Вымышленные библиотеки

Библиофилия – критическая и разделенная любовь к книгам, к их истории и к их историям, к их языку, к их способности к интеллектуальному, психологическому, моральному и духовному проникновению. Поэтому я не понимаю другую библиофилию – любовь к коллекционированию хрупких, дорогих и редких изданий.

А я не понимаю страсти к коллекционированию и чтению исключительно бумажных книг. Перечитала их на своем веку достаточно, чтобы оценить преимущества цифры и аудио. Чтение с экрана позволяет читать, не прибегая к очкам, аудиокниги делают его возможным в немыслимых для связки "книга-рука-глаза" условиях: на прогулке, за рулем, во время выполнения рутинной работы. Я ценю очарование независимых книжных, с их особой атмосферой, интересными событиями, и восхищаюсь работающими в этой сфере энтузиастами. И однако, не могу не вспоминать фильм «Вам письмо» с Мэг Райан и Томом Хэнксом, где владелица маленького книжного отчаянно пытается удержаться на плаву, в то время, как открывшийся по соседству сетевой книжный супермаркет практически выбрасывает ее из бизнеса. В той романтической комедии одинокий магнат и очаровательная владелица книжной лавки обмениваются электронными письмами, не подозревая, с кем общаются. Потому финальное слияние и поглощение маленького бизнеса не ухудшит положения героини Райан, которая станет супругой хозяина книжной империи. Только где ж на всех владельцев независимых книжных напастись Томами Хэнксами?

Испанскому писателю, критику и литературному обозревателю Хорхе Карриону, сотрудничество с такими медиа-монстрами, как Нью-Йорк Таймс и Нэшнл Джиографик не мешает примерять доспехи книжного Дон Кихота и борца с маркетплейсами, подмявшими под себя книжную торговлю. Оригинальное название "Вымышленных библиотек" Contra Amazon (против Амазон). Автор совершенно справедливо говорит о том, что для маркетплейсов книги - это всего лишь еще один товар в ряду гаджетов, подушек с холлофайбером и резиновых уточек, в то время, как книге требуется влюбленный в нее продавец-консультант, который расскажет об авторе, заинтересует сюжетом,посоветует подходящую. Все так, проблема в том, что абсолютное большинство работающих в этой сфере (кто не Хорхе Каррион) делают это за символическую плату или на голом энтузиазме. И есть еще один нюанс. о котором говорит в предисловии к русскому изданию Михаил Котомин: в России, с ее громадными пространствами и множеством населенных пунктов, где книжные магазины отсутствуют или физически не могут обеспечить наличия нужных книг, маркетплейсы на данный момент добро в большей степени, чем зло. Это тоже стоит учитывать, берясь за чтение.

"Вымышленные библиотеки" - сборник эссе о книгах и любви к ним, о книжных людях: знаменитых, не очень и практически неизвестных, об интересных и ярких находках книжной торговли. Здесь под одной обложкой очерк против библиофилии, и во славу книжных магазинов; прочувствованный рассказ о собственной коллекции книг; эссе об исследователе модернизма Вальтере Беньямине и о Хорхе Луисе Борхесе, интервью с "чтецом Борхеса", сменившем писателя на посту руководителя Национальной Библиотеки Аргентины - Альберто Мангелем. Интересный обзор книжной жизни Майами с ее диаспорами, и дивные репортажи о японских и корейских независимых книжных, придавших книготорговле лакшери-блеск.

Резюмируя: недурное чтение для влюбленных в книги от человека, умеющего на своей любви к ним зарабатывать (хотя и не столько, сколько основатели маркетплейсов)).

Со времён прочтения "Книжных магазинов" этого же автора я уже забыл, что писал тут относительно комплиментарный отзыв, потому что с течением вечности та книга стала восприниматься как собрание занимательных и не очень фактов, недорастворённое (и на том спасибо) в разговорах совершенно ни о чём.
Надо бы пролистать заново.
Ещё с тех пор я успел посмотреть на тот самый старейший в мире книжный магазин в Лиссабоне, и очень хорошо, что добрая знакомая, оказавшись там, просто сняла видео. Очень выхолощено и уныло, если б я сам поехал, сильно бы расстроился. )

"Вымышленные библиотеки", хоть и будучи сборником эссе и интервью, написанных в разное время, оставили впечатление более цельной работы, чем "КМ", думаю, как раз из-за краткости форм: задумался, сформулировал, записал, всё более-менее по делу. Тогда как в "КМ" с "задумался" и "записал" проблем не было, а вот "сформулировал" не задалось: получались не свободные приключения живой мысли (такое умел, например, Вальтер Беньямин), а размазня.
А тут некоторые эссе и беседу с Мангелем захотелось перечитать прямо сразу. Кайфы.

curiosa:
- сперва в одном эссе он пишет "если вы любите книги, то со временем забудете, что у вас дома были стены", потом удивляется, почему это книжные не вешают на стены фото известных посетителей, как делают бары; да потому что СТЕН ВСЕГДА МАЛО, РОДНОЙ ))

Возможно, я слишком мало читаю, но на русском языке крайне редко попадаются сборники эссе одного или нескольких авторов, которые захватывают не меньше, чем детективные истории. Претенциозных мемуаров, поучительных скучнейших историй, равно как и увлекательной беллетристики или того, что теперь называют нон-фикшеном, достаточно. А вот жанр эссе на русском крайне скуден. Иногда попадаются переводные книги, издаваемые независимыми издательствами. Именно из них удается узнать, что жанр жив. Именно их читаешь с увлеченностью и страстью.

Возможно, европейская литературная традиция, развивавшаяся последние несколько столетий параллельно с демократией и журналистикой, прочно переплелась с публичным и публицистическим словом. Эссеистика связана с высказыванием собственного, личного мнения, порою отличного об общепринятой точки зрения. Писатель хочет высказаться о злободневном нехудожественным, публицистическим стилем, за пределами своих произведений. Достаточно вспомнить эссе Джорджа Оруэлла, являющиеся столь же важным его наследием, как и великие утопические романы. К тому же, эссе – не только форма высказывания, но и форма заработка для писателя. Хороший роман выходит раз в несколько лет (если только у тебя нет собственной фабрики литературных рабов), а вот колонку на несколько тысяч знаков для периодического издания или сайта можно выпускать как минимум еженедельно.

Хорошее эссе написано легким, увлекательным языком. Оно содержит интересные наблюдения и мысли, которые может быть и лежали на поверхности, но как-то не приходили тебе в голову. Автор порою одержим какой-то идеей или мыслью, которую повторяет раз пятьдесят, но каждый раз по-новому и настолько интересно, что тебе не наскучивает, а становится любопытно. И ты задумываешься: «А может и вправду оно так?» Вместе с автором ты начинаешь размышлять, он как бы приглашает тебя к диалогу. Ты одновременно читаешь и думаешь о чем-то своем, о том, к чему побуждают мысли автора читаемого эссе. Они как отправная точка для твоих собственных рассуждений.

Когда читал Хорхе Карриона я фантазировал о том, что хотел бы открыть собственный книжный или работать в библиотеке. Представлял, как можно было бы иначе расставить книги в моей личной библиотеке. И, конечно, о том, куда бы можно было поехать прямо сейчас – в какой-то удаленный уголок планеты. Желательно, конечно, чтобы там был уникальный книжный магазин, один из тех, про которые пишет в своих эссе этот испаноязычный автор. (Довольно банальный набор размышлений, подумал тут я, но «усталых дум моих полет стал низок»).

Сборник «Вымышленные библиотеки» несколько сумбурен по составу и тематике. Здесь не только про библиотеки, тут и про писателей, и про книжные магазины (это, конечно, следствие давнего интереса Карриона, выразившегося в предыдущей книге «Книжные магазины»), про путешествия и культурные впечатления. Под одной обложкой собраны не только эссе, но и рецензии, и даже интервью. Но все же остается замечательное послевкусие от чтения – выводы и наблюдения о роли книги, о книжных магазинах, о библиотеках, в которых уже побывал, а больше о тех, в которых никогда не доведется побывать. И я бы добавил – о свободе мысли, собственном мнении и «легкости дыхания» свободного человека.

На русском языке, у русских авторов давно не попадалось, с одной стороны, столь абсолютно не обязательной книги, а с другой, существенной по высказыванию. Что-то не позволяет на русском языке писать и размышлять свободно и без штампов, а еще – без ложного чувства собственной писательской значимости. (В этот момент я понял, что сейчас в меня полетят гнилые помидоры, а возможно более тяжелые и опасные предметы; что ж делать, за свое мнение нужно уметь и постоять). Если что, я исключительно про жанр эссе и нехудожественные высказывания. Повторюсь, современная русскоязычная художественная литература изобилует вполне себе самостоятельными и яркими произведениями.

Хорхе Каррион – путешественник и библиофил. Эти две ипостаси автора прорастают в его книге обильно и «густо». И хотя по жизни мне ближе его библиофильская ипостась – я так же, как он слоняюсь по книжным и встречаю порою совершенно случайные экземпляры, которые трогают меня и попадают в мою, увы, немаленькую библиотеку. Я также как Хорхе размышляю о длине книжных полок и о том, что мне подчас трудно сосуществовать рядом с ними.

Но мне запало в душу эссе о путешествии, о посещении острова Капри и удивительной вилле Курцио Малапарте на этом красивейшем острове. Автор настолько пленен эстетикой и позой писателя, судьбой человека, сражен архитектурой вписанной в островной ландшафт виллы, что это оставляет щемящую рану на сердце. Рана эта – моя внутренняя тяга к путешествиям и впечатлениям. Впечатлениям опять же необязательным, но важным и приоткрывающим иную реальность. Реальность других людей, которые не то с Луны, не то с Венеры, которые оставляют еле уловимые следы на песке современной цивилизации и культуры. Следы настоящей любви и настоящей страсти. Пусть даже это страсть к чтению и к путешествиям. Такая страсть, которой одержим Хорхе Каррион, милый путешественник с блокнотом (или ноутбуком – неважно) для записей и воспоминаниями о всех прочитанных и непрочитанных книгах.

«Вымышленные библиотеки» – текст, ставший заглавным в русском издании (оригинал книги носит заголовок эссе против Амазона и его философии обезличенного массового распространения товаров). Это путешествие в фантастический мир – исчезнувших библиотек, которые никогда не существовали. Но которые говорят очень многое о смысле чтения, смысле собирательства книг, смысле жизни. Речь о погибшей библиотеке Дон Кихота, перенесенной теперь внутрь его головы и внутрь его личности, книжном собрании капитана Немо как недостижимой мечте о рациональности и постижимости мира, а также Вавилонской библиотеке Борхеса – самой совершенной иерархии и вместе с тем воплощении вселенского хаоса. К ним я бы добавил монастырскую средневековую библиотеку от Умберто Эко. Эти идеальные книжные собрания существовали только на бумаге и в воображении своих авторов и последующих поколений читателей. Все они погибли подобно Александрийской библиотеке – в огне, воде и песках времени. Но они каждый раз возрождаются новым читателем, а значит будут жить вечно.

Каждый читающий составляет свою библиотеку, в которой библиотекарем мог бы стать Борхес. По крайне мере, льстит себя надеждой, создать собрание, достойное его гения. Но мы можем быть уверены только в одном, - наша библиотека погибнет и исчезнет вместе с нами. И возродится в других людях. Пока существует книга и существует чтение.