Глава 1

Марьяна

Я продиралась сквозь колючие кусты малины, обдирая руки до крови. Мысленно обругивала себя – вот куда поперлась тетка! Дома не сиделось! Я что килограмм малины не купила бы? Одна же живу, ни в чем себе не отказываю. Зарплата позволяет. Так нет! Студенты с училища, в котором преподаю, поход в лес предложили, а я и рада стараться. Дикой ягоды захотелось! Им то что надо? Малина? Нет, конечно! Как в лес попали, палатки поставили, они и разбрелись парочками кто куда. А я за малиной в дебри полезла. Теперь бы не потеряться. Ушла, наверно, уже за километр от бивака. Огляделась. Темный лес вокруг. Даже просвета не видно. Тайга сплошная. Солнца сегодня не было, пасмурно совсем. Я вытащила из кармана компас, чтобы проверить свое местонахождение. Вылезла из кустов, сверяясь со сторонами света. Определила, куда обратно идти. Ногу запекло – вниз-то я не смотрела, куда встала, туда встала. Понятное дело – где малина, там и крапива. Потерла ногу в месте ожога. Над лицом, покрытым потом, вился рой комаров. Я отмахнулась. Нихрена, эти брызгалки от насекомых не помогают! Может городским комарам от них плохо, а этим, лесным, хоть бы хны! Вон здоровенные какие! С фалангу пальца!

Нет, так дело не пойдет. Скоро обед, а я почти ничего не набрала.

– По малинуу, по малинуу я пойдуу, – запела я, поднимая полупустой бидончик, вернувшись к обрыванию малины.

Сочные крупные ягоды, сорванные мной, полетели в тару. Я уже громко орала на весь лес. Вокалом я владела, семь лет в музыкальной школе не прошли даром. Мне пророчили карьеру оперной певицы. Но я поступила по-своему. Пошла в кулинарный техникум. Выпечка – все мое. Даже изобрела собственные булочки – вкуснейшие, как говорили люди. Я с ними в конкурсе пекарей-кондитеров первое место взяла. Да только время прошло, и эта сдоба превратила меня в пышку. И пошла вся жизнь наперекосяк – ни мужа, ни детей. Нет, мужики-то были, что скрывать, да только никто замуж не позвал. А вот с потомством не повезло, от толщины своей все внутри как надо не хотело работать. Не беременела. Лечилась, лечилась – все без толку. Так и дожила до седых волос одна. Теперь только и оставалось молодежь учить, как пироги печь.

Впереди кто-то с шумом ломал малинник. Я всмотрелась – кто там?

– Вась, это ты? – крикнула я. – Или Иван?

Тишина, только ветви трещат. Бурое пятно приближалось. Очки-то я в лес не беру. Кусты раздвинулись прямо передо мной, и я увидела огромную медвежью морду с зубастой пастью и маленькими злыми глазками.

– Мама, – беззвучно произнесла я. – Мама.

Вот говорят, если медведя увидишь, не беги, претворись мертвым. А как? Он же вон какой! Одно желание – убраться отсюда. Что я и сделала.

– Ааа! – закричала я что было силы и, не обращая внимание на колючки с крапивой, понеслась в обратном направлении.

Понятное дело, медведь бросился за мной. Кто сказал, что они увальни? Кто быстрее? Я со своей сто килограммовой тушей или мишка? Мелькали елочные лапы, ветки путались в голове, выдирая волосы. Ноги подворачивались на скользких корнях. Эх, мне не уйти! Помню только, как повернулась посмотреть, где бурый, и увидела лишь опускающуюся огромную лапу с длиннющими когтями.

– Писец, – успела произнести я, и мощный удар вышиб из меня дух.

Темнота, состояние полета, и, еще не приходя в себя, врезаюсь в кого-то, обливаясь чем-то теплым и липким.

– Что за дрянь! – услышала недовольный мужской возглас. – Ты не видишь, куда идешь?!

Я открыла сначала один глаз, потом второй. Надо мной возвышался необыкновенный красавчик, темноволосый, широкоплечий, с мощным торсом, обтянутым белой рубашкой, по которой растеклось здоровенное пятно. Изумрудные глаза яростно сверкали, выдавая высокую степень недовольства.

– Прошу прощения, – заикаясь, проговорила я. – Ничего не понимаю!

Обернулась вокруг – полумрак, столики с посетителями, официантки в длинных старинных платьях бегают с подносами, полными тарелок. На стенах чадят светильники со свечами. За стойкой находилась толстая женщина с замысловатой прической из темных кос. Она смотрела на меня с мужчиной, и ее лицо постепенно приобретало зловещий пунцовый оттенок. Я что, на съемочной площадке, где вестерны снимают?

– Что тебе не понятно, девка? – возмущенно зашипел обиженный мужчина. – Ты мою парадную рубашку киселем залила! Хорошо, китель не пострадал! Я его у самого королевского портного заказывал.

– Я застираю, – протянула я руку к рубашке.

– Не тронь! – воскликнул мужчина, дотрагиваясь до моей руки, чтобы оттолкнуть.

Что тут произошло! От нашего соприкосновения заискрило. Брызги огня попали на злосчастную рубашку, и она загорелась.

– Что за черт! – вскричал красавчик, отдергивая руку и срывая с себя пылающую рубашку.

Одно движение и огонь погас, но рубашка оказалась безвозвратно испорчена. Я затрясла обожженной рукой. Мне вообще сегодня везет как незнамо кому! Сглазили, что ли! Вон и на мужчину перешло! Но почему-то незнакомец больше не ругался. Он задумчиво смотрел на меня

– Интересно, – произнес он. – Очень интересно.

Я стояла и не могла ничего понять. Где я? Кто этот полуобнаженный красавец? И вообще, что происходит?

Глава 2

К нам подбежала та женщина, которую я видела за стойкой.

– Марьяшка! Все, кончилось мое терпение! Пошла вон отсюда! – заорала она. – Правильно мой покойный муж говорил – не выйдет из тебя ничего путного! Вся в мамашку свою! Та все жгла и портила, теперь ты! – затем она с поклоном обратилась к мужчине. – Вы уж нас простите, господин ректор! Все возместим! Обедать месяц можете приходить бесплатно. А я эту дурочку накажу! Не переживайте! Не оставлю так! Гана! – снова закричала тетка. – Покажи молодому господину нашу помывочную и рубашку из запасника, свежую принеси. Небось не лето, чтобы в одном кафтане щеголять!

К нам подбежала рослая фигуристая брюнетка с пышной грудью.

– Да, хозяйка, все сделаю, – поклонилась она. – Пойдемте, господин ректор, я вам помогу.

Она так жеманно посмотрела на мужчину и выставила напоказ свое декольте, что мне аж противно стало. Я скривилась. Красавчик ушел с Ганой. А на меня снова набросилась хозяйка.

– Убирайся, – прошипела она. – Твое место отныне в сарае рядом с козами. Чтобы ноги твоей не было в харчевне! Будешь за ними убирать, коли не умеешь тарелки носить!

– Послушайте! – возмутилась я. – Лучше объясните, куда я попала?

– О! – уперла руки в бока тетка. – Да ты никак умом повредилась? Этого еще не хватает! Думаешь, разжалобить таким образом? Не получится! Вон! – закричала она.

Схватив за рукав, выкинула меня из помещения на улицу. Я точно помнила, что сейчас июль, так какого черта я попала в осень? Шел дождь, разбухшая грязь тут же заполнила обувь, ледяной ветер пронизал до самых костей. Струи воды моментально намочили одежду. Я дрожала от холода и не знала, что делать. Куда идти? И вообще, пусть хоть кто-то расскажет, куда я попала. То, что это точно не съемочная площадка, я уже поняла. И что другой мир – тоже.

Я повернулась к двери таверны, из которой меня выставили – надо вернуться и постараться все выяснить. В стеклянной двери проявились мои очертания. Я застыла на месте – кто это? Отражение тоже вытаращило глаза. Провела по лицу, вытираясь от капель дождя. В стекле была я, но в другом обличии – стройная молодая девушка лет двадцати с белокурыми волосами, собранными в косу, и большими синими глазами. Намокшая одежда облепила высокую грудь и тоненькую талию. Я даже забыла, что замерзла. Меня, наоборот, охватило жаром – не может быть! Я стала молодой и красивой! А главное, пропали все мои лишние килограммы! Я подпрыгнула на месте и стала разглядывать себя со всех сторон. Вот это удача! Спасибо, мишке.

В этот момент меня чуть не долбануло открывшейся дверью. Из харчевни вышел все тот же красавчик. Он окинул меня странным взглядом, на секунду задержавшись на груди. Я даже смутилась.

– Марьяна, так тебя кажется зовут? – обратился ко мне мужчина. Я кивнула. – Я выкупил тебя у хозяйки. Теперь ты принадлежишь мне. Пойдем.

– Я не вещь, чтобы меня покупать! – возмутилась я. – Никуда я с вами не пойду. Вы видимо меня с кем-то перепутали.

Мужчина склонил голову к плечу и еще с большим интересом стал меня рассматривать.

– И куда ты денешься? – спросил он насмешливо. – Ты же сирота. Не глупи. Пойдешь со мной. Ты знаешь, кто я?

Я отрицательно покачала головой. Мне вообще ничего неизвестно. Я ж попаданка. Но говорить пока об этом не стала. Может, у них законы – убивать пришельцев из других миров. Или в здешнюю психушку отправят. Решила промолчать и попытаться разузнать побольше. Как бы мне достучаться до прошлой хозяйки этого тела. Должны же хоть какие-то знания в голове остаться. А красавец в этот момент взмахнул рукой, и к нам подъехала повозка – что-то среднее между каретой и автомобилем.

– Залезай, – открыл он дверцу транспортного средства. – Поговорим по дороге.

В любом случае, лучше так, хоть обсохну и согреюсь. Залезла внутрь и расположилась на одном из сидений. Мужчина сел рядом.

– Прум до рам, – произнес он непонятные слова и машина тронулась. – Я вижу, что ты вся промокла. Раздевайся. Накинешь мой плащ. А то так и простуду прихватить можно.

– Не буду я раздеваться! – воскликнула я. – Ладно еще если бы мы знали друг друга. А так, перед чужим мужчиной – никогда!

– Нет! Все-таки ты дурочка, – как-то нежно проговорил мужчина. – Ладно, оставайся в мокром. Потом в академии переоденешься.

– Что за академия? – поинтересовалась я. – И вообще, куда мы едем?

– Странная ты все же, – усмехнулся мужчина. – Представлюсь, возможно, к тебе вернется память. Я Никторзис Де Риган, ректор магической академии Пинтарии. Ее руководитель и меценат.

– Так вроде мне уже поздно в академию? – заметила я. Еще не хватает снова уроки учить! Молодость вернуть это хорошо, но учеба – я на это не подписывалась!

– Именно, в самый раз, – улыбнулся ректор. – Видимо, ты и правда ничего не понимаешь. Почему так – позже разберемся. Пока поясню самую суть. Академия создала специальный факультет. Туда принимают только девушек с необыкновенными способностями. И сейчас я хочу кое-что еще раз проверить.

Никторзис схватил меня за руку и притянул к себе. Понятно, что я упиралась. Я хоть и не девственница давно, но овладеть собою мужчине, которого едва знаю, не позволю! А он уже нагло засунул руку в мое декольте и сжал грудь. Его глаза хищно вспыхнули. Моему возмущению не было предела.

– Что вы делаете! – завопила я, обхватив его запястья и пытаясь вытащить из выреза.

Между нашими руками полыхнуло пламя. Ректор оставил в покое мою грудь и удовлетворенно потер обожженное место.

– Что и следовало доказать, – спокойно произнес он, снова садясь на место.

– Как вы смеете, – меня переполнял гнев. – Я кто, по-вашему! Продажная девка?!

– Ты не так все поняла, – сморщился ректор. – Мне надо было проверить. А магия огня проявляется только в момент сильных чувств. Как еще я это мог сделать. Успокойся, меня не прельщают худышки с прыщиками.

– Что! – еще больше возмутилась я. – Прыщиками? Да они не меньше третьего размера!

Внутри все клокотало. Хотелось надавать по роже этого наглеца. Никторзис усмехнулся и снова схватив меня за руку с силой потянул к себе. Я каким-то образом оказалась в его объятиях.

– Не прыщики, конечно, – соблазнительно прошептал мужчина. – Я ошибся. Там замечательная, полная, упругая грудка с острыми сосочками.

Он неожиданно набросился на мои губы и смял их в жадном поцелуе. Голова закружилась, низ живота сковало узлом. Я сто лет такого не ощущала.

– Ммм, – отрываясь от меня, промурлыкал Ниторзис. – Замечательная претендентка.

– Претендентка на что? – еще не придя в себя, промямлила я.

– В невесты к лучшим женихам Пинтарии, – будто ничего между нами сейчас не случилось, пояснил ректор. – Ты принята на первый курс подготовки невест.

– Чего? – уставилась я на него, ничего не понимая. – Кого?

– На первый курс магической академии по подготовке невест для элитных женихов, – торжественно произнес Никторзис. – И поверь, это большая честь для тебя.

Я плюхнулась на свое место. Кажется, меня собираются учить соблазнять всяких мажоров. Только этого не хватает!