Пролог

Катя

Я смотрела на гроб, стоящий посреди пустой квартиры. Еще месяц назад здесь пахло травами, а из динамиков телевизора были слышны новости или российские сериалы с незамысловатым сценарием и иногда очень плохой актёрской игрой. Но я любила всё это, а еще любила бабушку, тело которой сейчас лежало на белой мягкой обивке коричневого гроба. Крышка была отодвинута, так что я могла видеть морщинистое серое лицо покойницы в роскошном чёрном платье. Она всегда любила выглядеть эффектно, даже если не выходила из дома, будучи уже в возрасте, делала причёски, следила, чтобы домашний костюм не был запачкан, а на ногтях не слезал аккуратный маникюр. Она этому учила и меня, и не только тому, как я должна выглядеть. Бабушка растила меня, сколько я себя помню.

Родители у меня были, но, к сожалению, мне не сильно с ними повезло. Эта пара людей больше заботилась о себе, драме в своих отношениях, причинах ссор. Поэтому бабушка забрала меня к себе, растила в одиночку, лишь на лето отдавая меня папе и маме, чтобы я не забывала, как они выглядят. Раньше я любила их, конечно, это не тяжело, когда они родители выходного дня. Я получала, что хотела, сколько хотела, а еще мы летали на море, ездили на экскурсии. Вот только чем старше становилась, тем больше понимала. И к пятнадцати уже чётко осознала: жить с ними не хочу.

У меня были амбиции, в школе я была умной и способной, бабушка меня всегда защищала, вставала на мою сторону, оттого меня практически никто не трогал. Во всех смыслах. Меня боялись, потому что у меня был слишком заботливый обо мне родственник. Я чувствовала опору и защиту, а этим летом, перед самым выпускным классом, её не стало. Мне нужно было думать о выпускном, экзаменах, выборе университета, - и вдруг мой мир рухнул.

Бабушке выставили диагноз уже давно, врачи не сильно хотели возиться с пожилой женщиной, а теперь последствия этого были на мне. Для них – это лишь потеря очередного пациента, могилка на их личном кладбище, которое имелось у каждого доктора, а для меня это была любимая бабушка. Мой мир и моя большая любовь.

О том, что врачи поставили ошибочный диагноз, мы узнали, когда метастазы уже были практически во всех органах. Бабушка зачахла за месяцы, её смерть не была неожиданностью, но с этим всё равно тяжело смириться. Теперь же я смотрела на неё мёртвую, но не плакала. У меня был достаточно спокойный, холодный характер, хотя, полагаю, больше закрытый. Даже от самой себя. В большинстве своём, я не позволяла чувствовать эмоции, они отвлекали меня от целей.

Стоял август на дворе. Парни и девушки моего возраста собирали себе канцелярию к школе, а я организовывала похороны, потому что мои родители были не в состоянии этим заняться. Мама плакала, так как близко к сердцу восприняла утрату, папа старался её поддерживать, а я…

Я рисовала в голове себе чёткий пошаговый план, как поступлю в лучший медицинский университет страны – и не позволю себе никогда отнестись легкомысленно к пациенту просто потому, что это пожилой человек.

Глава 1

Катя

Я достаточно быстро разложила на полках шкафа свою одежду. Мама помогала мне аккуратно всё складывать, расспрашивая о предстоящих планах. Мне было непривычно, что она была такой низкой по сравнению со мной. Ближе к шестнадцати я резко выросла, достигнув 167 сантиметров, став на полголовы выше бабушку, и на целую голову маму. Я высчитывала по формулам роста из раздела с генетикой, и цифры не сходились, я должна была быть меньше. Но в моей жизни было одно увлечение, которое наверняка повлияло на то, что мне получилось обдурить природу.

В пятницу по вечерам начиная с пятого класса я ходила на баскетбол. Это было единственное место, где собиралось много незнакомцев из других школ, и мне не нужно было с ними близко общаться, чтобы играть. Я накапливала негативные эмоции к концу учебной недели и в спортивном зале выпускала весь свой пар. Одна из причин, почему в школе у меня не было подруг – никто не разделял такого увлечения, девочки по будням ходили парами в кино, собирались компаниями в чьей-то квартире или же ходили на свидания, я в свою очередь, либо училась, либо проводила время с бабушкой.

Помимо роста были еще отличия от родительницы: её волосы были цвета вороньего крыла, мои же светлые, как у папы. Он тоже сейчас сидел рядом и неловко интересовался моими планами на жизнь, потому что это было чем-то новым для него. Как и то, что родная дочь теперь живёт с ними в одной квартире.

У меня была своя комната, маленькая: с салатовыми обоями, потолком в виде неба, небольшой кроватью, шкафом, креслом и компьютерным столом, на котором располагался большой монитор.

Моя семья не была богатой, но мы жили в центре города, в еде я не нуждалась, как и в одежде, у папы была машина, на которой они с мамой ездили на работу или в загородный дом. В последнем месте они проводили каждые выходные: как я выпускала пар на баскетбольной площадке, так же мама отдыхала после напряжённого графика в банке в окружении леса.

В загородный дом я ездила летом, несмотря на наличие отопления в нём и всех вещей, что нужны были для человеческого комфорта. И я уже успела сказать родителям, что на протяжении учебного года на мою компанию они могут не рассчитывать, так как занятия с репетиторами и дополнительные внеклассные часы в школе никто не отменял. Они были не против того, чтобы оставлять меня, знали: я достаточно самостоятельный к семнадцати годам человек.

- Я буду поступать в медицинский, папа, на факультет «лечебное дело». Это позволит мне лечить взрослых.

Стянула волосы, достигающие лопаток, в высокий хвост тугой резинкой. У меня от неё часто болела голова, но она держала причёску лучше всего. Я запросто жертвовала здоровьем ради желаемого результата.

- В Минск? Ты не передумала насчёт столицы? – уже обеспокоилась мама.

- Мне нужен лучший университет, у меня нет связей, а там будет больше возможностей.

В нашем городе был необходимый мне университет, но он бы не дал мне того, за чем я гналась. Однако поступить в столичный университет – это не только почётно и хорошо, но ещё и невероятно сложно. Каждый раз, когда я смотрела вступительные баллы и количество человек, которое было готово взять учебное заведение, я задумывалась: а какой шанс оказаться среди этого мизерного числа людей? Тогда мой эмоциональный холод давал слабину, мои руки слегка подрагивали, кончик ручки я начинала так сильно кусать, что зачастую чернила вытекали мне в рот или на тетрадь.

- Если удастся поступить на бюджет, тогда я смогу закрепиться в столице, - подытожила я – и вместе с тем посмотрела уже на сложенные по местам вещи.

Полки были слишком большие по сравнению с тем, что на них лежало, или же… Стиль не то, что меня интересовало в жизни, поэтому у меня было мало вещей, и те однообразные. Да и какой смысл, когда в школу необходимо ходить в форме, выданной специально для каждого ученика. А после того, как я отсиживала в тёмно-синем комплекте из юбки и блейзера или же жилетки, возвращалась домой, чтобы делать домашнее задание.

Для одноклассников я была книжным червём, после, когда затравить меня этим не получилось - и моя бабушка помогла дать всем обидчикам отпор, меня перестали трогать, сменив прозвище на «Ледяная королева». Для этого мне необходимо было просто ни с кем не ходить гулять после занятий, не разговаривать во время уроков и не сплетничать во время перемен. Практически всё, последний пункт был формальностью для каждой отличницы. Я являлась старостой класса, так что одноклассникам приходилось иногда иметь со мной дело, но они это ограничили до общение «по делу».

- Какие планы на сегодня?

Мама спрашивала, потому что была пятница. Обычно они после работы уезжали в это время в загородный дом, но сегодня взяли выходной, чтобы помочь перевезти вещи из квартиры бабушки, ведь та теперь будет сдаваться. Мысль о том, что в гостиной с огромными вазами с цветами и пальмами, я больше не буду с близким мне человеком смотреть сериал или обсуждать мои школьные новости, заставляла внутри появляться странное неприятное чувство. Полагаю, это была тоска.

- Встречусь с Нюшей, всё же к школе я ничего ещё не купила из канцелярии, а вы можете ехать. Я буду писать вам отчёт в чате каждые несколько часов.

Мамино лицо с веснушками засияло, папа тоже улыбнулся и встал с кровати, понимая, что больше не надо вести со мной неловкие и непривычные нам обоим диалоги.

- И фотографии присылай, и кушать не забывай… - тараторила родительница, собирая впопыхах вещи, уже не заботясь о том, что её такой скорый отъезд может меня огорчить.

Они проявляли сочувствие, доброту, заботу, но было уже поздно. Интересно, понимали ли они это и просто старательно делали вид, или же то, что я росла без них все эти годы, стало для них пустяком? В любом случае, это меня уже не волновало. Я думала об этом три года назад почти каждый день, когда стала сильно ругаться с бабушкой. Теперь в груди было спокойствие.

Мой мобильный зазвонил, когда я осталась в квартире одна. Я посмотрела на экран - и улыбнулась: на заставке контакта была фотография маленькой девочки с двумя небольшими светлыми хвостиками и пухлыми щёчками. Этот человек был самым ярким пятном в моей жизни, и если бы на нас смотрели по отдельности, то в жизнь бы не догадались, что мы лучшие подруги.

- Привет, подружаня! Готова? Я уже под твоим домом.

- Невозможно, - я взялась за ключи, надела наскоро босоножки, схватила кожаный чёрный рюкзачок, в который постараюсь запихнуть все необходимое для выпускного класса – и выбежала в подъезд. - Нюша, сегодня в лесу что-то умерло?

Настя Полевич, Нюша или же просто Нюшка-хрюшка – этот человек появился в моей жизни в тот момент, когда родители купили загородный дом 13 лет назад и решили его показать и мне. По соседству там же оказалась семья, у которой была девочка на год меня младше, и самое удивительное, что она жила в том же городе, что и я, только в дальней его части, в спальном районе, где было множество высоких разноцветных зданий. Мы быстро с ней подружились, сперва общались только летом, когда обе приезжали отдыхать на каникулах, а когда перешли в среднюю школу и нам обеим стали выдавать карманные расходы – иногда встречались и по выходным в городе.

Этот человек - моя полная противоположность. Даже сейчас в жару, когда я надела джинсы и футболку, она выбрала воздушное платье, а свои блондинистые волосы заплела в объемный французский колосок. Где я выбирала прагматичность, она жила эмоциями и наслаждалась своей женственностью. Нюша была высокой и симпатичной, из-за чего могла попробовать себя в модельном бизнесе, но её всегда интересовал макияж. Она любила тренироваться в детстве на мне, а сейчас втайне от родителей рассматривала курсы визажиста, которые сможет себе позволить после школы. В отличие от моей семьи, её семья активно принимала участие в воспитании единственного ребёнка, и мама с папой хотели, чтобы она обязательно получила высшее образование. Когда Нюша их спрашивала зачем, то получала ответ «так положено», а кому и зачем, ответа ни она, ни я, ни её родители не знали. На этой почве у них часто случались скандалы, и Нюша завидовала тому, с каким доверием и спокойствием относились родители ко мне. Мне же казалось, что чем больше родители привязаны к ребёнку, тем сильнее эмоциональные конфликты и в моём случае завидовать точно было нечему.

Когда в школе со мной перестали общаться, мне стало казаться, что я скучная. Но Нюша считала иначе, её совсем ничего не заботило, она брала меня под локоть и тащила, куда ей хотелось. Подруга была мягкой, тёплой и солнечной, с ней невозможно было не подружиться – и в школе она пользовалась популярностью, что неудивительно. Однако из всех людей на планете Нюша выбрала меня в свои лучшие подруги, и, кажется, я ей была благодарна за это.

- Были какие-то интересные новости на собрании? – она протянула мне тетрадку с пёстрыми рисунками.

Я помотала головой, отложила и взяла однотонную зеленую, а потом ещё с десяток таких же. Подруга надула губы, сказала что-то вроде «скука», а потом стала выбирать по принципу «от чего глаза захочется вырвать».

- Нет, разве что новенький какой-то придёт, - ответила я. – Попросили отнестись с пониманием и не устраивать ему проблем в выпускном классе. Затем говорили что-то про школьный вальс, но я уже не слушала.

- Э, стоп, стоп, стоп, что за новенький? Красавчик? – она поиграла накрашенными бровями.

Из-за того, что у подруги были свои светлые волосы, её приходилось возиться с косметикой по утрам, чтобы подчёркивать свои достоинства. По крайней мере, она мне так жаловалась одновременно с ежедневной подпиской на страдания по тому, что у неё до сих пор нет парня. И, как она говорила, хуже этого только то, что его нет и у меня. Тоже мне, трагедия в трёх актах.

- Откуда мне знать, вот первого сентября и узнаю, - пожала плечами, задумавшись над тем, какой ежедневник взять.

Мне предстояло плотное расписание, а телефон имеет свойство у меня постоянно разряжаться, так что я предпочитала использовать вечный носитель.

- Господи, ну Кравцова, как так можно… А давай его социальные сети найдём?

- А давай ты уже определишься ножик в виде лапки или морковки будешь брать – и мы пойдём отсюда.

- Я бы уже всю жизнь распланировала с ним… Даже имена бы внукам придумала.

- Вот тебе и идея для твоего нового фанфика, но только меня в это впутывать не нужно.

Моя подруга имела забавное хобби – сочинять истории уже с готовыми персонажами из фильмов и книг, или же придумывала весь мир сама. Оттого фантазия у неё работала отлично, так что она каждый раз изощрённо компостировала мне мозги о необходимости. Нет, об обязательности и жизненной важности найти себе любовь, тем более в старших классах. Меня спасло то, что мы с ней ходим в разные школы и живём в разных районах, иначе, чувствую, было б у меня каждую переменку программа «давай поженимся» в режиме реального времени, где я бы, естественно, была главной героиней.

- Вот посмотришь, такие как ты, первые же и выходят замуж.

Нюша выбрала ножик-морковку, наконец-то слава тебе, Господи, и мы пошли к кассам. Может покупки мы и завершили, но день еще не заканчивался, так что меня ждало продолжение лекции и поток душещипательных фантазий лучшей подруги.