Книга или автор
0,0
0 читателей оценили
133 печ. страниц
2020 год
16+

Часть 1

Глава 1

-Что ещё за неполадки? Почему вовремя не проверили? Старпом, что молчишь?

– Товарищ комдив, разрешите доложить? Я прикомандирован к экипажу за час до выхода в море. Не успел.

– Да мне плевать, прикомандирован ты или нет. Не успел он, видите ли! Проблему устранить и через час доложить.

– Товарищ комдив, на море шторм, я не могу отправить людей на корпус, их может смыть…

– Что?!! Не могу? Срывать боевую задачу? Хоть сам лезь. Я сказал устранить неполадки, значит выполняй.

– Есть выполнять. Разрешите идти?

– Иди. Распустились совсем, – прокричал адмирал в спину уже выходившему офицеру.

Командир лодки, молча стоявший рядом во время всего разговора, выждал ещё минуту, пока комдив чуть успокоился, и попробовал возразить по поводу срочности:

– По сводке шторм начнёт стихать через час. Может немного задержать ремонт?

– Что? – опять вскинулся неостывший ещё адмирал, и командир замолчал на полуслове.

Адмирала боялись в дивизии и не любили за вздорный нрав и злопамятность. Среди офицеров ходили разговоры о его непорядочности и трусоватости. С таким лучше не связываться и не возражать.

Командир лодки не был достаточно уверенным человеком и по служебной лестнице продвигался не столько благодаря своим военным талантам, сколько благодаря исполнительности, умению не ввязываться в конфликты и не возражать начальству. На командирскую должность он был назначен недавно и это был один из его первых самостоятельных выходов в море. Он волновался, а присутствие на борту самого комдива только усиливало его волнение.

И вот, такая незадача. Ослушаться начальство нельзя и выпускать людей на корпус в такую погоду тоже нельзя. Дилемма! Командир стоял и размышлял, как бы успокоить и отвлечь адмирала, а потом осторожно выйти из рубки и задержать старпома, чтобы тот не совался на борт, пока не уляжется ветер. Старпом, мужик знающий, не слабак, но бывает горяч. Командир заметил, как сверкали его глаза, когда тот говорил с адмиралом. Как бы и правда, сам на борт не полез. Надо остановить.

– Товарищ комдив, предлагаю вам отдохнуть, пока экипаж занимается ремонтом. Я распоряжусь, чтобы вам принесли чай, – предложил командир, а про себя подумал: «Хорошо, что взял с собой коньяк. Сейчас к чаю он будет в самый раз».

Адмирал согласился и отправился в свою каюту. Командир распорядился о чае, занёс в каюту коньяк с фруктами, и, выйдя, приказал вахтенному:

– Если комдив уснёт, проследите, чтобы его не разбудили, и вызовите ко мне старпома.

Дежурный офицер слегка замялся:

– Товарищ старпом выполняет распоряжение по ремонту оборудования.

– Я знаю, что выполняет, пусть он отвлечётся и зайдёт ко мне.

– Но он не может сейчас зайти.

– Что значит, не может? Позвать!

– Он занят ремонтом на корпусе.

– Что?!! Он вылез наружу? Сам? – командира пробил пот и по спине забегали мурашки. Закралось нехорошее предчувствие и на душе стало совсем тоскливо.

– Вернуть! Немедленно вернуть, – приказал он отрывисто.

– Теперь не получится. Товарищ старпом уже приступил к работе. Мичман Соколов его страхует.

– Как, и этот вышел наружу?

– Он у самого выхода. Его хорошо привязали.

Командир сел на своё место у приборов, несколько минут молчал, затем, не выдержав, встал и вышел из рубки. Он сам направился к трапу, у которого в ожидании стояли несколько офицеров и мичманов. Люк был открыт и в глубину лодки доносились грохот и рычание волн, какие-то металлические стуки и человеческие голоса. Внизу царило напряжённое молчание. Вдруг наверху раздался крик, скрежет металла, стук чего-то катящегося по корпусу и один из офицеров, не выдержав, бросился вверх по трапу. В это время в проёме люка появилось мокрое и что-то кричащее существо. Его губы тряслись, глаза от ужаса стали огромными во всё лицо. Это был мичман Соколов, страховавший старпома.

– Я его не удержал. Не удержал, – повторял он, протягивая вперёд ободранные руки с обрывком каната и судорожно всхлипывая.

– Что со старпомом? – похолодел командир.

– Его смыло. Он там. Там за бортом. Волна. Огромная волна. Он не устоял. Его потянуло. Вниз потянуло. Трос не выдержал. Я его держал. Крепко держал, а он оторвался. Я же его крепко… Как же это? Как? Что же теперь? Я не удержал. Не смог.

Командир обвёл взглядом, стоящих вокруг людей. Помощник предложил:

– Надо организовать группу спасателей. Сейчас соберём добровольцев. Я сам пойду.

– Отставить. Никто больше наверх не полезет. Пока ветер не стихнет. Хватит самодеятельности, – вдруг закричал он, – Один уже ослушался приказа не выходить, догеройствовался. Вот, что получилось. Я не допущу больше жертв на борту. Задраить люк и разойтись.

– Но как же старпом? Он же погибнет, пока мы ждём. Мы не можем его бросить, произнёс кто-то рядом.

– Я сказал – нет. Шторм должен скоро стихнуть, тогда организуем поиск. Рисковать людьми я не буду.

– Собой рисковать боишься, – раздался раздражённый голос помощника.

– Не боюсь, – запальчиво возразил командир и поспешно добавил, – «Сейчас мы ему всё равно не поможем, а людей погубим». Он проследил, как выполняется его приказ, и нетвёрдыми шагами отправился в каюту комдива.

– Что такой бледный? – спросил улыбающийся адмирал, подобревший и раскрасневшийся от уже выпитого коньяка.

– Товарищ комдив, разрешите доложить! Во время проводимого на корпусе ремонта старпома смыло волной за борт.

– Что? – комдив чуть не поперхнулся от неожиданности, – «Как смыло? Да ты в своём уме, командир? Нас же с тобой теперь по стенке размажут. До конца жизни не отмыться». Он перевёл дыхание и вдруг продолжил уже совсем другим тоном, – «Как он посмел? Я же запретил ему выходить наверх! Невыполнение приказа, самовольство. Совсем ты своих людей распустил, командир. Почему ослушался? Почему наверх полез»? – закричал он ещё громче, услышав чьи-то шаги по коридору. И совсем тихо, почти прошипел в ухо командиру: – «Запомни, он нарушил мой приказ. Он полез туда самовольно. Слышишь? Самовольно»!

Ветер вскоре действительно стал стихать. На корпус лодки вышла группа спасателей, но сколько ни всматривались моряки в мутные ещё бурлящие волны, они не увидели за бортом никаких следов упавшего туда человека.

Через двое суток молчаливая лодка вернулась в базу, неся с собой горькую весть о погибшем товарище. Командир отправил помощника сообщить жене старпома о гибели мужа.

– Да, и скажи ей, что он сам туда полез, сам. Его никто не посылал.

Помощник пристально посмотрел на командира, молча повернулся, но уже у самого выхода остановился и произнёс:

– Товарищ командир, я подам рапорт о переводе на другое формирование. Я думаю, что не смогу больше служить вместе с вами.

Командир сжал до скрежета челюсти, а потом едва слышно произнёс:

– Это ваше личное дело. Можете идти.

– Есть, – кратко прозвучало в ответ, и дверь каюты закрылась.

Глава 2

Старпом вышел из центрального поста молча и порывисто. Он почти не разговаривал, лишь бегающие желваки выдавали крайнюю степень возбуждения и злости. Приказ выполнять надо. Надо вопреки разумному предложению переждать шторм. Срочности пока нет. Судя по всему больших повреждений на корпусе не было. Что за окаянная спешка? Самое главное, кроме барских амбиций комдива, да его желания, чтобы все немедленно бросались ему угождать, никаких иных причин так торопиться с ремонтом не существовало. Старпом угождать не любил, но, чувствуя себя глубоко задетым и уязвлённым, хорошо понимая всю эгоистичность и бессмысленность приказа, всё же не мог не подчиниться ему.

– Рисковать людьми нельзя. Придётся идти самому. Возьму с собой Соколова. Я давно его знаю. Не подведёт. Да и силён. Сумеет подстраховать и удержать трос, – размышлял он.

Через десять минут, одевшись потеплее, старпом уже был готов к выходу. Он заканчивал объяснять мичману задачу, когда подошёл помощник.

– Иван, подожди. На, глотни, а то замёрзнешь сразу.

Старпом сделал несколько глотков обжигающего напитка. По телу пробежало приятное тепло.

– Спасибо! – сказал он и повернулся к Соколову: – «Ну, что? Готов? Тогда за мной», и уже через плечо бросил помощнику – «Ничего, Слава. Я живучий. Приказы начальства надо выполнять».

Ветер налетел сразу, как только он оказался наверху. Мичман закрепился у люка, а старпом, попробовав крепость страховки, присел на корточки и, держась за обшивку лодки, стал медленно продвигаться вперёд. Он добрался до места и приступил к ремонту. Море, словно, сжалилось над ним и решило помочь, затихнув на некоторое время. Через полчаса он закончил работу и тихонько дёрнул за трос:

– Давай, выбирай. Я возвращаюсь.

Иван успел продвинуться всего на пару метров, когда море, словно отдохнув от временного затишья, вдруг взорвалось и налетело на него огромной волной. Необузданная сила потянула его вниз, и он заскользил к краю лодки, цепляясь за корпус, сдирая кожу рук и не в силах сопротивляться ярости стихии. Он почувствовал, как натянулся трос. Мичман пытался вытащить его наверх, но море не отпускало и тащило за собой. Вода швыряла его о борт, обрушиваясь на него беспрерывным потоком. Вдруг трос ослаб, и он уже без всякого сопротивления полетел в бездонную черноту.

Началась нескончаемая круговерть. Его то накрывало волной, то выбрасывало на поверхность. Он почти ничего не видел, кроме постепенно удаляющегося от него, чёрного силуэта лодки. Всё произошло так быстро, что старпом даже не успел испугаться, лишь одна мысль стучала в мозгу:

– Хорошо, что надел защитный костюм. И весна нынче теплее нормы. Температура воды была плюс десять. Сразу не утону, а потом вытащат. Обязательно вытащат.

В том, что его будут спасать, он даже не сомневался. Окажись в такой ситуации кто-то другой, сам первый бросился бы на помощь. С этой мыслью он и впал в короткое забытьё.

Когда Иван очнулся, море уже почти успокоилось, но корабля нигде не было видно. Нигде, до бескрайнего горизонта.

– Неужели ушли? Бросили? Или меня так сильно отнесло? Ничего найдут. Должны найти. Ребята не бросят.

Пытаясь успокоить нарастающее волнение, он говорил сам с собою вслух. Повторял одни и те же фразы, напрягая зрение, всматривался вдаль, поддерживая затухающую надежду. Но злым червячком зашевелилась в мозгу другая мысль:

– А если комдив не позволит искать?

Собирая в кулак силу воли, он пытался немного двигаться и плыть, как можно интенсивнее шевеля кистями рук и ступнями, чтобы не замёрзнуть в холодной воде и мысленно благодарил помощника за предложенное ему «шило», которое пока ещё помогало ему согреваться. Апрельский день был уже достаточно длинным, но и он склонялся к закату. Старпом всё ещё старался понемногу перемещаться, экономя силы, неважно, куда, главное двигаться. Иван был хорошим пловцом и мог бы долго держаться на воде, но здесь его главным врагом был холод, и, как бы он не старался, у организма был предел сопротивляемости. Он предполагал, что провёл в воде уже 2-3 часа. Это означало, что до критического переохлаждения у него есть максимум столько же. Иван всё ещё с надеждой вглядывался вдаль, но не видел вокруг себя ничего кроме грязно-зелёного моря, сливающегося вдали с серым стальным небом.

– Только без паники. Только без паники, – повторял он себе уже просто по инерции, почти ничего не ощущая.

Глава 3

Где-то вдали появилась чёрная точка. Поначалу Ивану подумалось, что это просто рябит в глазах или вообще начались глюки из-за чрезмерного напряжения зрения и желания что-то увидеть, но точка двигалась и понемногу росла.

– Неужели лодка? Может, продолжают искать? Значит, не ушли. Не бросили. Спасут. Обязательно спасут, – обрадовался он, и из последних сил поплыл навстречу этой точке. А она приближалась, увеличивалась, превращаясь в большое размытое пятно, которое в надвигающихся сумерках всё больше теряло свои очертания.

– Только бы не так быстро темнело. Только бы заметили, не ушли, – твердил он себе вслух слабым охрипшим голосом, и, словно, в ответ на его просьбу с неба уплыли последние тучи, а предзакатное солнце ярко осветило затихающую поверхность воды. Неожиданно его ослепил огонь фонаря, заскользивший по водной поверхности, и он на какое-то время то ли потерял сознание, то ли просто впал в забытьё.



Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
255 000 книг 
и 49 000 аудиокниг