1. Алина

– Хлопушкина, зайдите, – слышу голос молодой секретарши, в очередной раз коверкающий мою фамилию, делая ударение на О. Но я устала поправлять всех подряд.

Я – ХлопУшкина – от «хлопУшка», дарящая праздник, радость людям. А не от «хлОпушка», как частенько называют вариант быстрых завтраков, которые рекомендуют детям, но противопоказаны таким, как я… Каким? Помпушкам, толстухам и жиробасинам. Какое слово ни подбери – означать будет одно и то же. Разница лишь в отношении к тебе людей, которые его произносят.

Родные, например, называют меня «пышечкой», «помпушечкой» и всеми производными с обязательным добавлением уменьшительно-ласкательных суффиксов. Добавляет ли это милоты или уверенности, что не всё так плохо со мной? Нет. Это раздражает. Даже бесит. Каждый раз думаю, не будь у меня одного глаза, они бы говорили «слепышечка», «одноглазочка», «косуленька»?

Хорошо, что хоть незнакомые, честные люди, имеющие своё мнение и чувствующие себя не в своей тарелке, если его не выразят, говорят в лоб: «ты жирная», «сколько ты жрешь? остановись, а то планета скоро тебя не потянет и перестанет вращаться».

Да, я сейчас нагло вру, говоря, что горькая правда мне милее сладкой лжи. Ни фига подобного. От сладкой лжи мне просто горько, а от правды, я просто реву ночами в подушку. Но я не хочу этого больше слышать. Именно поэтому я … больше не выкладываю свои фото в сеть. А вы что подумали?

Нет, я не перестала лопать тоннами конфеты и пирожные. И не перестану. Пошли они все лесом! Назло стану еще толще.

– Женщина, вы заходите?

Женщина… А ведь мне только 28…

Я прохожу в кабинет финансового директора крупного холдинга, где я очень хочу получить должность экономиста или хотя бы бухгалтера. Но то, каким взглядом окидывает меня мужчина, сидящий в кресле, говорит о том, что работы здесь мне, похоже, тоже не видать.

– Вы нам не подходите, – безаппеляционно отрезает и наклоняет голову к бумагам на столе с таким лицом, будто ему противно даже смотреть в мою сторону.

Меня, конечно, не первый раз так динамят работодатели, но с таким откровенным цинизмом это происходит впервые. Да что он о себе возомнил!?

– Могу я узнать причину? – меня настолько возмутило такое отношение, что захотелось вдруг высказать ему всё, что я о нём думаю. А для этого нужно услышать «всю правду».

– Вы точно хотите это знать? – саркастично ухмыльнулся этот халёный блондинчик, считающий себя королем жизни.

– Да, – отвечаю с вызовом и смотрю прямо в наглые глаза, не мигая.

Несколько секунд он словно бы о чем-то раздумывает. Неужели слова подбирает? Не хочет обидеть? Или наоборот?

– Сколько вы вЕсите? – вдруг ошарашивает вопросом. Хм… это даже интересно, как он свяжет мой вес и причину отказа.

– 85 килограмм, а что?

– Ну вот вы же бухгалтером пришли устраиваться? Так и посчитайте. При вашем весе и габаритах вы будете занимать как минимум две ставки. При том, что работать будете одна. Наша компания не может позволить себе такое расточительство.

Я в шоке… Ох, сколько всего мне хотелось бы сейчас ему ответить! Но я не могу и слова выдавить из себя, а только стою и открываю и закрываю рот, словно рыба.

– Если вопросов больше нет, я вас не задерживаю.

_________________________

Как же удачно расположен туалет в этом офисе – буквально в нескольких метрах от кабинета финдиректора-козла. Едва закрыв за собой дверь, я даю волю сдерживаемым изо всех сил слезам.

Нет, так меня еще не унижали даже хейтеры в интернете! Я реву в голос, не обращая внимание на иногда входящих и выходящих женщин. Они тоже делают вид, что меня не видят, видимо понимают, что это их не касается.

И вот, когда я уже начала успокаиваться, и приводить себя в порядок, чтобы покинуть наконец это место раз и навсегда, в уборную входит очень молоденькая девушка, ростом на голову меня ниже. Она смотрит на меня огромными карими глазами и тут же участливо подходит и молча обнимает за плечи со спины. Такая неожиданная нежность от постороннего человека как ни странно не отталкивает, а наоборот – даёт какую-то внутреннюю силу. А может быть дело в ней? Не знаю, как объяснить своё поведение, но я оборачиваюсь и обнимаю её в ответ, словно родного человека. Она заботливо гладит меня по спине и, когда я перестаю всхлипывать, очень участливо спрашивает:

– Что с вами случилось? Я хочу помочь вам, давайте поговорим в кафе на первом этаже.

Я почему-то согласно киваю и мы с ней выходим из уборной и спускаемся на лифте вниз. Мне действительно хочется выговориться. И наверное эта милая, отзывчивая, а главное незнакомая девушка, которую я, скорее всего, вижу в первый и последний раз, – идеальный слушатель.

2. Андрей

Новый офис, новый кабинет, новые сотрудники, а точнее – сотрудницы… Обожаю перемены! Никогда не понимал людей, которые боятся перемен. Это ведь настоящий коктейль из предвкушения и ожидания, приправленный щепоткой риска и разогретый на огне адреналина.

Неделю назад наш холдинг АртСтрой, под управлением моего друга и партнера Сергея Рокотова, осуществил слияние со строительной компанией РабСтрой и переехала на новое место. Головной офис теперь будет в просторном здании, где ранее размещалась присоединенная компания. Мы с Сергеем давно присмотрели это здание, но попасть туда никак не получалось. И вот проигранный тендер решил судьбу РабСтроя, а мы вышли из этой битвы дважды победителями.

Изначально мы не планировали набирать новый штат, но Сергей в последний момент всё переиграл и вот теперь я уже вторую неделю провожу кастинг на вакантные должности своих подчиненных в финансовый отдел.

Рокотов запретил мне заменять слово «конкурс» на «кастинг», но смысл-то для меня от этого не поменяется. Я действительно тщательно подбираю себе «штат»… Никаких тёток, старше 30, никаких страшил и никаких толстух! Последних не люблю особенно.

И вот сегодня я ожидаю встречи с двумя претендентками на должность будущего экономиста в АртСтрой.

Услышав от своей секретарши новость о том, что одна из кандидаток уже ожидает в приемной, с предвкушением прошу пригласить её в кабинет…

О, нет!!! Ну как только такое могло произойти!? Я ведь лично просматривал все резюме. Ну не было такого фото ни в одной из анкет.

В кабинет входит огромное рыжее чучело! Кудрявые волосы торчат в разные стороны, словно она только что сняла шапку и они наэлектризовавшись сделали из её головы одуванчик. Лицо бледнее штукатурки на стене моего кабинета, оформленного в стиле лофт. На ней надето какое-то тряпьё без формы и хоть какого-то намека на век, в котором она живет. Ощущение, что вещи она сняла с бабки-вахтерши в подъезде моего дома. Хотя нет, та одевается современнее.

Но самое ужасное – другое. На всё это можно было бы закрыть глаза, если бы не огромная, просто необъятная Ж… Жестоко так поступать с людьми, не предупреждая о том, что сначала нужно встречать её пятую точку, а после через полчаса пребудет и её хозяйка!

Просто удивительно, насколько точно она не попала ни в один параметр, по которым я собрался проводить этот кастинг. Не собираясь церемониться с этой особью женского пола (девушкой её назвать язык не повернется), я сразу же говорю, что она не подходит. Но «красавица» вдруг подает голос, весьма приятный, как ни странно, и требует объяснений.

Ну не говорить же, что она толстая, страшная и немодная. Поэтому я привожу аллегорию. Считаю, вполне себе деликатно объяснив, в чем причина отказа, возвращаюсь к делам.

Рыжее недоразумение тут же испаряется, оставив после себя приятный цветочный аромат. Запахи – это мой фетиш. Если бы отец не заставил учиться на экономическом, я бы стал парфюмером. Практически безошибочно могу определить, какими духами пользуется девушка. Но вот этот купаж, царивший сейчас в моем кабинете, я встречаю впервые. Удивительное несовпадение внешности и запаха человека. И всё-таки я откладываю бумаги, чтобы насладиться этими тонкими весенними нотками с примесью еще чего-то, что даже для меня остается загадкой.

Ну хоть чем-то компенсировала потраченное на встречу с ней время.

3. Алина

Оказалось, что у девушки с большими глазами такое же большое сердце. Зовут её Аня, а точнее – Анна Валерьевна Весенняя. Конечно же я узнала её полное имя не в день нашего знакомства. В кафе она представилась мне просто Аней, я же, расположившись к ней с первых минут, поведала историю встречи с их финансовым директором.

Девушка слушала меня не перебивая, лишь иногда участливо кивая головой. А когда я закончила рассказ, она посмотрела на меня серьезными глазами и вдруг спросила:

– А какое у тебя образование? – мы с ней, придя в кафе, сразу же договорились перейти на Ты.

– Первое – художественное, второе – экономическое, – не знаю, почему, но мне всякий раз стыдно говорить, кто я по первой профессии.

– Художественное? – глаза Ани стали еще больше. – Никогда не думала, что можно совместить два таких разных направления, – она обезоруживающе улыбнулась, но продолжила интересоваться. – А почему ты никогда не работала по специальности?

Это был тяжелый вопрос. Потому, что я не любила на него отвечать. Но сейчас я ничего не теряю – девушка эта мне никто. Попробую выговориться, говорят, это помогает.

– Я сразу после института вышла замуж. Мой муж был старше меня на десять лет, и всегда сам принимал решения в нашей семье. Он сразу сказал, что художник – это не профессия, а хобби. И заставил меня получить «нормальное» образование. Так я стала экономистом. Но работать по специальности у меня не получилось. Еще учась на последнем курсе, я узнала, что беременна…

Вот зачем я всё это рассказываю постороннему человеку? Разве ей это нужно? Я ни с кем не говорила на эту тему. Даже бывшему мужу не могла доверить то, что сейчас собираюсь вывалить перед этой юной чистой девочкой… Но, возможно это и эгоистично с моей стороны, только я очень хочу всё рассказать ей сейчас. Словно выговариваясь избавляюсь от какой-то огромной непосильной ноши, которая тянет меня вниз все эти годы…

– Тяжелое время подготовки к экзаменам и написание диплома очень вымотали меня, и перед самым днем защиты у меня случился выкидыш…

Говорю это вслух впервые… Слышу свой голос как будто издалека… Будто не про себя говорю. Да и вообще может и не я вовсе произношу эти слова…

– Врачи сказали, что больше детей у меня не будет. Какая-то патология органов. Сказали, что чудо было, когда я вообще смогла забеременеть. Больше такого не случится.

Из карих глаз текут слезы, Аня сжимает мою ладонь в знак поддержки, но я на удивление спокойна. За три года я выплакала столько слез, что удивительно, что они нашлись еще и для придурка-финдиректора.

– Всё нормально, – успокаиваю уже я плачущую девушку. – Я научилась с этим жить. Только вот процесс этот затянулся… И муж мой не выдержал. Да кому нужна такая никчемная жена, которая ничего из себя не представляет? Это, кстати его цитата.

Вспоминаю его уход. Как я рыдала и кидалась ему в ноги, моля не бросать меня. И вот, произнося его слова сейчас, мне вдруг становится противно. Противно за себя. То, что я запустила себя, обросла комплексами и полностью зависела от мужа, еще можно было как-то оправдать. Но не то, что я три года терпела его измены и закрывала на них глаза. Вот в данную минуту стало стыдно признаться даже самой себе в том, что я всегда знала, что муж гуляет и всегда делала вид, что ни о чем не догадываюсь. Это унизительно, как я могла еще стоять перед ним на коленях, прося, не уходить. Нет, в этом я не готова признаться.

Мы с Аней еще неизвестно сколько времени общаемся за чашкой чая, я рассказываю, как меня хейтили в интернете, когда я пыталась найти работу и в резюме добавила своё реальное фото, сделав быстрое селфи, как динамили все, к кому я всё-таки смогла пробиться на собеседование, как меня это всё уже задолбало….

– Я больше не буду подавать заявки на должности экономистов и бухгалтеров. С меня хватит унижений. Пойду в уборщицы или дворники. Там на внешность вообще не смотрят. Да и зарплаты вроде неплохие, говорят…

– Алин, что ты такое говоришь!? Как можно!? Ты же квалифицированный специалист с двумя высшими образованиями! Ну какие дворники?!

Аня выпучила на меня свои глазищи и, казалось, вправду очень возмущенной.

– Ну а что тут такого? Дворник – это очень полезная профессия. И физическая нагрузка, которая мне сейчас ох как не помешает, и польза городу – я смогу сделать этот мир немного чище.

Я улыбаюсь девушке, а она словно и не слышит меня, а смотрит куда-то внутрь себя. А потом, вернувшись в реальность, говорит:

– А не хочешь поработать моей помощницей? – теперь пришел мой черед удивляться. – Зарплата, конечно, минимальная, но шеф обещал премии. И тем более, это ведь не навсегда. Чуть наберешься опыта, Сергей Александрович может тебя повысить. Два диплома – это ведь не шутка. Такие специалисты на дороге не валяются!

– Ань, а кем ты работаешь в компании? – вот я бестолочь, прав был мой бывший, всю свою подноготную вывалила, а у собеседника даже не спросила элементарных вещей.

– Я помощница генерального. Шеф сам сказал, чтобы я нашла себе помощницу, а я как раз резюме просматривала сегодня. Уже трем кандидаткам позвонила, но не беда, сделаю отбой. Ну так, что скажешь?

– Нууу… Ты – помощница, а я буду помощница помощницы, – я изобразила задумчивость, хотя уже приняла решение. – Конечно я согласна!

И мы весело расхохотались.

4. Андрей

Да сколько ж можно! Кто включил газонокосилку в октябре? Да еще и похоже прямо у меня в квартире…

С трудом разлепляю глаза. Во рту как пустыне – ни капли влаги. Зато похоже в этой пустыне что-то сдохло, иначе объяснить эту вонь просто не могу.

Я редко напиваюсь до такого состояния, чтобы наутро мутило от собственного перегара. Однако в последнее время что-то я расслабился и вчера опять перебрал.

Но всё-таки – что за отвратительные УШЕраздирающие звуки!?

Морщась от головной боли, выбираюсь из кровати и иду на шум.

Какой отвратительный запах духов в квартире!

А вот и его источник.

На кухне в моей рубашке стоят ноги и, кажется, собираются замучать мою кофеварку. Когда ж она начала так шумно работать? Или дело не в ней, а в моей голове, которая вот-вот разорвется, если это не остановить. Кашляю, привлекая внимание ног. Они поворачиваются и я вспоминаю! Ну конечно, этих малышек я точно вспомнил сразу! Еще в баре они так маняще подмигивали мне из декольте этой блондинки.

Блин, а как блонди-то зовут??? Да пофиг. С таким отвратительным запахом ей всё равно пора уже уходить и не портить мне аппетит. Хотя какой там аппетит! Тут хорошо бы просто не выпустить всё выпито-съеденное вчера наружу прямо посреди квартиры.

И нет, мне не стыдно было бы это сделать при грудо-ногой, а вот получить нагоняй от Семеновны, моей помощницы по хозяйству (или просто няни, как я её люблю называть) мне совсем не греет.