Нина выключила свет в прихожей и прошла в комнату. Она села на кровать и хмуро уставилась на свои истощенные худые кисти, покрытые паутиной синих вен. Нечто тревожное шевельнулось в душе, но Нина не дала укорениться этому чувству и быстро переключилась на свое почти болезненное ожидание.

Еще слишком рано ложиться спать, а время тянулось так невыносимо медленно…

Приняв душ и переодевшись в пижаму, она снова отказалась от ужина. Даррен обязательно приготовит что-нибудь вкусненькое, ведь сегодня их первая годовщина и встреча должна быть особенной. Тело заныло в ожидании ласк, что стали ее личным наркотиком, и Нина нетерпеливо потерла колени. Как же она ненавидела ждать!

Ее мысли прервал веселый рингтон, и девушка нехотя потянулась к телефону. Вглядываясь в экран, Нина тихо выругалась, но ответила на звонок.

– Стрелецкая, ты почему еще не здесь? – веселый голос одноклассницы и подруги сопровождался музыкой. – Уже все собрались, не хватает только тебя!

Нина грустно вздохнула, стараясь придать своему голосу печальный оттенок. Словно робот, она научилась копировать чувства, которых больше не испытывала. Весь мир вызывал у нее только отторжение.

– Прости, Юль, я заболела, так что никак не получится…

– Ты издеваешься? – излишне бурно отреагировала подруга. – Раз в год собираемся, и ты умудрилась заболеть? Когда такое было? Я-то думала, ты представишь мне наконец своего загадочного бойфренда! Скажи честно, это он тебя не пускает? Абьюзер или, может, женатик?

Нина нахмурилась. Она уже жалела о том, что созналась на прошлой сходке выпускников, но тогда Юля не оставила ей шанса. Сияющее лицо и влюбленные глаза выдали Нину с головой, и она созналась, что кто-то есть. Большего рассказать она не могла, и ее на время оставили в покое, но неугомонная подруга не отставала.

– Какие глупости, – наигранно фыркнула Нина, – я действительно очень плохо себя чувствую и лежу одиноко в своей кроватке, страдая, что пропускаю такое веселье.

– Ладно, – сдалась подруга. – Я взяла отпуск на неделю, давно не была в родном городе, так что завтра забегу, хорошо?

– Да, конечно, хорошо вам повеселиться.

– Еще бы, – хмыкнула Юля, – выздоравливай!

Нина положила трубку и посмотрела на часы. Половина седьмого. Как же медленно тянется время! Она сходила на кухню и принесла стакан воды. Раздражение, вперемежку с сильным нетерпением усилились, вызывая тремор конечностей, и Нина начала бесцельно бродить по комнате, отсчитывая секунды.

Едва часы пробили семь, она схватила пузырек со снотворным и вытряхнула на ладонь две таблетки.

Сегодня особенная ночь, и ее не должно ничего разбудить, а поэтому, чуть поколебавшись, она добавила третью и быстро разжевав, запила водой. Нина потушила свет и, забравшись под одеяло, закрыла глаза. Сознание начало быстро ускользать, и вот она уже оказалась там, куда так стремилось все ее существо.

В черном каменном проеме предусмотрительно были зажжены все светочи, но даже без них она больше не боялась этих длинных коридоров. Сегодня шел дождь, и гроза сверкала с пугающей периодичностью, освещая темные залы старинного дворца. На Нине было надето красивое платье с пышной юбкой и многослойными рукавами, слегка оголявшими ее плечи, а по каменному полу стучали небольшие каблучки коротких сапожек.

Здесь уже наступила осень, и в пустынном замке отовсюду веяло прохладой. Она побежала вперед, не обращая внимания на холод и, преодолев череду петляющих проходов, оказалась в старинной уютной комнате.

Даррен сидел в кресле возле камина и пил из кубка вино. Он уже слышал ее приближение, отсчитывая секунды, слишком громкого эха.

– Моя девочка! – он встал и, раскинув руки, улыбнулся. – Я так ждал тебя!

– Любимый! – Нина буквально врезалась в крепкое мужское тело и прильнула к рельефной груди. – Еще одна ночь наша!

Даррен погладил ее по спине и вдохнул аромат волос. – Конечно, а как же иначе, ведь я ждал тебя. – Он поцеловал девушку в макушку и чуть отстранился. – Но что случилось? Ты так взволнована.

– Я хочу остаться с тобой, навсегда! – Нина прерывисто вздохнула. – Мне плохо в моем мире! Я больше не могу так!

Даррен внимательно посмотрел в глаза девушки, что буквально светились отчаянием, а затем ласково погладил по щеке больши́м пальцем.

– Тише, тише, милая. Ты же знаешь. Я не приму такую жертву. Что бы ни случилось, время, проведенное с тобой – это лучшее, что могло со мной случиться.

– Но я так хочу сама.

– Нет, – Даррен потянулся к ней и с особой нежностью завладел ее губами. Нина мгновенно ответила взаимностью и подалась навстречу, чувствуя, как страсть охватывает все ее тело, заставляя забыть обо всем.

– Сегодня ровно год, как мы вместе, – голос ее спутника ласково проник в ее сознание. – И я приготовил нам ужин. Ты же голодна?

Нина уже хотела ответить, что нет, но вдруг вспомнила свои худые кисти. Это воспоминание неприятно отрезвило, и она рефлекторно посмотрела на свои руки.

Аккуратные розовые лунки ногтей, нежная бархатистая кожа, но ведь там…

Нина нахмурилась, прогоняя виде́ние и уже через секунду игриво улыбалась возлюбленному.

– Да, конечно. Надеюсь, ты очень постарался?

Даррен накрыл им небольшой столик возле камина.

– Крольчатина, тушённая с овощами, – комментировал он подаваемые блюда, – салат из фасоли с зеленью и хлебный пудинг с засахаренной клюквой и медом… а также ценнейшее красное вино, что подавалось в лучших дворах и то по особым праздникам…

Он сел напротив и поцеловал ее в ладошку.

– С годовщиной, любимая…

Нина опустила глаза, чувствуя, как двойная реальность вновь разрывает ее на части, и принялась за ужин. Даррен вздохнул. Он улавливал ее настроение мгновенно.

– Что изменилось? – он сосредоточенно смотрел на свою спутницу и неспешно орудовал приборами. – Расскажи.

Нина обмакнула мясо в соус и отправила в рот, не зная с чего начать.

– Вчера на работе я сильно психанула и накричала на пациента, а ведь бабуля всего лишь попросила измерить ей давление, а после вообще перепутала назначения врача. – Нина схватила бокал и залпом выпила вино. – Если бы не Настя, медсестра, что работает со мной, все могло бы закончиться очень плохо…

– Ты не говорила…

– Подожди, – перебила Нина. – После, меня вызвал главврач. Он сказал, что я очень плохо выгляжу, и отстранил от работы, пока я не сдам анализы и не пройду внеплановую медкомиссию. Но я не пройду… мои снотворные, что продлевают наши встречи…

– Постой. – Даррен резко встал и прошел к старинному секретеру.

Он достал небольшой бархатный мешочек и положил его перед Ниной.

– К черту работу этого хватит тебе с лихвой.

– Нет, – Нина всхлипнула. – Не только в деньгах дело. В город приехала моя давняя и очень близкая подруга. И она не оставит меня в покое. Поэтому я хочу остаться здесь и с тобой! Навсегда!

Даррен вздохнул.

– Я знаю, ты сможешь от нее избавиться, – он подошел к Нине и, взяв за руку, потянул к себе. – Никто и никогда не встанет на нашем пути, пока мы желаем быть вместе.

Нина доверчиво смотрела в глаза спутника.

– Ты сможешь, а эти монеты помогут тебе не нуждаться в работе и не слушать мнения тех, кто ничего не понимает. Я знаю, ты справишься! И мы, как и прежде, будем вместе!

Даррен встал и, подойдя к Нине, потянул ее за руку. В глазах мужчины светилась звериная страсть, и она словно заворожённая потянулась на его призыв.

Молния продолжала сверкать за окном, а дождь бить по стеклам, но им было все равно. Огромная кровать зияла скомканными одеялами и обнаженными телами. Камин жарко трещал, обогревая их комнату, а Нина, сладострастно закатывая глаза и тихо вскрикивая, ритмично двигалась над своим мужчиной.

***

Юля в очередной раз нажала на звонок, но в ответ стояла тишина. Тогда она снова набрала номер и вдруг услышала переливы рингтона за дверью. Если бы подруга пряталась, то хотя бы уменьшила звук или вообще отключила телефон. Что-то было не так. Она позвонила в полицию. Нина говорила вчера, что плохо себя чувствует, и это напугало еще больше. Она была одинокой, и мало ли что могло случиться.

Службы приехали довольно быстро, и Юля первой вбежала в квартиру. Она нашла подругу в комнате и ужаснулась. Истощенное тело почти не подавало признаков жизни, а кроме того, рядом валялся почти пустой бутылек из-под лекарств. Врачи оттолкнули ее и начали оказывать первую помощь. Спустя несколько минут они констатировали, что она не отравилась, а просто приняла снотворное и поэтому так крепко спала, хотя налицо сильное истощение. Но от госпитализации Нина отказалась.

Ажиотаж вызванных служб так же быстро спал, как и нахлынул, а Юлю немного задержал участковый и теперь они остались один на один.

– Какого черта? – в глазах Юли светилась тревога. – Что с тобой происходит?

Нина тяжело дышала и со злостью смотрела на подругу.

– Это ты мне скажи, – ее голос больше походил на визг. – Что ты здесь забыла?! Какого черта ты помешала мне спать?!

– Спать? – Юля растерянно смотрела на подругу. – О чем ты?

– Убирайся отсюда! – Нина буквально озверела. – Пошла вон отсюда!

Во впавших, с темными синяками глазах подруги, светилась такая злость, что Юлька отступила, а затем набрала давнему знакомому.

– Сергей, ты все еще заведуешь в той больнице?

Скорая из частной психиатрической клиники не заставила себя долго ждать…

Дальнейшие события потрясли Юльку до глубины души. Нина выла и визжала, пытаясь вырваться. Царапалась и кусалась, ее глаза будто остекленели, и она проклинала всех присутствующих, но крепкие санитары будто привыкли к подобному и с холодным спокойствием быстро пленили разъяренную девушку.

Карета скорой помощи с мигалками сорвалась с места, а Юля дрожащими руками закрывала входную дверь. Она не понимала, что случилось с ее подругой, но знала, что у нее не было выбора и кроме нее, больше некому позаботиться о Нине.

***

Прошла пара суток, прежде чем Юля смогла взять себя в руки.