Космоэтнограф. Спасение племени маками

Я онемел, остолбенел, обмер, окаменел – называйте мое состояние как хотите, на сколько у вас хватит фантазии – когда мои наручные часы заиграли сигнал тревоги, имитируя брачный стрекот цикады планеты Маршал второго кольца туманности Крита. По сравнению с ним скрежет металла по стеклу покажется райской музыкой. Я понял, что паникую! Это я-то, Летунов Серафим Владимирович по прозвищу Крылатый Серафим? Человек, благодаря которому была уничтожена практически вся армада боевого флота Земной Конфедерации, отчего это мощнейшее межзвездное и межгалактическое формирование подписало акт о безоговорочной капитуляции перед Межпланетным Союзом Перфициды? Светила медицины утверждали, что у меня железные, ничем не пробиваемые нервы. Значит, ошибались… Жаль… Я как-то сросся, свыкся с образом супергероя.

Пальцы рук мелко дрожали, по спине стекал холодный пот, шум в ушах, поначалу басовитый, все больше скатывался в ультразвук. Так и сознание потерять недолго. Я сделал над собой судорожное усилие, пытаясь сосредоточиться – как хорошо, что это получилось! – и стал выполнять упражнение дыхательной гимнастики Йокри. Секунд через сорок паника схлынула, я наконец-то стал понимать, что происходит.

А происходили невозможные, невообразимые вещи! И причиной был не сигнал тревоги. Все, что случилось после того, как я скомандовал «отбой», прервавший эти мерзкие звуки, заняло совсем немного времени. Но чтобы читатель понял, в какой переплет я попал, придется кое-то объяснить.

Причина паники крылась не в звуках брачного стрекота цикады, а в выведенном моими часами прямо передо мной изображении размером так метра полтора на метр. Я являюсь обладателем уникального хронометра – таких вроде бы всего два в той части вселенной, куда дотянулись земляне, это подарки от наших соседей, Аархерцев, Президенту Межпланетного Союза Перфициды, а с недавних пор и Земной Конфедерации, Юлию Святославовичу Карпатому, и вашему покорному слуге. Похоже, представители этой таинственной цивилизации питали ко мне какую-то необъяснимую, повышенную слабость. Сначала облагодетельствовали космическим катером с совершенно фантастическими характеристиками, а потом – вот этими часами. Емкость их памяти и скорость выдачи любой запрашиваемой информации потрясали воображение. Это не просто мощнейший компьютер, это и аналитический прибор по определения опасности в невероятном радиусе: я узнавал о приготовленных мне неприятностях на расстоянии во многие тысячи километров. Создавалось впечатление, что меня (и Карпатого) невозможно отравить, застрелить и так далее. Надежнейший телохранитель в виде наручных часов. Но он опростоволосился.

Потому что со стоящего на вершине горы катера с силуэтом – продольными волнами по всему корпусу, что четко указывало на его хозяина – по узкой тропке спускался крепкий мужчина с кривоватыми ногами и по-бычьи наклоненной вперед головой не в скафандре, а, судя по покрою одежды, в обычном спортивном костюме. Не узнать в нем Бориса Джонсона, за которым не только я, а целая бригада прекрасно подготовленных, знающих свое дело ищеек безуспешно гонялась уже больше года, было невозможно.

Мои невероятные часы пропустили прилет катера, и подали сигнал тревоги только после того, как мой неуловимый личный враг отключил маскировку. Ну и дела! Часы тихонько звякнули и виновато сообщили: «Это технологии Прыанцев. Мы находимся с ними приблизительно на одном уровне технического развития»

– Да вижу, – вздохнул я. – Придется выходить, пообщаться.

И, положив в два боковых кармана одетой на мне пилотской куртки по небольшому бластеру, направился к выходу из пещеры вождя племени маками. Переступая ее порог, все-таки взял оружие в руки. Джонсон стоял на самом края ровной площадки, на которой располагались пещера, и, наклонив голову влево, вслушивался в шум воды, мощным потоком выбрасываемой прямо из скалы.

– На-а-адо же-ее, – дружелюбно протянул он. – Не думал, что наша встреча состоится в таком красивом месте. Если упадешь вниз, наверное, от тебя мало что останется?

– Вы немножко не правы, – развил я тему. – Высота водопада 85 метров, вылет воды из отверстия диаметром три метра составляет всего один метр, внизу каменная плита, так что ничего не останется – вода смоет.

– То, что надо, – произнес странную фразу самый разыскиваемый во вселенной контрабандист.

Солнце планеты Кружок, получившей название из-за почти идеальной окружности всех участков суши, состоящих исключительно из небольших островов, взошло – крупное, напоминающее плывущую над Землей Луну, но только ярко-желтое. Джонсон с интересом рассмотрел его:

– Замечательное зрелище. Надо же, не врали, на это солнце можно смотреть и не ослепнуть.

– Но вы ведь уже бывали на Кружке, – не удержался я. – Красный бог племени букари – это разве не вы?

Джонсон рассмеялся:

– Нет, это мой двойник, точнее, почти двойник. Мы достаточно похоже внешне, но знающий меня человек сразу определит, кто есть кто. А вот кто не знает – совсем другое дело. Для такого главное для идентификации – ярко-рыжие волосы.

– И сколько у вас таких почти двойников?

Джонсон снова рассмеялся:

– Надо же, какие вы сообразительные. Три. Три штуки. Но вы об этом первым догадались.

Потом внимательно посмотрел на меня, вздохнул:

– Вы, наверное, думаете, сейчас в меня стрелять или немного поговорить? Не мучайтесь, можете прямо сейчас попробовать, только ничего у вас не получится.

Я нажал на спусковые крючки сразу двух бластеров – и ничего не произошло! Оружие, про которое утверждалось, что оно не подвержено никакому внешнему воздействию, не оправдало свою репутацию безотказного.