Глава 1

Фестиваль еще не начался, но я уже здесь.

Это был организационный день: по территории сновали люди, техники устанавливали сцену, таскали кабеля, проверяли звук.

Вокруг царила привычная предфестивальная суета, но меня это мало волновало. Я приехала сюда не для того, чтобы наслаждаться концертом. У меня была цель, и я намерена была её достичь любой ценой.

Три дня назад получила анонимную информацию, которая моментально заставила меня собрать чемодан и прилететь сюда.

Вокалист, Артур Соболев – моя цель.

Я стояла возле импровизированного входа за кулисы, наблюдая за рабочими, которые прокладывали провода и возводили конструкции.

Мое сердце билось учащённо – знала, что он где-то там, за этими барьерами. Мой журналистский опыт подсказывал: если я приду сюда завтра, когда фестиваль начнется, найти его будет почти невозможно. Сейчас – мой единственный шанс.

Подошла к одному из охранников, который стоял у входа, бросив быстрый взгляд на его бейджик. Он был из тех, кто не спешил принимать чужие проблемы близко к сердцу. Я уже представляла, как меня встретят холодным отказом.

– Извините, мне нужно внутрь. Я журналист, – начала я, стараясь сохранить спокойствие.

– Внутрь только по пропускам, – охранник даже не взглянул на меня, его голос прозвучал лениво и безразлично.

– Это срочно, – надавила, чувствуя, как закипает злость. – Я должна увидеть одного человека. Мне передали информацию, что Артур Соболев здесь, и…

– Без пропуска не пущу, – перебил он меня, слегка нахмурившись.

– Слушайте, – я вытащила из сумки свою карту журналиста, ощущая, как внутри поднимается волна раздражения, – вот. У меня аккредитация. Я журналистка, и мне нужно пройти. Вы, наверное, не в курсе, но я имею полное право быть здесь и задавать вопросы.

Он кинул взгляд на мой пропуск, но ни капли не проникся.

– Хоть три пропуска покажи, – сказал он, складывая руки на груди. – Всё равно за кулисы без специального допуска не пущу.

Я тяжело вздохнула, чувствуя, как моё терпение истощается. Этот человек был словно из камня высечен. А я? Я всегда считала, что с моими журналистскими полномочиями передо мной двери открываются легко. Казалось бы, ну кто будет препятствовать женщине с пресс-картой? Но этот охранник явно не понимал, что нарушает все правила. Или ему просто было всё равно.

– Вам что, действительно не ясно, кто я? – Подняла голос, едва сдерживая гнев, который начинает набирать обороты. – Я имею право на интервью, это моё профессиональное дело, и мне нужно войти!

Но мои слова, похоже, утонули в его бронебойной невозмутимости. Он только слегка приподнял бровь, после чего шагнул ко мне ближе.

Почувствовала, как во мне вскипает паника. Времени на раздумья не оставалось. В голове мелькнула безумная идея – и я, не успев осмыслить её до конца, выпалила:

– Я беременна! – почти выкрикнула, замечая, как жар заливает щеки. – Я беременна от Артура Соболева, и мне срочно нужно с ним поговорить!

Слова повисли в воздухе, а я замерла, ловя удивленные взгляды вокруг. Охранник теперь смотрел на меня по-другому – то ли с подозрением, то ли с растерянностью.

– Ты… что? – переспросил он, явно сбитый с толку.

– Да, – я чуть не сорвалась в крик, видя его сомнения. – Я должна с ним увидеться. Это касается не только меня, но и его будущего ребенка!

Теперь уже не только охранник, но и несколько рабочих обернулись в нашу сторону. Я знала, что мой план безумен, но была готова на всё, чтобы пройти в лагерь музыкантов.

– Пойдёмте, – буркнул он и крепко взял меня за локоть. – Организаторы с вами сами разберутся.

– Что вы делаете?! – Я попыталась вырваться, но его хватка была железной. Он аккуратно, но решительно потащил меня в сторону штабной палатки, где, как я догадывалась, базировались организаторы фестиваля. – Отпустите! Я могу сама дойти! – пыталась протестовать, но охранник молча продолжал меня тащить.

Все, что я успела сделать – это бросить еще один беспомощный взгляд на сцену, где в тени конструкций, возможно, находился Артур Соболев. Но встреча с ним, кажется, откладывалась.

Меня буквально втолкнули в большую палатку, и первое, что я увидела, – несколько мужчин, склонившихся над длинным столом. Они что-то оживлённо обсуждали, указывая на чертеж, разложенный перед ними. Воздух был пропитан запахом кофе и сигарет, а вокруг стоял негромкий гул разговоров.

Охранник кивнул на одного из них и громко произнёс:

– Михаил, тут беременная журналистка.

Мужчина, которого он назвал по имени, медленно поднял голову.

Я замерла.

Его взгляд сразу зацепил меня, словно электрический разряд прошел по телу. В тот момент всё вокруг перестало существовать. Вся эта суматоха, ссора с охранником – всё исчезло. Я смотрела на него, не в силах отвести взгляд.

Он был явно старше меня, с резкими чертами лица и короткими темными волосами. Глаза, глубокие и внимательные, смотрели прямо на меня, будто читали мысли.

Я вдруг осознала, что не слышу ничего из того, что происходит вокруг. Михаил шевелил губами, что-то говоря охраннику, а я не могла оторвать от этих губ взгляд. Каждое их едва заметное движение завораживало так, как будто я впервые видела человека, который по-настоящему притягивал.

Это было странное, почти гипнотическое ощущение, и я не могла понять, почему этот незнакомец вызвал во мне такую реакцию.

Мой мозг пытался ухватиться за происходящее, но звук вернулся лишь тогда, когда кто-то рядом хлопнул по столу, возвращая меня в реальность.

Я резко моргнула, словно очнувшись ото сна, и осознала, что Михаил всё это время продолжал на меня смотреть.

Глава 2

Михаил продолжал смотреть на меня, его глаза изучали каждую деталь, словно я была чем-то неожиданным и интересным. Он произнёс что-то негромко, и остальные мужчины, переглянувшись, покорно начали собирать бумаги и чертежи.

Один за другим они выходили, бросая на меня короткие взгляды. Когда палатка опустела, Михаил сделал шаг ко мне, сложив руки на груди.

– Ну, – сказал он, спокойным, но твердым голосом, – кто вы и что вам нужно? Все журналисты приглашены на завтра, в день открытия. – В его голосе не было раздражения, только лёгкий оттенок любопытства, как будто я была маленьким препятствием на его пути.

Я выпрямилась, пытаясь не выдать свою растерянность. Его взгляд держал меня в напряжении, но отступать не собиралась.

– Меня зовут Арина, – начала с вызовом. – Я здесь по делу, а не для того, чтобы тусоваться с толпой. Мне сказали, что группа Артура Соболева уже прибыла. Я должна взять интервью у него сегодня, до того, как начнётся фестиваль. Это срочно.

Михаил усмехнулся, в его глазах мелькнула искорка насмешки, как будто моя настойчивость его развлекала.

– Соболев, значит? – Он приподнял бровь. – И вы полагаете, что можете просто так войти сюда и потребовать интервью, когда все аккредитованные журналисты должны ждать до завтра? – Его голос был спокойным, но в нём чувствовалась некая провокация.

Посмотрела на него прямо, не желая уступать.

– Я не просто полагаю. Я знаю, что должна это сделать. А вы можете сколько угодно ставить мне преграды, но рано или поздно я всё равно добьюсь своего. Мне не привыкать к таким… препятствиям, как ваши охранники, – с вызовом бросила, чувствуя, как гнев поднимается внутри.

Мужчина снова усмехнулся.

– Препятствия, значит? И вы считаете, что я тоже одно из них? – Он подошёл ближе, его голос стал тише, почти интимным. – Может, вы просто любите усложнять себе жизнь?

Я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Его близость и спокойствие раздражали, но вместе с тем притягивали. Он словно играл со мной, но я не собиралась стать игрушкой в его руках.

– А вы? – я посмотрела на него дерзко, ощущая, что не могу остановиться. – Может, вы привыкли, что перед вами все уступают? Я не такая. Я добиваюсь своего, и мне не важно, что думаете вы или кто-то ещё!

Михаил рассмеялся тихо, но в его смехе не было злобы – скорее, лёгкая насмешка.

– Ну что ж, Арина, вы, безусловно, интересная. Мне даже нравится ваш дух. Но… – он сделал паузу, его взгляд стал чуть серьезнее, – Соболев – не тот человек, которого можно найти вот так, с наскока. И если вы думаете, что дерзостью добьётесь интервью, то явно выбрали не ту тактику.

Его слова прозвучали как вызов, и я почувствовала, как внутри разгорелось ещё большее желание доказать обратное.

Мужчина продолжал смотреть на меня с тем же насмешливым выражением, которое, как мне казалось, должно было меня раздражать, но вместо этого ещё больше подогревало азарт.

– Думаете, что ваша "тактика" лучше? – прищурилась, не желая сдаваться. – Я не собираюсь сидеть сложа руки и ждать, пока мне соизволят дать шанс. Я журналист, и когда дело касается информации, я получаю её любой ценой.

Он склонил голову чуть набок, рассматривая меня с какой-то ленивой, но острой заинтересованностью.

– Любой ценой? – протянул он, словно пробуя эти слова на вкус. – Даже если приходится врать?

– Я не врала, – огрызнулась, хотя в глубине души понимала, что, в общем-то, именно этим и занималась. – Я просто использовала… креативный подход.

– Беременность – это, конечно, креативно, – Михаил сдержанно усмехнулся, но в его глазах блеснул сарказм. – А что будет, если кто-то решит проверить ваш "креатив"?

– Пусть проверяют, – ответила с вызовом. – Я ничего не боюсь. Да и к тому же, – отмахнулась, стараясь сохранить уверенность, – у меня была цель, и я её почти достигла, не так ли?

Он сделал ещё один шаг ближе, так что расстояние между нами сократилось до минимума. Теперь я могла уловить тонкий запах его парфюма, свежий и немного горьковатый, как и его манеры. Михаил смотрел на меня с лёгким прищуром, будто собирался выкинуть последний козырь.

– Почти? – повторил он, произнося это слово медленно. – Арина, вы явно привыкли к тому, что весь мир перед вами рано или поздно уступает. Но… – Он сделал паузу, наслаждаясь моментом. – Я не собираюсь вам облегчать задачу. И, судя по всему, вам пора. – Он достал телефон, набирая чей-то номер. – Как вы сюда добрались?

– Прилетела сегодня утром, – ответила раздражённо, не понимая, куда он клонит. – Ради этого интервью. Специально!

Мужчина кивнул, продолжая дозваниваться. Спокойствие его голоса и абсолютная уверенность в своих действиях начинали меня выводить из себя.

– Отлично, – сказал он в трубку. – Подготовьте такси до аэропорта. Да, прямо сейчас.

Я замерла, осознавая, что только что проиграла этот раунд. Такси до аэропорта? Он что, серьёзно? Я смотрела на него, поражённая его хладнокровием.

– Вы что, шутите? – резко выпалила, чувствуя, как злость поднимается во мне волной.

Михаил убрал телефон и спокойно посмотрел на меня.

– Вы ведь прилетели только ради интервью, так? – Он сделал паузу, наслаждаясь своей фразой. – Раз интервью не будет, зачем оставаться? Вам лучше вернуться, пока есть время.