Дизайнер обложки Александр Скобельцев

© Ilze Falb, 2026

© Александр Скобельцев, дизайн обложки, 2026

ISBN 978-5-0067-1985-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Интро

Кому приятно узнавать, что поэт/актер/музыкант, за творчеством которого следишь с самого детства, совершенно подлым образом умирает? Да, наверное, никому. Надо честно признать: смерть не каждого родственника может вызвать такой шок.

Особенно неприятно, когда это происходит часто.

Потому невесело было автору этих строк.

Однако ситуация начинает играть новыми красками, если при этом удалось сходить на последний концерт, получить последний автограф, сделать последнюю прижизненную фотографию своего кумира перед его уходом и т. д. В этом случае к грусти примешивается светлое чувство и появляется ощущение своего рода избранности, что и произошло с автором данной книги. Но обо всем по порядку.

Книга основана практически «на реальных событиях» — насколько эта фраза может быть применима к магическому реализму.

Приятного чтения!

01 — Мертвецки увлечен

+++

На стене висели мертвецы…

Нет, какое-то не такое начало. Лучше так: на стене висели мертвые музыканты…

Нет, снова не то.

На стене висели плакаты с изображением музыкантов.

В углу стояла гитара, тускло блестевшая выцветшим синим лаком, а у стены белоклавишно улыбался синтезатор.

Парень проснулся. Первое, что он увидел при пробуждении, — те самые плакаты. Эти живые лица мертвецов всегда придавали ему сил. Он дотянулся до проигрывателя и поставил пластинку. Затем хлебнул воды из бутылки, стоявшей у кровати.

Он — это Фанат.

Парня прозвали так его друзья за фанатичную преданность рок-музыке и за любовь к фильмам о карате.

Он собирался на учебу, а после нее планировался небольшой концерт шапочных знакомых. Фанат, будто машинально включив любимое рок-радио, когда закончилась пластинка, услышал неутешительную новость: Скотт Вейланд, его кумир, его вдохновитель, из песен которого парень черпал энергию, скончался.

«А ведь только недавно мы с друзьями слушали его песни», — подумал он. — «По такому случаю можно выпить».

Парень надел смешные тапочки-котики, которые примерно через час предстояло сменить на фиолетовые казаки, сменил черную пижаму на футболку с принтом Stone Temple Pilots и черные джинсы, начал заваривать кофе на кухне.

После учебы он зашел в магазин, где обычно покупал свою любимую псевдосангрию. Он задержался у полки с винами. Искомого напитка не нашел, но экзотическая белая бутылка с гранатами привлекла его внимание. Он представил, как подруга его однокурсника Черепа, наряжавшаяся в стиле «готическая лолита», оценила бы такое вино. Возможно, это было бы знакомством с чем-то новым, что могло бы немного развеять гнетущие мысли.

«Гранатовое вино…» — пробормотал Фанат, ни к кому не обращаясь. — «Из бутылки с иероглифами я еще не пил. Звучит интригующе».

Он решил взять новинку, чтобы поделиться с друзьями перед концертом. Это было небольшое, но приятное отвлечение.

Фанат, сжимая в руке бутылку с загадочными письменами, ощутил легкое предвкушение. Не столько от самого вина, сколько от ожидания вечера. Концерт, пусть и не грандиозный, всегда был для него возможностью сбросить напряжение, окунуться в атмосферу музыки, хоть и не столь высокого полета, как у его кумиров. Сегодня, впрочем, после трагического известия, даже эта перспектива казалась немного призрачной.

Парень шел по улице, погруженный в свои мысли. Плакаты любимых групп, на которые он смотрел каждое утро, были не просто украшением комнаты, а своеобразным некрологом. Живые лица становились все мертвее, и это было странное, тягостное чувство. Фанат вспоминал, как впервые услышал Stone Temple Pilots, как их музыка стала саундтреком к его жизни, как он пытался подражать любимому артисту, копируя его манеру держаться, его мимику.

По дороге домой он включил плейлист. Каждая нота, каждое слово казались наполненными особой, пронзительной грустью. Фанат почувствовал, что по его спине пробежал холодок. Он так мечтал увидеть кумира вживую, так надеялся когда-нибудь получить его автограф. Теперь эти мечты навсегда стали только мечтами.

Он вернулся домой. Зашел, переодеваясь, в свою комнату, где на стене все еще висели плакаты. Он остановился перед одним из них, где Вейланд был запечатлен во время выступления, полный энергии и страсти. Фанат смотрел на фото, и в его зеленых глазах отражалось смешанное чувство скорби и благодарности. Благодарности за музыку, за вдохновение, за те моменты, когда песни его любимого музыканта помогали преодолевать трудности.

Он взял гитару, ту самую, что стояла в углу, и провел пальцами по ее выцветшему синему лаку. Фанат еще не был профессиональным музыкантом, но музыка всегда была его отдушиной. Скоро, возможно, ему придется сыграть что-то, что напомнит о счастливых временах. Что-то, что поможет справиться с этой внезапной потерей.

Он поставил пластинку, и из динамиков полилась знакомая мелодия. Фанат закрыл глаза, позволяя музыке унести его прочь от реальности. Он знал, что жизнь продолжается, но сегодня она казалась немного тусклее, немного тише. И в этой тишине он слышал отголоски песен, которые навсегда останутся в его сердце.