Глава 1. Не прыгай выше головы

Элли Сандер совершенно не понимала, откуда у неё вдруг возникло желание примерить полицейскую форму. Раньше при упоминании участка в голове единственной мыслью был возможный арест, а теперь девушка искала источник неожиданно родившейся спасать мир. Большинство знакомых скажут – предательской мечты.

В прошлом восемьдесят третьем году только двое выпускников её школы поступили в колледж. Район дарованиями не блистал.

Элли знала, что сбережений вряд ли хватит на то, чтобы покрыть первый год обучения, а вариант с армией она даже не рассматривала. Элли знала: её сбережений едва ли хватит на первый курс, а вариант с армией она даже не рассматривала. Если удастся получить стипендию хотя бы в половину – считай, праздник. Но этот праздник требовал немалых усилий: терпения и сдержанности, с которыми у неё всегда были проблемы.

Девушка засунула руки в карманы и прищурилась от солнца. Вскоре в поле зрения попал невысокий молодой человек. Вид у него был «чуть потрепанный» – синяк под глазом, припухлость на правой стороне лица, губа разбита, а голубая футболка, которую Элли пару дней назад купила ему в подарок, была порвана. Кажется, неизменно оставалась лишь немытая голова – то, что больше всего бесило Сандер. Уже в который раз на Рождество она дарила другу шампунь, но это не давало результатов. Она бы не удивилась, если бы узнала, что пузырёчки несчастного «Head & Shoulders» до сих пор лежат невскрытые в шкафчике за зеркалом.

– Выглядишь дерьмово, – честно отметила Элли.

– Спасибо, – Робби наигранно улыбнулся. – И тебе доброе утро.

– Дерек так и не рассказал, за что вас взяли. Отец запер его. Да и меня чуть не посадили под домашний арест – мать уверена, что я просто успела убежать.

– Как можно подозревать в чем–то мисс Сахарную Фею? Ладно, не смотри на меня так, – Робби приобнял подругу за плечо. – Я отключил сигнализацию в доме Бруксов, и мы с Дереком попытались их обчистить.

– Вы пытались сделать что?! – Элли выпучила глаза – даже для её друзей это было слишком. – Тогда почему вас так быстро отпустили? Ладно Дерек – у него отец со связями, мог подсобить, но ты… Зачем?

Робби закатил глаза. Куда делать привычная Элли Сандер? Почему она стала копией его матери, которая попрекала с поводом и без?

– Мы не успели ничего вынести.

– Не учли, что они оставили дома собаку? – Элли хихикнула. – А потом Бруксы пожалели бедных во всех смыслах мальчиков. Они ведь благотворители.

– Не правда! Никто нас не жалел! Просто мы…мы…

– Что?

– Да ничего! Чё пристала? Когда такой правильной стала, а?

Услышать подобную претензию Элли ожидала разве что следующим вечером.

Девушка хотела раздать другу порцию тумаков, но она сдержалась и перенаправила всю злость в прямой, умеющий ругаться отборным матом взгляд.

Робби вновь увидел в подруге образ собственной матери – не хватало только кухонного полотенца, которым женщина замахивалась в приступах гнева.

– Если ты не заметил, то здесь нет группы поддержки. Отдуваюсь за всех, мой дорогой. Я меньше всего хочу, чтобы тебя отправили за решетку, а потом пустили по кругу. Я волнуюсь за тебя, ясно?

Точно, вылитая мать.

– Мы знакомы больше четырёх лет, и ты всегда была с нами в любой движухе. Помнишь, как мы сняли колеса с машиной мистера Брауна? Бабла хватило на неделю в игровом клубе. А когда мы угнали мотоцикл того парня, который отказался идти с собой на выпускной?

Элли хотела, чтобы он случайно откусил себе язык – сделать это специально могла бы только она.

– Я меняюсь. Хочу меняться. Хвала Господу, что я дожила до восемнадцати без единого привода. Не факт, что у меня в запасе бездонная чаша везенья. К черту всё. Давай мы не будем портить своё будущее? Пока у нас есть столько возможностей, мы можем…

Парень рассмеялся:

– Возможностей? Будущее? Вот дерьмо… Элли, тебе девять что ли? Что за детский сад? Не будь такой наивной. Максимум, что светит мне – работать в баре отца. Ну, а ты в лучшем случае выйдешь замуж и станешь домохозяйкой; если твой муженек не будет бухать, это уже победа, милая. Не прыгай выше головы.

Не распускать руки она обещала не только себе, но и матери. Нельзя…нельзя.

Элли точно разрывало на пополам: с одной стороны хотелось убежать и расплакаться, а с другой – повалить Робби на землю и разбить ему лицо. Девушка сжала кулак, но тут же убрала «смертельно опасное оружие» за спину и глубоко вздохнула. . То, что в неё не верили, всегда злило. Но эта злость и давала мощный пинок под зад, заставляя сделать всё, чтобы доказать: она способна на большее.

– Соберемся завтра вечером у одноглазого Рика? Перетру с отцом Дерека и спасу принцессу из башни. Хочу рассказать кое–что, надеюсь на понимание. Это очень важно.

Робби лишь кивнул, не говоря ни слова. Они не общались до следующего дня, даже сообщений не посылали: Элли – чтобы не разжигать друга ещё больше и в надежде, что он сделает первый шаг; Робби – по тем же причинам.

Уговорить мистера Мартинеса выпустить сына оказалось несложно – достаточно было похлопать глазками и пообещать, что «этот сорванец» будет доставлен домой и проведён до двери лично Элли. Юную Сандер мужчина обожал.

В «Рикси» они собирались почти каждые выходные, а иногда заглядывали и после школы. Один из близких друзей Робби работал здесь официантом, и благодаря ему Элли порой получала бесплатную порцию картошки или колы.

Друзья сидели на маленьких, слегка пошарпанных диванчиках. Все знали: если хочешь закинуть ногу на ногу – сначала проверь, что под столом. Иначе замучаешься оттирать жевательную резинку со штанов. Но несмотря на эти «приятные мелочи», кормили здесь действительно неплохо. Однако в этот вечер Элли так и не смогла притронуться к еде.

Сердце бешено колотилось, ладони вспотели. Элли тёрла их о джинсы, переводила взгляд с одного парня на другого и всё глубже утопала в собственных мыслях. Внутренний голос кричал: сейчас или никогда. Пора заговорить, сказать вслух то, о чём давно мечтала. Но решимости всё не хватало.

– Ну? – спросил Робби, вытягивая последние капли колы из пластикового стаканчика с характерным мерзким звуком.

Дерек согласно кивнул. Этот подкачанный парень, который дважды оставался на второй год за неуспеваемость, был очень хорош в двух совершенно несвяханных друг с другом вещах: в спорте и взломе замков. Если бы он развивал свои природные задатки и отбросил вредные привычки, то мог бы сделать неплохую карьеру, к примеру, футболиста. Тренер старшей школы очень хотел видеть его в команде, однако понял, что такой человек, как Дерек, каким бы он не был талантливым, понятия не имеет о значении слова «дисциплина».

– Сначала выслушайте, а потом доставайте камни, вилы или что у вас там. Я не жду, что вы сразу примете мое решение, но оно моё, ясно? Моё! – Элли нервно усмехнулась, и убрала прядь темных волос за ухо. – Мама против, и мы поцапались сегодня утром…она грозится вызнать меня из дома, если… И сестра тоже не одобряет. Ох, черт!

Элли внезапно стукнула кулаком по столу, точно это помогало успокоиться.

– Эй, миссис Прямолинейность, – недовольно пробормотал Робби. – В чем дело? Или нам несколько часов сидеть и ждать, пока разродишься?

– Я хочу взять год перерыва после школы. Хочу подработать, подготовиться к поступлению… Я собираюсь изучать уголовное правосудие, – Сандер глубоко вздохнула и опустила глаза. – А потом я собираюсь пройти обучение в полицейской академии.

Воцарилось гробовое молчание. Парни даже не переглянулись – оба просто уставились в стол, будто пытаясь осознать услышанное.

– Я чувствую, что должна этим заниматься! Мы ведь сами выбираем свою судьбу, да? Я увере…

– Ты почувствовала это, когда копы убивали моего брата? – перебил Дерек, подпирая ладонью подбородок. – Или когда Робби в прошлый раз избивали до полусмерти? Не молчи, Элли, поделись с нами.

– Не грызись. Я просто хотела сказать, что хочу помогать людям. Копы не все одинаковые. Многие из них рискуют своими жизнями, чтобы мы могли спать спокойно. Они хотят спасти мир от тех уродов, кто ломает чужие жизни. Чем больше копов, тем больше людей получат помощь. А это важно. Я знаю…

– Лучше бы ты сказала, что залетела. В легавые решила заделаться… – огрызнулся Робби и резко встал из-за стола. Дослушивать откровения он явно не собирался. – Когда тебя пристрелят, я не приду на могилу. Надеюсь, хотя бы мать вразумит тебя. – Он повернулся к Дереку. – Пошли!

Элли просидела в одиночестве до самого закрытия. Заплатив за еду, к которой так и не прикоснулась, неспеша покинула кафе. Поведение друзей злило. Она понимала: у них сложные отношения с законом, и поддержки ждать не стоило. Но она и не ожидала такого скандала.Парни повели себя, как дети, которых вместо Диснейленда повезли на отдых к двоюродной тётке.

Элли надеялась, что через пару дней или хотя бы недель всё уляжется. Но этого не произошло.

Оба друга отдалились от нее, как от прокаженной.

Их пути разошлись резко, в один момент: одни решили пойти по уже протоптанной тропе грабежа и разбоя, а Элли так и не изменила своему решению и избрала не менее опасный путь.

Старшая мисс Сандер объясняла свое нежелание поддерживать дочь заботой и волнением. Последние годы она слишком сильно опекала обеих дочерей, и порой это раздражало.

Со временем Марго смирилась, потому что другого выхода не было. Угроза выгнать Элли из дома осталась оставалась такой же пустой. Конечно, женщина хотела, чтобы дочь выбрала более подходящую, безопасную, профессию, например: учительницы, парикмахера, журналистки… Да хоть что – лишь бы не под постоянным прицелом.

Но через какое-то время порог дома стала переступать уже не просто Элли. Это была детектив Сандер. Так и началась история девушки, которая решила «спасти мир».