© Кет Небоманка, 2017

ISBN 978-5-4485-0557-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От редактора:

«Это странная книга. Страннее, наверное, вы еще в руках не держали. У книги нет автора, она написана десятками людей со всего мира на разных языках. Каждый написал свою часть в измененном состоянии, не понимая, что он делает и зачем это пишет. Все отрывки были собраны через соцсеть Facebook в закрытом сообществе „Предел“, и переведены. Редакция не уверена, что удалось собрать все существующие отрывки, некоторые части отсутствуют».

«Надо сразу объяснить – меня здесь уже нет, точнее там, у вас. Я ушла. Нет, я не умирала, но лучше бы умерла. Здесь как-то не по себе…

Не понимаю как, но время от времени я оказываюсь в чьей-то голове, каждый раз в разной, и могу диктовать. Я диктую этой голове, а её руки пишут. Не долго… Каждый раз у меня есть 12 минут и нужно успеть вложиться, ведь в следующий раз я буду совсем в другой голове.

Здесь крутятся, как на плёнках, много чужих жизней, но никого кроме меня здесь нет. Их никто не смотрит. Может, и я не должна быть здесь, а попала сюда из-за чрезмерного любопытства. И что будет, когда я досмотрю жизнь до конца? А, вдруг, меня зациклило, и я буду смотреть её бесконечно…

Когда жизни заканчиваются, плёнки рассыпаются. Но моя не может закончиться, ведь я ещё жива. И что, я так и буду продолжать смотреть здесь на то, как я здесь смотрю?

Вообще я хотела рассказать о самом главном, но не могу перепрыгнуть, я могу диктовать только то, что сейчас происходит на этой пленке, а я в самом её начале, поэтому придётся рассказать всё по порядку».

12.01.2014 Лили, Майами, Флорида, США

Мы играли с ребятами в баскетбол. Я была в своём новом купальнике. Это был мой звёздный час! За весну я успела накачать пресс, и сейчас выглядела ошеломительно. Билл не мог этого не заметить, и у нас все могло сложиться, если бы не этот голос в голове… Я вдруг не смогла играть и начала безвольно повторять то, что слышала, как будто я кукла, внутри которой играет запись. Моя подруга Керолайн записала это видео на телефон, а потом выложила в Уoutub, чтобы посмеяться… Я прослыла местной сумасшедшей. Но теперь я рада, что это не так, и что я не одна такая. Это то, что я услышала:

«Я не знаю, было ли у кого-то в жизни столько неудач в любви, как у меня столько надежд, срывавшихся с небоскребов и с дребезгом летевших на асфальт.

После очередного следующего, с которым мы бродили по ночам, а потом он начал бродить без меня; а потом следующего, которому я написала целый томик стихов, а он меня не захотел; и следующего, который меня захотел, но залетел с другой; а потом еще следующего, с которым я провела ночь, но ничего не было, а я бы хотела, чтобы было, но все равно ничего не было, – я впала в полнейшее отчаяние.

После N-ого самоубийства моих чувств я в конце концов устала и с покромсанным, истерзанным сердцем уволилась с работы, съехала с квартиры, все вещи заперла в гараже у подружки и отправилась туда, где многие ищут ответы на вопросы, где многие находят себя, где происходят чудеса… В Индию.

Я отрезала все пути назад, чтобы обрести что-то новое, я решила найти свою любовь и без неё не возвращаться, или вообще не возвращаться.

Да, я искала любовь. Нет, не ту любовь на одну ночь, которую там ищут все, а совсем другую… Любовь в высшем её понимании. Свою вторую половинку. Банально? Возможно, но в итоге всё обернулось совсем не банально.

Я в Индии. Она такая невероятно… тёплая. Как только я вышла из аэропорта, она дохнула на меня своим влажным горячим воздухом, мне показалось этот воздух можно взять и выкрутить, как полотенце, настолько он был плотным и мокрым.

Возле стойки заказа такси я познакомилась с парочкой из Бразилии. Он весь такой худой, высокий, лысый, с большими глазами, а она маленькая, толстенькая, с дредами и глазками-колючками. Что у них общего? Не могу себе представить. Но у меня с ними было кое-что общее – нам всем нужно было в одну сторону, в Дели, потому что аэропорт находился за 20 километров от города.

Мы договорились пошерить такси.

Я ехала с ними и гадала, как две половинки могут быть такими разными? Как будто это половинки совершенно разных фруктов: груша и банан, например. В каком месте они вообще должны соединиться? Загадка. Я мечтала о другой половинке, чтобы мы оба были одним фруктом, персиком, например.

Пока мы ехали в такси, Груша и Банан рассказала мне, что они прямо завтра направляются в храм Бога, который исполняет все желания.

Звучит прямо «как то, что доктор прописал». Сейчас мне было очень нужно, чтобы кто-то исполнил моё желание.

Я решила – я еду с ними!

Мы доехали до Меин Базара. Это место, где все новоприбывшие искатели истин и смыслов останавливаются на ночлег, потому что на Меин Базаре очень много отелей и железная дорога недалеко. Оказалась, что ребята-бразильцы дальновидно забукировали себе отель. Мы же приехали в 3 часа ночи и в такое время искать себе комнату – не очень мудрое решение. Конечно же, для меня не оказалось места в отеле ребят. Мы попрощались и договорились завтра утром встретиться, чтобы ехать вместе в Тирупати, ведь именно там находится храм Баладжи – Бога, исполняющего все желания.

Таксист повез меня дальше искать отель. Где-то все тупо спали и не открывали, где-то хотели содрать в три дорога, я то знаю, что здесь все должно быть дешево, а 20 баксов за ночь на Меин Базаре – это целое состояние!

– Слушай, отвези меня в нормальный отель! Я добавлю тебе сотню.

Сказано-сделано. Таксист отвез меня в повидавший жизнь отельчик за 350 рупий за ночь.

Комната была странная… непонятной формы, со скошенной стеной, и под неё таким же образом обрезана кровать, так что она получалась почти треугольной формы… Но это можно было пережить. Главное, чтобы была горячая вода. Потому что хоть это и Индия, но в Дели зимой по ночам прохладно.

Я зашла в ванную. Там было тесненько. Душа я не обнаружила вообще. Зато обнаружила кран в стене, который вел в никуда. То есть раковины не было. Под краном стояло ведро и ковшик. Добро пожаловать – мойтесь на здоровье, значит?

Ну что ж, к тазикам я была приучена с детства, потому что горячей воды в моём детстве почти не было. Ведро так ведро.

Я набрала воду в ведро, горячую, кстати, и приняла душ из ковшика. Потом улеглась на треугольную кровать и вырубилась.

Было уже 10 утра, толпы индусов шныряли туда-сюда, звенели, гремели, говорили, кричали. Так вот она, какая, Индия…

Бразильцы! Я вспомнила, что мы договорились с ребятами ехать вместе.

Быстро взяла необходимые вещи на пару дней и выбежала из отеля.

Выбежала и застыла, как вкопанная. И куда бежать?

В свете дня все выглядело совсем по-другому. Был целый океан людей и столько же разных вывесок, отельчиков, забегаловок, лавок… Я совершенно не помнила название гостиницы бразильцев, и где ее искать.

Теперь я поняла, сказать: «Встретимся завтра здесь», не имея связи, все равно что сказать «встретимся лет через 5 где-нибудь на планете Земля…» И скорее всего, бразильская парочка это понимала и всерьез меня не восприняла, вряд ли они переживают и ждут меня.

Ок, бразильцы отпадают, ну и ладно, но планы я не поменяла. Отправилась на железнодорожный вокзал.

Я простояла в очереди полтора часа… В первый класс билетов уже не было, во второй тоже, и в третий тоже… Оказалось, их нужно бронировать за месяц, а чтоб наверняка, вообще за полгода, и еще в очереди постоять, и возможно тогда тебе достанется билет. Просто индусов очень много, и все они путешествуют на поездах, а поездов на всех не хватает.

Что делать? Взяла билеты в общий вагон, это те легендарные безразмерные вагоны, в которые помещается раз в 30 больше индусов, чем должно было бы. Они торчат из окон, из дверей, но всё равно едут…

Ну, ничего, потрясусь часиков пять в общем вагоне. К вечеру уже буду в Тирупати.

Мне несказанно повезло. Я даже успела занять место, прежде чем в вагон набилось пятьсот тысяч индусов…

Меня придавили со всех сторон (со всех – это буквально значит со всех – сверху и снизу тоже). Надо мной на багажных полках хрупкие худенькие маленькие индусские мужчинки ютились как голубочки, свесив свои ноги с потрескавшимися грубыми пятками. Под ногами, кстати, тоже я то и дело нащупывала чьи-то тела… Вот так и ехали. Я закрыла глаза, и то ли от того, что пол ночи не спала, то ли от того, что душно – вырубилась.

Когда проснулась, на часах уже было полчетвертого вечера, через час я должна была прибыть на место. И как я так долго проспала в такой толкучке… Невообразимо. Все-таки у индусов есть какое-то мистическое свойство – расслаблять. И кстати, они совершенно не воняют. В нашем поезде я бы уже задохнулась от потных тёть и дядь, а индусы наоборот благоухают пахучим мылом, жасмином и специями.

Станции в поезде никто не объявлял, прочитать, что написано на вокзале не всегда удавалось, поэтому я решила заблаговременно начать спрашивать, когда же моя станция.

– Извините, а когда Тирупати?

– Тирупати?

– Да.

Индуска засмеялась, толкнула в бок соседнюю индуску и говорит ей: «Тирупати». Та тоже смеётся и говорит что-то на непонятном мне хинди. «Тирупати, Тирупати» – понеслось по вагону, сопровождаемое хихиканьем.

Интересно, что я такого спросила. Я, что, неправильно запомнила название? Но билет-то мне дали именно в этот город.

– Да, Тирупати, на билете написано, что прибывает в полпятого.

– Да-да.

Хихикала индуска.

Да что ж за цирк, что смешного я говорю, или у меня странный английский акцент? Так у них не лучше.

– В полпятого, завтра.

– Завтра?

– Да, завтра-завтра.

Я перевела взгляд на другую индуску, она весело качала головой из стороны в сторону, что означало положительный кивок и тоже повторяла:

– Завтра-завтра.

Завтра… то есть еще целые сутки трястись в поезде в общем вагоне без душа, без кровати, без еды…

А кстати, есть уже очень хотелось, я ведь даже не успела позавтракать, а уже было время ужина. И все индусы уже достали свои металлические судочки с рисом, который пах на весь вагон.

Благо, с едой в поездах проблем не было. На каждой остановке поезда, а они были частыми, по вагону ходили торговцы и продавали местные пирожки и чай.

Решено – дождусь следующего торговца и поужинаю.

Долго ждать не пришлось. Вот он шагает с подносом индийской выпечки, что тут у нас?

– Дайте мне вот этот пирожок и чай.

– Самоса.

– Да, самоса, вот эта большая, а лучше две.

Я заплатила за это удовольствие копейки и стала есть.

Все внимательно уставились на меня, теперь по вагону побежал шумок: «Самоса, самоса, самоса».

Я, что, для них обезьянка? Они будут комментировать каждое мое слово?

Я откусила кусок индийского пирожка с овощами и… зашипела как змея, он оказался таким острым, что у меня отняло дыхание. Все вокруг прыснули со смеху.

– Пей, пей.

Индусы тыкали мне на стакан с чаем. А я была на гране пекуче-острючего обморока. С выпученными глазами я глотнула чай, и мне полегчало. Чай был очень сладким с большим количеством молока. Он отлично потушил пожар.

Все затаили дыхание и смотрели, что же я буду делать. Но я не из слабых, я решила – есть!

Я жевала острючие самосы, у меня текли слезы, а я жевала и запивала чаем. Теперь я понимаю того ежика, который плакал, кололся, но продолжал есть кактусы. Индусы положительно качали головой. Меня приняли за свою».