– За что ты извиняешься? – поинтересовался временный Брэдли.
– Я даже не знаю твоего настоящего имени.
Он тихо рассмеялся, и я почувствовала, как завибрировала его грудная клетка. Затем он наклонился так, что его дыхание защекотало мне ухо, и сказал:
– Меня зовут Брэдли.
Ахнув, я подняла голову:
– Правда?
Он покачал головой:
– Я актер, работающий по системе Станиславского. Мне необходимо вжиться в образ.
– Ты актер? – Меня бы это не удивило. Он явно был в этом хорош.
Он поднял голову, раздумывая.
– Ты этого обо мне не рассказывала. Я актер?
Я с усмешкой слегка ударила его по груди:
– Прекрати.