Цитаты из книг автора «Йен Макдональд»

Мощь и магия денег не в том, чем они позволяют владеть, а в том, кем они позволяют быть. Деньги – это свобода.

Смерть и секс, не в этом ли все дело? Люди занимаются любовью после похорон. Иногда во время похорон. Это громкий крик жизни. Сделайте больше детей, сделайте больше жизни! Жизнь – единственный ответ на смерть.

Проблема демократии – даже такой элегантно сконструированной, как предложенная тобой модель прямой демократии – в «бесплатной езде». Всегда будут те, кто не хочет участвовать, но они разделяют преимущества с теми, кто на самом деле вовлечен.

Мы всегда думали, что робоапокалипсис наступит в виде флотилий дронов-убийц, боевых механизмов размером с дома и терминаторов с красными глазами. А на самом деле его предвестниками были механизированные кассы в местном «Экстра» и на алкостанциях; онлайновые банки; беспилотные такси; автоматические системы оказания медпомощи в госпиталях. Боты один за другим приходили и заменяли нас.

Торт – дело тонкое. Всего один капкейк в правильном месте, в правильное время может сказать: «Прямо сейчас в целой вселенной есть только ты, и тебе я дарю этот момент сладости, текстуры, аромата, ощущений». Но бывают времена, для которых годится только что-то огромное и дурацкое, такое, чтобы я мог выскочить из середины при полном параде, что-то с глазированными бабочками и птицами, с маленькими ботами, распевающими песни из «мыльных опер», – и это исцеляет сердца и оканчивает свары. У тортов есть язык. Лимонные брызги говорят: «Мне кисло от этих отношений». Апельсин заявляет то же самое, но надежда еще не потеряна. Кило-торт говорит, что все в мире идет как надо, все хорошо и баланс не нарушен, Четыре Базиса в гармонии друг с другом. Ваниль говорит: «Осторожно, скука»; лаванда надеется или сожалеет. Иногда и то и другое. Засахаренные розовые лепестки намекают: «Сдается мне, ты плутуешь», а вот розовая глазурь предлагает: «Давай заключим контракт здесь и сейчас». Синие фрукты для грустных дней, когда накатывает настоящий вакуум и тебе нужны друзья или просто чье-то доброжелательно настроенное тело. Красные и розовые фрукты – это секс. Все об этом знают. Взбитые сливки нельзя есть в одиночку. Таковы правила. Корица – ожидание, имбирь – воспоминание, гвоздика же означает боль, настоящую или душевную. Розмарин – сожаление, базилик – уверенность в своей правоте. «Ну вот, я же говорил» – это базилик. Мята символизирует ужас. Мятный торт – плохой торт. С кофе все серьезнее некуда, и он говорит: «Чтобы тебя осчастливить, я бы передвинул Землю в небесах».

Что от дизайнера пришло, то в депринтер ушло

– Я все время боюсь за него. Это изысканный страх, он состоит из многого. Страх, что я сделал недостаточно. Страх не знать, что происходит. Страх, что я ничего не могу сделать. Страх, что, даже если бы я мог, все, что я сделал, было бы неправильно.

Согласно легенде, у каждого Дракона есть два союзника… – И два врага. Враги Асамоа – Воронцовы и Маккензи, враги Суней – Корта и Воронцовы, Маккензи – Корта и Асамоа, Воронцовых – Асамоа и Суни, а Корта… – Маккензи и Суни.

Всегда придумывай, куда девать руки. Юристы и актеры об этом знают. Твоя цель – не правда, а убедительность. Люди верят языку тела, когда не верят разговорному языку. – Она выбирает на подносе женевер и благодарит официанта. – Второе замечание. Работай со своей аудиторией. Прежде чем открыть рот, выбери мишени. Кто выглядит напуганным, кто – чересчур уверенным, кто встречается с тобой взглядом, когда ты проверяешь зал, кого ты больше всего хотела бы соблазнить. Обращайся к ним не с тем, что ты хотела бы сказать, но с тем, что они хотели бы услышать. Пусть почувствуют, что ты говоришь с ними лично. Если они кивают, если их позы меняются, отражая твою – значит, попались.

Договор о внешнем космосе запрещает национальным правительствам Земли претендовать на Луну и контролировать ее – вот почему нами руководит корпорация, а не политическая партия. Земные государства всегда завидовали нашей свободе, нашему богатству, нашим достижениям. Они боятся, что кто-то из них заберет Луну, поэтому следят друг за другом. Зависть – честное чувство, которым легко манипулировать. Зависть держала нас в безопасности в течение пятидесяти лет. У каждой семьи есть страх, у каждого из пяти Драконов. Корта опасались, что дети уничтожат их наследство. Маккензи… – Железный Ливень, – говорит Дариус Маккензи, не задумываясь. – Ты знаешь, чего боятся Суни? – спрашивает Леди Сунь. – Что солнце погаснет. Что в один прекрасный день оно опустится ниже горизонта и никогда больше не поднимется, и мы погрузимся в холод и тьму. Воздух замерзнет. Стекло разобьется. – Такого не может случиться, – говорит Дариус. – Это астрономия, физика: наука. – У тебя всегда наготове несерьезные ответы. День, когда солнце погаснет, – это день, когда будут нарушены правила. Правило, которое защищало нас пятьдесят лет; день, когда земные государства осознают, что выиграют больше, если станут действовать сообща, чем если продолжат подстерегать друг друга с ножами. Вот чего боится моя семья, Дариус: звонка в ночи. Когда он случится, все, что мы построили, все, чего мы добились, у нас отнимут, потому что нам некуда бежать.