Памяти

Вадима Сидура

и

Юлии Нельской-Сидур

Карл Аймермахер. Тень света. 2001

Художник Карл Аймермахер

Стихи печатаются в авторской редакции

© «Пробел-2000», 2026

© Георгий Геннис, текст, 2026

© Карл Аймермахер, иллюстрации, послесловие, 2026

1
Геометрия звёздных влечений

Зима. В пути

 
Сомневаясь и кашляя встал
двинулся по заснеженной колее
Через пару часов устал
костер на шпалах сложил и клей
пространства втянул в себя ртом
 
 
Умер как насекомое в янтаре
 
 
Льдистые вспышки
снежинки
огонь
замерли перед ним
в сияющем январе
 

февраль 2013

Голова

 
с камнем чужой головы
он укрылся в сумраке леса
 
 
в ручей окунул
вытер её платком
 
 
долго расхаживал
прижимая к груди
отогревшийся лепет
 

2009

Болезнь ботинок

 
У поэта что-то случилось с ботинками
они покрылись каким-то странным налётом
стали плесневеть и зарастать мхом
Шнурки в ужасе извивались
пытаясь покинуть жилище внезапной хвори
 
 
Поэт выставил ботинки на балкон под палящее солнце
в надежде их исцелить или хотя бы продлить
срок их полезной жизни
Но обувь продолжала умирать как обувь
и превращалась в дремучие очаги леса
 
 
Вскоре поэт заразился от собственных ботинок
и перестал узнавать себя в зеркале
Дикий взъерошенный кустарник
таивший блестящие ягоды глаз
глядел на него из потусторонней дали
 
 
Язык поэта выскользнул
в дурноту темнеющей комнаты
и стал прыгать как лягушка
Поэт бросился за ним на пол
и ползал в забвении слов
 

2002

«И воскресли однажды все когда-либо жившие…»

 
И воскресли однажды все когда-либо жившие
и стали они воевать с тогдашними жильцами
за место под солнцем
за крышу над головой
за соль
за спички
за нефть
 
 
И в этой великой битве воскресших
и единосмертных
победили воскресшие
И стали они сбрасывать побеждённых
в оголодавшие глотки раскрытых могил
и насытили их
 
 
И установили тогда бессмертие
для себя и своих близких
ибо не для того были призваны
чтобы пройдя сквозь горнило
умереть заново
будто какие лузеры
 

2008

Пылкий рассвет

 
она перебирала флаконы духов
пузырьки – лак для ногтей
жидкость для снятия лака —
помады отвердевшие кончики
пыльные останки пудры
тени, румяна, тушь для ресниц
аэрозоли, баллончики
пережившие своё назначение баночки
 
 
безнадёжных
тайно рассеявших жизнь она выбрасывала
а при себе оставляла
беглые отблески осени
порох предчувствий
пылкий рассвет —
город горлом
подступающего удушья
 

сентябрь 2010

Верлибр

 
в переноске умещался ровно один верлибр
я увозил его на дачу
слегка огорчённый обиженным видом кота
и там выпускал
 
 
воля природы шла ему на пользу
он шелестел своей единственной страницей
перемещаясь в саду
и быстро обрастал мелкой суетой жизни
 
 
улитки оставляли на нём мокрые полосы
черви хотели свернуть его в трубочку
а бабочки – пометить пятнами пудры
 
 
текст немного менялся
лишние слова уносили с собой муравьи
подробности сюжета выклёвывали птицы
 
 
вечером я его с трудом находил
сыроватым и потемневшим
а однажды
мне даже показалось что его завистливо скомкали
чьи-то руки
 
 
запад пламенел
и пятился в глубь твердеющего свода
обещая свободным стихам
ясную ночь под открытым небом
 

1 сентября 2017

Ща

 
ща приползла из древности
лапы безвольно раскинула
после дальней дороги
я обтер её взмокшее тело тряпкой
в постель уложил
сам на стуле уселся рядом
 
 
она тяжело дышала
бредила
все хотела увидеть ша
а то звать принималась цэ или че
понять было трудно
 
 
из пасти вытекла лужа
немедленно вызови скорую
приказал мне мой голос
 
 
он рванулся наружу как зверь
сквозь плюща
гортанную чащу
декабрь 2012 – март 2013
 

«прохожая красавица…»

 
прохожая красавица
увиденная утром
сохранилась в моём письменном столе
 
 
её тёмные глаза
вновь меня поразили
едва я выдвинул ящик
 
 
они как улитки ползли по лезвию ножниц
оставляя мокрый
искрящийся след
 
 
я задвинул ящик
чтобы дать отдохнуть
скрытой силе влечения
 

7 мая 2017

«змея раздувалась в груди…»

 
змея раздувалась в груди
и к вечеру лопнула
 
 
я кашлянул
серебристым обрывком горечи
 

апрель 2013

«перед господом и воздухом…»

 
перед господом и воздухом
перед женщиной и сумраком
перед облаком и шорохом
 
 
перед мраком сползающим с крыши
перед изнеженным молью
в шкафу отдыхающим пиджаком
перед людьми которые гулом вторжения дышат
перед висячим замко́м
перед наступающей вкрадчивым шёпотом болью
перед рухнувшим этажом
перед теми кто спешно укрылся в землю
перед блеснувшим ножом
перед нагой полостью ветра
перед растущим из могилы груди цветком
перед стеной выросшей пепла
 

Незапамятная жизнь леса

 
Сваленных брёвен туши
изнуряли себя гниеньем
и расползались
чуждаясь бремени
принуждённых объятий
 
 
Пытался определить их возраст
по кольцам на потемневших срезах
Сбился со счёта
желая проникнуть
в незапамятную жизнь леса
 

1994

Взбунтовавшийся веник

 
Веник захотел вырваться на свободу
он яростно метался в шкафчике под мойкой
колотился в тесноте унижения
науськивал мусорное ведро —
оно стало дёргаться
растряхивая сор и объедки
Веник и совка подначивал
 
 
Я сомневался
выпускать ли на волю восставших
Всё же милосердие взяло верх
Я приоткрыл закуток
и тут же вместо благодарности получил пощёчину:
веник принялся меня охаживать
хлёстким бесстыдством прутьев
 
 
Ведро выкатилось под ноги разметав содержимое
Я споткнулся
и едва не упал
 
 
Совок медлил
выжидал чья возьмёт
лишь подпрыгивал на месте для порядка
 
 
Сделав обманное движение
я выскочил из кухни
и забаррикадировал дверь
 
 
Всё так и будет
подумал я
против человека восстанет не элита умнейших
а свора простейших
подлейших
вещей
 
 
Лицо горело
Я умылся холодной водой
потом достал ящик
с пока ещё верными мне инструментами
взял в руки увесистый гаечный ключ
и приготовился к схватке
 

2006

Из цикла «Монтажный лист три строчки»

«Бесплодно падал снег…»

 
Бесплодно падал снег —
едва земли касаясь
таял
 

Утром в провинции

 
Женщины выносят мужчин
на прищепках проветривают
придушенных
 

Вещи

 
Они выдавали себя не за тех
Шарф облизывал шею ртом
Ноги обулись позёмкой
 

Неловкость

 
Поднял взгляд от наручных часов
Тут же уронил зубы
Лбом ударился о порыв страсти
 

Гибель света

 
Одна лампочка подавилась мраком
Другая вспыхнула умирая
Третья в колбу стала накачивать кровь
 

Полотеры

 
Полотёры важнее обоего пола
Твист важнее свиста
Соловей ничто пред футболистом
 

Монтажный лист

 
Головы вперёдсмотрящих
Затылок 1 затылок 2
Саранча и культура
 

2011

Люстра Люся

 
Геннадий Шпрот влюбился в новую люстру
Она висела под потолком
и три её изогнутых книзу рожка смотрели на Шпрота
с холодным высокомерием
 
 
Люстру звали Люся
Он включил её и возбудился
Три лучезарных глаза
три ослепительные вагины
три огненные пещеры
звали опалиться
обжечься
хоть на мгновенье забыться
в объятьях богини
 
 
Шпрот достал стремянку
и полез к возлюбленной
Наверху он сбросил с себя одежду
запрокинул голову выгибаясь
и обхватил пылающую Люсю
 
 
Шпрот стонал
пока она жгла жаром ламп
наготу его тела
 

2004

Свидание

Памяти гениального художника

Владимира Муравьёва

 
Она вынула шпильки
волосы рассыпались каштановой волной
и дальше
с плеч слетели на пол
 
 
Она принялась выдёргивать булавки
освобождая отдельные красоты тела
Из поясницы вытащила скрепы
и хрустнув
сразу же согнулась пополам
как от острой боли
ничком упала
перевернулась на бок
и подтянув колени к подбородку
начала ощупывать лодыжки
чтобы разъять последние зажимы
 
 
Лёня Сумерк помогал ей выпростаться
раскрыться
в сокровенной наготе строения
Снятые покровы он развешивал на плечиках
а что распалось складывал в коробки
и убирал всё это в шкаф
где стоял дурман
забытых им разоблачений
 

2009 год

Новорождённый

 
под утро вера лубненская родила
камень
он лежал у неё на груди и обливался
материнским молоком и потом
мать улыбалась умилённо
а младенец похрустывал крепнущим организмом
 
 
сквозь тёмно-зелёный мох
его покрывавший
проглядывала гладкая серая кожа
 
 
«мальчик или девочка»
спрашивал отец камня
у выходивших из камнеградской клиники
люди пожав плечами принимались рассказывать:
«ночью грохотало и лязгало
гремели какие-то железные цепи
потом всё стихло
и представьте
вылезая в муках
он даже не закричал»
 
 
акушер взял у матери тяжесть родного камня
и вынес в больничный сад
там он положил его на почётное основание
посреди цветочной клумбы
где выставлялись для обозрения
выдающиеся новорождённые
сёстры раскрыли над ним плащ-палатку
а сторож рассыпал вокруг
от порчи и сглаза
стреляные гильзы
 
 
оставалось ждать
когда время обточит на камне
его предназначение
 

13 мая 2016