогда её не видел, но стоило заявиться к нам в дом и не здрасте не до свидания, просто хвать и бежать!

Да он даже не знает элементарных вещей о малышке…

Что любит? Что ест? Во сколько спать ложиться? Разве достоин такой человек, считаться полноправным родителем? Уверена, что нет.

Телефон пиликнул, оповещая о сообщении. Открываю СМС и чувствую, как непроизвольно открывается рот.

Мне оплатили услуги няни.

Да, неплохо так оплатили, но… Обидно.

Я вообще не про деньги, я про любовь, заботу, ущемление своих интересов в пользу малышки, а мне за это суют цифры на счёт и просят больше не беспокоить…

В какой-то момент понимаю, что цифры на экране начинают расплываться. Непрошенные слёзы выбрались из своего укрытия.

Хоть я и не должна раскисать, а должна действовать. Но не могу. Я девочка. Все мои переживания вылезли наружу.

Почему так несправедлива жизнь? Кому-то деньги и власть, а кому-то страдания и боль?

Я понимаю, что ничего не могу против возможностей Баринова, но это не значит, что я намерена сдаваться. Мне просто надо прийти в себя, и потом обязательно появится какой-нибудь план.

Я очень надеюсь, что он появится…

Будет тяжело, ведь мне даже не к кому обратиться за помощью. Родителей давно нет, родственников тоже, а влиятельными знакомствами я не обладаю. Это Аринка всегда крутилась среди высшего общества и стремилась к богатству, я же просто жила для себя и потом для Милаши. Теперь понимаю зря. Если б хоть какой-нибудь дядя прокурор знакомый был или подружка-адвокат. Так нет же. Одна я в этой жизни. Сестра была, так судьба отобрала, потом Миланка появилась, так Баринов уволок. Сволочь!

Чтоб ему икалось! Да, он молодец, наверняка не просто так заработал репутацию, но это ведь не значит, что если есть деньги, то ты приравниваешься к Богу.

Не знаю, сколько я так просидела, коря несправедливость жизни и утирая слёзы, но звук дверного звонка заставил быстро взять себя в руки.

– Господи, хоть бы это был Баринов. Хоть бы у него проснулась совесть и он вернул мне Милашу!

Практически молниеносно поднимаюсь на ноги и спешу к двери. Заглядываю в глазок и не верю картинке.

– Зачем вы пришли? – спрашиваю, по пути вытирая слёзы. Точно знаю, что открою, но чтобы успеть, привести себя в порядок, задаю логичный вопрос.

– Ассоль Сергеевна, откройте, пожалуйста. Разговор не для подъезда, – басистым голосом говорит один из охранников Баринова. Если точнее тот, что отчитывал напарника, когда меня толкнули.

На этот раз не сомневаюсь и сразу отворяю створку.

– Вы один? – уточняю, выглядывая в подъезд. Хотелось бы, чтобы за его спиной был начальник с моей блондинистой малышкой на руках, но увы…

– Да. Собирайтесь, вам надо поехать со мной.