Представьте себе теплый, тихий вечер в старом Эдо. Воздух неподвижен, пахнет древесным углем, сушеными травами и чем-то сладким – то ли сакэ, то ли чужими тайнами. Где-то вдалеке слышен звук сямисэна, смех в чайном доме, стук деревянных сандалий по камню. Именно туда – в эту колоритную, живую Японию XVII века – уносит сборник Ихары Сайкаку «Под сенью сакуры».
Я только начинаю постепенно знакомиться с японской классикой, и, признаться, совсем не ожидала, что она способна так глубоко зацепить. Не думала – и, как это часто бывает, именно в таких тихих, почти случайных открытиях и кроятся настоящие книжные бриллианты. Так в мои руки попал сборник г-на Сайкаку – книга, после которой осталось не просто приятное послевкусие, а желание читать автора дальше. Думаю, лучше всего об этом говорит то, что на моей книжной полке уже стоит еще одно его произведение (а ведь рецензию эту пишу уже спустя почти два месяца после прочтения). И если это не знак удачного знакомства, то я даже не знаю, что тогда считать таковым. Видимо, моя история с Ихарой Сайкаку только начинается.
Забавно устроен свет: когда изо дня в день видишь какого-то человека, со временем к нему привыкаешь и поневоле начинаешь его привечать.
Прежде чем перейти непосредственно к рассказам из этого сборника, мне все-таки хочется немного остановиться на фигуре автора. Тем более что и сами первые страницы книги посвящены именно Сайкаку – его личности, стилям письма, темам, которые его волновали. Поэтому позволю себе небольшое лирическое отступление – считаю важным сначала поговорить о самом писателе, чьим голосом звучит весь сборник.
Что ж, Ихара Сайкаку (1642–1693) – один из самых ярких новаторов японской литературы XVII века. Начинал как поэт и однажды всего за сутки сложил тысячу шестьсот строф подряд и это означает, что на каждую строфу у него уходило, в среднем, чуть больше минуты. Впоследствии он не только побил собственный рекорд, дойдя до четырех тысяч, но и на одном из поэтических соревнований поразил всех – сочинив за сутки двадцать три тысячи строф, оставляя растерянных писцов, не успевающих переносить его стихи на бумагу. Это впечатляет, согласитесь? Однако настоящую славу снискал благодаря прозе – особенно жанру «рассказы об изменчивом мире» (укиё-дзоси). Он писал о купцах, гейшах, куртизанках и простых горожанах с удивительной прямотой – без осуждения и идеализации, фиксируя пеструю и противоречивую повседневность людей, живших в мире, полном новых соблазнов, свободы и перемен.
Любопытно также, что Сайкаку – это не настоящее имя, а псевдоним, означающий «Журавль, летящий к западу». В этом образе – легкость, мудрость и предчувствие заката: словно сам автор наблюдает за ускользающим миром с высоты полета, стараясь уловить и передать все, что успеет. Его стиль – живой, ироничный, стремительный – как будто он действительно пишет на лету, фиксируя мимолетное, ускользающее, настоящее.
Творчество Сайкаку – плод индивидуального художественного стиля и индивидуального художественного сознания.
Знаете, при прочтении складывалось чувство, что Ихара Сайкаку будто обошел всю Японию – слушал истории, записывал, наблюдал. Каждая история – как будто рассказанная в чайной за чашкой сакэ: с иронией, с тайной, с неотвратимой развязкой. А ведь действительно – в каждой деревушке найдется какая-нибудь занимательная история.
Структура книги особенно радует – в большинстве рассказах (будь то в начале или конце) звучит народная мудрость – «Издавна говорят…», «Слыхали ли вы…» – эти пословицы создают ощущение живой традиции, словно читатель сидит за столом с рассказчиком, который передает не просто истории, а целую культуру восприятия мира. Далее же разворачивается насыщенный сюжет.
Издавна говорят: «Близкие души тянутся друг к другу». Хорошо, когда это происходит на почве добра, но куда чаще случается обратное.
Да, так уж повелось на свете: если у человека есть деньги, все считают его и остроумным, и изысканным. А в веселом квартале с деньгами и вовсе немудрено прославиться. Хоть и старая это истина, а как не сказать: «Все в нашем мире решают деньги!
И все же недаром сказано: «Семьдесят пять раз сойдет, на семьдесят шестой попадешься!» Рано или поздно любой обман обнаруживается.
Особенно интересно было читать те рассказы, где есть судебное разбирательство и решения принимает градоначальник. Это придает произведениям дополнительный исторический колорит – ведь там отражены реальные казусы и правовые традиции средневековой Японии. Мне это особенно близко – учеба на юридическом дает о себе знать. Да и я в свое время проявляла интерес к средневековому японскому праву. За это от меня отдельный плюсик автору.
Сам стиль Сайкаку можно назвать прямолинейным и лаконичным – без излишних метафор и украшательств, но при этом очень выразительным. Он пишет для горожан, которые хотят услышать в его рассказах себя и своих знакомых – живых и реальных людей, а не идеализированные образы. И несмотря на довольно романтичное название, «Под сенью сакуры» – это на самом деле сборник разнообразных рассказов из разных 10 сборников, объединенных лишь взглядом автора и духом времени.
Позволю себе уже вольность и не буду больше погружаться в сюжет рассказов. Лишь отмечу те, которые больше всего запали в душу:
«Добро и зло в одной упряжке недолго ходят»
Отдельно рассказы из сборника «Дорожная тушечница»
«Беда, проросшая из бамбука»
«Смерть на волнах уравнивает всех»
«О том, как выбор истину определил»
«Общество одного моммэ»
«Рисовые лепешки в Нагасаки»
«Мир, погрузившийся во мрак» и т.д.
Обратите внимание на лаконичность названий.
«Под сенью сакуры» – это не просто сборник рассказов эпохи Эдо. Это окно в другой мир – но мир не чужой, а удивительно близкий. Все в этих рассказах даже столетия спустя звучит по-прежнему остро. А сам Ихара Сайкаку – это настоящий писатель-наблюдатель с ироничным, но очень теплым взглядом на людей.
Он умеет увидеть в повседневности глубину и драму, подать ее с легкой улыбкой и чуть ироничным тоном. Его герои – живые, с их слабостями и страстями, близкие и понятные нам, несмотря на расстояние времени. Эта книга оставляет ощущение настоящего диалога с прошлым, где каждая история – маленький урок и повод задуматься. Мое знакомство с Сайкаку обязательно продолжиться, как с японской литературой в целом.
Людские сердца несхожи меж собой, как цветы на разных деревьях. Даже в цветущей столице всяк перебивается на свой лад, а в отдаленных провинциях – так и подавно. «Хорошо бы записать обо всем, что я там увижу. Со временем из этих записей, как из семян, могут вырасти рассказы!» Снаряжаясь в путешествие, он приготовил дорожную тушечницу и запасся изрядным количеством туши, дабы черкать обо всем подряд, не жалея слов.