Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Цитаты из Сибирь

Читайте в приложениях:
71 уже добавил
Оценка читателей
4.8
  • По популярности
  • По новизне
  • Но в следующую минуту Акимов и на этот счет получил исчерпывающий ответ, и все его размышления о побеге отсюда, из тайги, полностью отпали как нереальные.
    – Помню, Гаврюха, – возобновил после молчания свой рассказ Федот Федотович, – в ту ночь, когда я сбежал от староверов, прошел я без передышки тридцать верст. Как не запалился, сам не пойму. Шел и шел. Будто какая-то сила меня в спину толкала. Хоть и знал, погони за мной не будет, а все ж таки мороз по коже продирал, как только вспоминал яму у староверов. Сажали в нее они всех, кто допускал провинки. Аршин десять глубины. Края ровные, зацепиться не за что. Вода по дну сочится, как в колодце. Опускали на веревке. Слега поперек ямы лежала.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • вариант не годится».
    – Прикоснулся я малость к ихней распроклятой жизни. Когда я вышел сюда, в Нарым, на поселение, у меня положение случилось такое, что хоть в петлю полезай. Пить-есть надо, а меня никто не берет. Как узнают, что я поселенец с Сахалина, ну и от ворот поворот. Вот тогда-то и пошел я к староверам вверх по Парабели. Без малого год я у них прожил за кусок хлеба. Жил, конечно, в отдельной избушке. К ним в избу – ни ногой. Старался как мог, силы надрывал. Зима. Куда пойдешь? Кругом тайга, снег, безлюдье. Видать, приглянулся я их главному наставителю. Начал он меня в свою веру тянуть. Слушаю его, а сам думаю про свое: «Ну, пой, расхваливай свою веру, ври больше про свое житье и царствие небесное. Вижу вашу райскую каторгу. Чуть-чуть получше сахалинской. Та же шерстка, да только немножко подкрашенная». Как пришла новая зима, засобирался я в жилуху. Думаю, теперь у меня как-никак другое пояснение при найме. «Откель?» – спросят. «От староверов». Ну, особо пытать не станут, почему не пожилось. Нет-нет, а все-таки и от них людишки уходили. Хотя, скажу тебе, насмерть они засекали, если кто ихней вере изменял. Уж тут либо пан, либо пропал. Успел уйти – твое счастье, догнали – пощады не проси. Не будет ее ни под каким видом.
    Я-то, правда, их верой не был связан, а все же ушел тайно, в ночь, да в такую непогоду, что и кобели ни разу не сбрехнули… Видишь теперь, откуда об ихней жизни мне стало известно…
    Акимов внимательно слушал Федота Федотовича и снова думал о том же. «Бывалый старик. Пожил, повидал многое и разное. Может быть, его самого уговорить провести меня тайгой к Новониколаевску или Омску через васюганские болота?»
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Ну, брат, на них рассчитывать опасно, – сказал Федот Федотович, отвечая на вопрос Акимова. – Они же на одном месте не живут. Кочуют беспрестанно! Ты, скажем, был у них в устье Тыма, а, глядь, через неделю-другую они уже на Васюгане. А потом вот еще что, Гаврюха: никто из них насквозь через тайгу не ходит, путей к городам они не знают. На черта им города? На ярмарку они в Парабель съезжаются, товары по здешним большим селам покупают… Нет, нет, ни в коем разе на них не надейся…
    Но Акимов все-таки еще сделал к старику один заходец:
    – А правда или нет, Федот Федотыч, что в этих местах много староверов проживает? Они-то уж знают здесь все вдоль и поперек, – сказал Акимов и уставился на старика немигающими настороженными глазами. Что он на это скажет? Вдруг старик призабыл об этой возможности?
    Федот Федотович замахал руками, сердито зафыркал, как рассерженный кот:
    – Божьи люди-то? Знаю их, знаю! Не приведи господь к ним попадать! На дворе от мороза загибнешь, а в избу не пустят. В баню, если отправят, и то спасибо скажешь. – Видимо, «божьи люди» сильно где-то обидели старика. Он говорил о них с гневом, на щеках проступили розовые пятна. – Они, вишь, Гаврюха, живут тайно. Посторонним людям свою жизнь не показывают. Устав у них такой. Народ темный, жестокий. От них держись подальше. А лесов и мест здешних они не знают. Занятие у них крестьянское: пашня, скот. Зверя не бьют, птицу – тоже. Рыбу, правда, добывают. И во всем стараются обходиться своими изделиями, покупное у них считается грешным… Соль вот только покупают. Ну, керосин еще. Насчет одежки – ни боже мой. Все свое, домотканое…
    – А ты, Федот Федотыч, откуда их жизнь так хорошо знаешь? – спросил Акимов, про себя подумав: «Значит, и этот
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Акимов подумал: «Ну, конечно, идти через тайгу без карты, без проводника и без специального оборудования – это авантюризм. Можно голову потерять». Но все-таки какая-то надежда у него еще теплилась в сознании. Вдруг помогут аборигены этих мест, как их тут называли, «инородцы»: остяки, тунгусы, селькупы. Они тут обитали по притокам Оби – Васюгану, Кети, Тыму. Когда Акимов ходил в экспедицию с профессором Лихачевым, они довольно часто встречались с таежными людьми.
    В мои цитаты Удалить из цитат