Цитаты из книг автора «Ирина Фуллер»

Лужи – озера, когда следуешь чужим желаниям. Озера – лишь лужи на пути к истинному желанию сердца.

Лужи – озера, когда следуешь чужим желаниям. Озера – лишь лужи на пути к истинному желанию сердца

Стук раздался вновь, на этот раз более требовательный. – Это просто задница, – проныла София. – Одевайся, – скомандовал Давид, кинув ей худи и спортивные штаны. Сам он начал торопливо натягивать костюм выходного дня. Тонкая шерсть отличалась от ткани рабочих пиджаков большей мягкостью и клеткой на тёмно-коричневом фоне. Отодвинув в сторону несколько вешалок с белоснежными рубашками, он взял кремовую. Затянув мягкий галстук, Давид повернулся к Софии и наткнулся на её недоумённый взгляд. – Серьёзно? Он просто дёрнул плечом, не вполне понимая, почему её удивило его желание встречать потенциальных гостей не в трусах-боксерах, а в одежде, и взял с нижней полки тёмно-коричневые ботинки.

Сейчас он оказался в ситуации из своих кошмаров. Давид скорее почувствовал, чем увидел, как одна из девушек толкнула его на стул. Что, вероятно, означало: его, по крайней мере, не вынудят танцевать. Басы били по ушам, вспышки светомузыки заставляли сердце биться чаще. Девушки соблазнительно двигались рядом с ним, то касаясь ягодицами его ног, то прижимаясь грудью к напряжённой спине. Чьи-то руки попытались ослабить узел на галстуке, но Давид отстранил её кисти. Он взглянул на девушку и застыл. Эти глаза. В его памяти стали вспыхивать моменты, когда он уже видел их: робкий взгляд во время интервью при приёме на работу, игривый и зазывающий в «Вонючем Дне», наигранно возмущённый в лаборатории, искренне возмущённый – в его кабинете. Он попытался встать, но эта самая девушка усадила его обратно.

Тогда Давид решил использовать своё второе по мощности оружие. Первым был ум, но ситуация не располагала к демонстрации. Поэтому он встал и начал методично расстёгивать плащ, в котором до сих пор оставался. Затем снял кофту, под которой оказалась белая сорочка. Лотти, увидев это, удивлённо подняла брови и посмотрела Давиду в глаза. – Рубашка… под толстовкой? – уточнила она. – Ты, может, и в душ ходишь в костюме? Давид ничего не ответил – просто перешёл к пуговицам на манжетах. Неторопливо, почти безразлично. Справился с одним рукавом, со вторым и стал расстёгивать ворот. Заметив заинтересованный взгляд Лотти, усмехнулся: да, он качался и не ел после шести. Не зря, всё не зря!

от него требовались способность составлять двенадцать отчётов в минуту и умение подписывать документы двумя руками.

– Я сделал интонационное ударение, незначительно увеличив громкость речи в логически кульминационный момент. Не более.

– Все слова наполнены лишь тем смыслом, который вы в них вкладываете

– Это безумие, – сказала она, качая головой, но идя следом. – Когда все вокруг катится в бездну, ты предлагаешь поверить в сказку? – Когда все катится в бездну, только это и остается.

– Надежда со щепоткой безумия лучше, чем болото рассудительного уныния