Сквозь расползающуюся каменную кладку старого покосившегося дома иногда просачивались всполохи яркого света. Но даже случайный прохожий через заросший терновником сад не смог бы увидеть этих вспышек и услышать выкрики, доносящиеся из дома. Там, вокруг очага, сооружённого посреди небольшой комнаты, стояли три фигуры в чёрных накидках.

– Ваал Аханам, прими эту кровь, – раздался женский голос.

– Прими! – взвыли остальные.

Женщина сняла капюшон и окинула безумным взглядом стоящих. Её белое лицо, покрытое сеткой мелких, похожих на трещины, морщин, казалось ужасным в свете мерцающего огня. Она вытащила из клетки полусонную крысу и кривым ножом выпотрошила её над очагом.

– Ваал Аханам, испей жертвенной крови, – взвизгнула женщина почти детским голосом. – И дай нам знак.

– Дай, – забубнили остальные.

– Приди в наш мир….

– Приди.

Огонь в очаге вспыхнул и тут же почти погас, едва мерцая над углями. Тень, чернее ночи, пробежала по стенам и затаилась в углу потолка. Алым цветом окрасилось пламя свечей.

– Ваал Аханам? – будто не веря своим глазам, проговорила женщина. – Ты явился?

И тут же она взяла себя в руки и произнесла властным голосом.

– Ты получишь ещё жертвенной крови.

Тень в углу заурчала, и от этого звука всем стало не по себе. Люди сбились по другую сторону очага от чёрного пришельца.

– Яви нам избавителя. Того, кто поможет нам в этой праведной битве. Того, кто будет ненавидеть нашего врага также, как и мы. – Женщина выкрикивала свои пожелания и потихоньку открывала клетку с крысами. – Того….

Тень не дала ей договорить. Она метнулась к клетке, укутав её чёрным покрывалом. Раздался хруст кости и писк. Затем тень поднялась вверх, зависла на мгновение и рухнула в очаг, подняв сноп искр.

– Получилось? – прошептал в наступившей тишине хриплый мужской голос. Ему никто не ответил.

Вдруг очаг зашевелился. Мелкие тлеющие угли хлынули через край каменной оградки очага. Из рассыпающегося костра сначала показалась рука, потом голова какого-то существа. Голова ревела и сыпала проклятьями. Те, кто вызывал этого огненного демона, бросились врассыпную, забыв, что двери были надёжно заперты снаружи. Женщина в ужасе обернулась. Демон уже выбрался по пояс из очага и повалился на пол.

– Огонь! Гасите огонь, – закричала она и остальные, опомнившись, похватали кувшины и стали укрощать демона водой.

***

Утро уже настало. С окон были сдёрнуты шторы, и свет ярко освещал демона. Бесформенное спёкшееся тело было похоже на сгоревшую в костре картофелину. Участники ритуала не расходились и снова спрятали лица под капюшонами.

Неожиданно демон шевельнулся. Черная корка треснула и стала осыпаться. И вскоре на месте остывшего очага лежал обнажённый мужчина лет сорока, достаточно крепкого телосложения. Женщина наклонилась, с интересом разглядывая демона, и тут же отпрянула. Мужчина открыл глаза.

– Ты кто, бабка? – похрипел он, пытаясь подняться.

Кто-то хихикнул. А женщина яростно засопела.

– Встань и повинуйся демон, – выкрикнула она.

Демон поморщился и, увидев, что он голый прикрылся руками.

– Я – укротительница Ваал Аханама, приказываю тебе повиноваться.

– Башка раскалывается. – Демон потряс головой. – Где я? И куда одежду мою дели?

– Назови своё имя, демон, – раздался мужской голос.

– Ты ещё кто? – произнёс пришелец, но, смутившись, добавил: – Зови меня Воля. И, ещё раз меня демоном назовёшь, я тебе нос сломаю.

Мужчина хмыкнул и сбросил капюшон. Демон выругался, увидев его лицо. Деревянная потрескавшаяся маска с длинным, переломанным, и склеенным в нескольких местах, носом. Ещё один участник ритуала скинул капюшон, показав опухшее похмельное лицо, едва скрываемое клоунским гримом.

– Чего за маскарад? – вдруг озлобился пришелец.– Вы кто такие? Чего рожи прячем?

Неожиданно грохнул засов и дверь распахнулась. В комнату влетел огромный лохматый чёрный пёс. Завидев демона, пёс оскалился и зарычал. Его кудрявая всклоченная шерсть встала дыбом.

– Тише, тише, Артемон, – крикнула женщина. – Всё в порядке.

– Ладно, – рявкнул пёс и сел в сторонке.

У демона Воли челюсть отпала.

– Вы слыхали? Собака разговаривает, – перестав прикрываться, стал показывать обеими руками на пса.

      Но, видя, что хозяева дома не удивлены, он осёкся и ещё раз осмотрел эту компанию. Тётка в потрескавшейся фарфоровой маске и фиолетовой причёской, один мужик с деревянной