© Глеб Габбазов, 2026

© Андрей Лоскутов, 2026

© Павел Рязанцев, 2026

ISBN 978-5-0069-2619-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

«Когда вам говорят, что ваш стих написан не по канону, не по классике, просто улыбнитесь в ответ. Не понимаю таких людей, которые полностью придерживаются классических устоев в написании стихотворения. У меня сразу складывается вопрос в голове: зачем? Зачем вы продолжаете подражать Пушкину, Тютчеву, Байрону, Есенину, если мы живём в новейшее время, с новейшими идеями и проблемами? Эти товарищи уже оставили свой след в истории. Так и не подражайте им, создавайте новые формы стихов! Экспериментируйте! Ломайте ритм, хулиганьте! Несите новые идеи, в конце концов. Поэзия – она на то и поэзия, чтобы суметь сохранить заложенный смысл в строках, отойдя от строгих правил и всё равно преподнести это красиво»

(с) Глеб Габбазов

«Я писатель, я поэт

И я всех вас приглашаю,

Увидеть мой автопортрет

В котором с рифмами играю…»

(с) Андрей Лоскутов

«Работайте с темами, которые вам интересны, которые вас цепляют. Тогда появится и искренность, и желание улучшать технику»

(с) Павел Рязанцев

Глеб Габбазов

Электрические звёзды

 
Чёрная ночь вуалью своей
Схоронила луну в облаках.
Я не жду сегодня гостей —
Не лечу домой впопыхах.
 
 
Моя высотка – большой муравейник,
Но не в каждом окне горит свет.
Кричит в наушниках голос Кобейна,
Как будто никогда не наступит рассвет.
 
 
Кто-то в окошке пыхтит над дз-шкой,
Кто-то узнал, что ребёночка ждёт.
У кого-то темно – сейчас он в кафешке,
Надеясь, что личную жизнь заведёт.
 
 
Каждый не знает, что будет завтра,
Забивая в разум свой ржавые гвозди.
Ведь вся наша жизнь – подобие театра,
А окна с людьми – электрические звёзды.
 

Огонь и вода

 
Огонь и вода!
Две стихии…
Огонь и вода!
Посланники Мессии.
 
 
Огонь и вода!
Меж вами душа
Теперь моя…
Не стоит ни гроша!
 
 
Огонь и вода!
Лавировал меж вами.
Огонь и вода!
Вызвал пожар и цунами.
 
 
Огонь и вода!
С обоими ошибся,
Огонь и вода!
В каменный ком слипся.
 

Белая дева

 
В глухой деревне, средь ночных полей,
Где мрак клубится, пряча свет огней,
Бредёт он, совестью терзаемый, один,
Убийца юной девы, господин.
 
 
И вдруг, в тумане лунном, серебрится,
Фигура бледная пред ним явится.
Как снег, чиста, как призрак, холодна,
Она глядит, и в ней зияет бездна.
 
 
«Ты помнишь, милый, как в саду цвели
Цветы надежд, как клятвы мы плели?
Ты помнишь руки, дрогнувшие вдруг?
И этот предсмертный, оборвавшийся звук?»
 
 
Он падает, объят смертельным страхом,
В её глазах – лишь лёд и отзвук краха.
И шепчет ветер, в кронах шелестя:
«Расплата близко, не избегнуть ей тебя»
 
 
Она исчезнет с первыми лучами,
Оставив боль в истерзанном сознанье.
И каждый вечер, в сумрачной тиши,
Её он видит призрак, пред собой, увы.
 

Р«льех

 
Он затоплен и искажён,
Не поддаётся сознанию.
Толщей воды вокруг окружён,
Настроенный не к угасанию.
 
 
Настроенный к возрождению —
Тёмному и злобному,
К людскому избавлению
В поклон всему загробному.
 
 
Там Ктулху погребён и ждёт,
Когда сойдутся звёзды:
Тогда вновь силу обретёт,
Мир падёт при этой злости.
 

Медведь

 
Ночь черна, ушёл закат пылавший.
Древней Ру́си сумрак освещён.
Князь Всеслав, в битве не дрожавший,
Вновь в звериный облик обращён.
 
 
Враг убит, повержен, кровь на всю дорогу!
Войско празднует победу,
Но князь чувствует тревогу —
Зверя древнего примету.
 
 
Кости хрустят, ломит тело,
Шкура бурая растёт.
Вместо глаз – два уголька горелых,
Зверь из тьмы наружу рвёт.
 
 
Языческий огонь пылает,
Дым клубится к небесам.
В пляске теней зверь рычит, вздыхает,
Поклоняясь древним богам.
 
 
Князь Всеслав, в медвежьей шкуре,
По лесам теперь блуждает.
В нём два мира – князь и зверь в натуре,
Сердце боль и страх терзают.
 
 
Он – охотник и добыча,
Он – властитель и изгой.
В нём живёт медвежья сила,
И проклятье – зверь ночной.
 
 
Лишь луна, свидетель тайны,
Видит князя-зверя лик.
И молчит, храня печально,
Руси Древней злостный крик.
 

Провинциальная смерть

 
Свищет ветер сквозь дыры заброшек,
Снова тучи легли на дома.
С каждым днём всё меньше окошек,
Светящихся. Туда не приходит весна.
 
 
Одинокий, ржавый уазик,
А под ним спит местный алкаш.
Жёлтый, обдристанный матрасик
Прям безысходный пейзаж!
 
 
А дороги разбиты, размыты.
Трубы завода давно не дымят.
Мёртвые земли мраком накрыты,
Даже машины, и те не шумят.
 
 
Тихо, спокойно, грустно, забыто.
Одна лишь холодная бетонная твердь.
Временем скоро будет всё смыто,
Привет, провинциальная смерть!