Над миром властвовала гроза. Властвовала свирепо и безраздельно. Ветвистые молнии сшивали небо и землю. Низкое, тяжелое небо и черную блестящую от воды землю. Все, чему должно находиться между небом и землей, и что собственно и зовется миром, стремилось спрятаться, исчезнуть, раствориться в водной мути. Даже вездесущая реклама большого города померкла, растаяв в мертвенных миллионновольтных всполохах атмосферного электричества. Все остальное: громада недостроенной высотки, вагончики строителей, навес для техники, просто предпочло уйти в тень. Только башенный кран стонал на ветру, жалуясь на невозможность укрыться от разбушевавшейся стихии.

В такую погоду добрый хозяин собаку не выгонит. Но охота пуще неволи. И вот вдоль строительного забора мелькнула осторожная тень. То ли человек, то ли морок, то ли пятно перед глазами после очередной вспышки молнии. Дух он иль человек, да только шел он не с пустыми руками. Едва ли в украденном мешке был цемент или шпаклевка. Подмоченный товар и за бутылку сивухи не продашь. Это самый последний бомжара понимать должен. Только сторожевому псу над всем этим размышлять не положено. Шерхан – алабай, черный как смоль, лишь белое пятно на морде ото лба к носу из темноты виднеется, и не думал. Прыгнул на тень, быстрый и бесшумный как азиатский черт-шайтан. Не промахнулся. Наверное. Потому что конца прыжка из-за снопа искр от ударившей прямо в забор, в тени которого прятался воришка, шаровой молнии разглядеть просто невозможно.

Наутро рабочие только головами покачали, стоя на краю почти трехметровой воронки с завернутыми в трубочку мятыми листами железного забора по краям.

***

– …И тогда дух владыки ситхов обрел плоть зверя. Аки черная молния Шар Дахан обрушился на головы неразумных врагов. И не было в этом мире силы, способной побороть Силы мира Великой Тьмы…

Черная перчатка расчищала от мха продолжение вырезанной на камне надписи, а рокот голоса продолжал эхом гудеть под сводами дальней пещеры Долины Лордов.

– Вы неплохо освоили староситхский, друг мой. Совсем неплохо. Двадцати лет не прошло, – хихикнул стоящий за спиной учитель.

Дарт Вейдер не ответил. Терзавшее его все утро раздражение вроде