СЧАСТЬЕ ЕСТЬ

Дневник отдыхающего

Геннадий Колодкин

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ В СУМБУРЕ

«Как я провел первый день?» – этот вопрос повис в воздухе, словно пылинка, пойманная солнечным лучом. Я бы ответил так: ехал в поезде, пил чай, смотрел в окно. За окном мельтешил пейзаж – зеленые поля сменялись лесами, потом снова поля, и так до бесконечности, пока мы не приехали в Новый Афон.

Прибытие было каким-то скомканным, будто сам поезд спешил высадить нас и отправиться дальше. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в нежные оттенки розового и оранжевого. Первым делом, конечно, море. Черное море. Вода оказалась на удивление приятной, ласковой, обволакивающей. Пляж тоже порадовал: мягкий песок, никаких тебе камней, только ровное пространство для того, чтобы просто быть. Я купался, чувствуя, как смывается дорожная усталость, и думал, что вот оно – начало чего-то нового.

Но вечер принес с собой совсем другую картину. Гостиничный номер. Небольшой, с видом на темнеющие деревья. Я достал бутылку, налил себе, пытаясь унять какое-то внутреннее беспокойство. Хотелось писать. Хотелось уловить те первые впечатления, запечатлеть их на бумаге, чтобы потом, спустя время, перечитать и вспомнить. Но мысли не приходили. Они словно разбегались, как испуганные птицы, стоило мне попытаться их поймать.

За стеной раздавалось назойливое кудахтанье двух соседок. Их голоса, то ли от усталости, то ли от скуки, сливались в какой-то монотонный, раздражающий шум. Я пытался сосредоточиться, но их болтовня проникала сквозь тонкие стены, мешая даже просто дышать. Хотелось спать, но сон не шел. И в то же время, не хотелось ни спать, ни пить, ни писать. Хотелось чего-то неопределенного, чего-то неуловимого, что ускользало, как песок сквозь пальцы.

В общем, день первый прошел сумбурно. Для меня самое ужасное – эта невозможность сосредоточиться на собственных мыслях. Они словно потерялись где-то между мелькающим пейзажем за окном поезда и кудахтаньем соседок. Осталось лишь смутное ощущение дня, который прошел, но не оставил после себя ничего четкого, ничего, за что можно было бы ухватиться. Просто сумбур. И надежда, что завтра будет иначе.

ПРОГУЛКА.

Солнце, казалось, обещало золотые часы на пляже, но к вечеру небо затянулось тяжелыми, свинцовыми тучами. Ветер, настойчивый и холодный, заставил нас отказаться от идеи окунуться в ласковые волны. Пляж, еще утром манящий своей безмятежностью, теперь выглядел неприветливо, будто обидевшись на нашу нерешительность.

«Ну что, на пляж не пойдем?» – спросил я свою вторую половину, наблюдая, как порывы ветра треплют песок.

«Нет, сегодня точно нет», – ответила Наталья, кутаясь в легкую ветровку. – «Но сидеть дома тоже не хочется. Может, просто прогуляемся?»

Идея показалась мне отличной. В конце концов, отпуск – это не только лежание на солнце, но и возможность исследовать новые места, дышать свежим воздухом, просто двигаться.

Я быстро собрался: бейсболка, чтобы защитить голову от ветра, удобные кроссовки, готовые к долгим шагам, и, конечно, моя верная видеокамера. Что еще нужно для счастья? Нехитрый набор, но он давал ощущение полной готовности к приключениям, пусть и самым простым.

«Гулять! Гулять!» – пронеслось в голове. Это было не просто желание, а скорее внутренний импульс, который часто посещает меня в такие моменты. Я всегда считал, что движение – это жизнь, и это особенно актуально, когда ты уже не молод. Пенсионеры, как нас иногда называют, знают толк в прогулках. Мы не гонимся за адреналином, не стремимся покорить вершины. Нам важен сам процесс, возможность почувствовать землю под ногами, увидеть, как меняется мир вокруг, вдохнуть полной грудью.

Мы вышли из отеля и направились в сторону набережной. Ветер все еще был силен, но теперь он казался скорее бодрящим, чем неприятным. Он развевал волосы, наполнял легкие свежестью, заставлял глаза слезиться от восторга. Я включил камеру, чтобы запечатлеть этот момент – неспешную прогулку двух людей, которые нашли свое счастье в простом движении.

Мы шли вдоль моря, наблюдая, как волны с шумом разбиваются о берег. Тучи придавали небу драматичности, а ветер создавал завораживающий танец пены. Я снимал все: силуэты чаек, проплывающих над водой, редких прохожих, укутанных в шарфы, и, конечно, мою жену, с улыбкой смотрящую вдаль.

«Смотри, какая красота!» – воскликнула Наталья, указывая на закат, который, несмотря на тучи, пробивался сквозь них яркими, огненными полосами.

Я направил камеру на небо, пытаясь уловить всю эту мимолетную красоту. В такие моменты понимаешь, что для счастья не нужны дорогие вещи или экзотические путешествия. Иногда достаточно просто прогуляться, почувствовать ветер на лице и увидеть, как мир вокруг тебя живет своей жизнью.

ПЕРВАЯ ЖЕ ВОЛНА НАКРЫЛА МОЙ СМАРТФОН

И вот сейчас этот девайс «спит» мертвецким сном, не желая включаться. Что, разумеется, меня отчасти беспокоит. Беспокоит, потому что в нем вся моя жизнь: контакты, фотографии, заметки, рабочие переписки, даже любимые плейлисты. Это как потерять часть себя, своего цифрового двойника.

А отчасти, признаюсь, даже радует. Гаджеты – это нечто вроде искусственных кровопийц, ворующих ваше драгоценное время жизни. Эти цифровые хищники доставляют больше душевных разочарований, чем настоящей радости. Сколько часов я провел, уткнувшись в этот светящийся прямоугольник, пролистывая ленты, играя в бессмысленные игры, читая новости, которые тут же забывал? Сколько раз я чувствовал себя опустошенным после очередного скроллинга, вместо того чтобы посмотреть на настоящее небо, поговорить с живым человеком, почувствовать ветер на лице?

Искусственное есть искусственное. Оно никогда не заменит тепло человеческого прикосновения, искренность взгляда, глубину настоящих эмоций. Оно лишь имитирует, подменяет, отвлекает. И вот почему я злорадствую – я даже рад, что эту цифровую дрянь морская волна уделала. Это говорит чувство мести. Мести за украденные часы, за упущенные моменты, за иллюзию связи, которая на самом деле лишь усиливала мою изоляцию.

Я стою на берегу, мокрый до нитки, с пустыми руками, но с каким-то странным облегчением в груди. Соленый воздух щиплет кожу, шум прибоя заглушает внутренний гул, который обычно создавал мой смартфон. Я смотрю на бескрайнее море, на его мощь и непредсказуемость, и чувствую себя частью чего-то настоящего, живого.

Конечно, завтра я, скорее всего, буду искать способ починить телефон или купить новый. Цивилизация требует своего. Но сегодня, в этот момент, я благодарен волне. Она напомнила мне, что есть вещи куда более важные, чем пиксели на экране. Что есть жизнь за пределами цифрового мира, и она ждет, чтобы ее прожили по-настоящему. И, возможно, эта маленькая цифровая смерть станет началом моего большого возвращения к жизни.

УТРО ЭКСПЕРИМЕНТАТОРА

Утро 13 сентября 2021 года выдалось ясным, но для меня оно началось с привычной уже бессонницы. Мысли, словно стая непрошеных гостей, роились в голове, не давая покоя, не складываясь ни во что осмысленное. Просто не спалось. Мой верный «утопленник» по имени Андроид, павший смертью храбрых после купания в морской воде, так и не подал признаков жизни. Техническая безнадега, как уверяли все вокруг. Но я, вопреки здравому смыслу и уверениям знатоков, продолжал верить в свой мобильник. Верил, и все дела.

Именно в такие моменты, когда реальность кажется серой и предсказуемой, я особенно остро ощущаю, как хочу жить. Желаю верить в лучшее собственное завтра. О, гляньте, даже почерк мой изменился – стал компактнее, словно умещаясь в линейках второй тетради. Это новое состояние психики, рожденное из этой самой бессонницы и веры в невозможное.

Сегодня с раннего утра я даже пересмотрел свой арсенал для видеосъемки. Оптимизировал, убрал все лишнее, что мешало работе, упростил предельно. После завтрака приступлю к воплощению этих новых веяний. Я – вечный экспериментатор. Это мое, это с детства. Конструкторское хобби. Ломать – и модифицировать – и снова ломать.

Все ломатели – творческие люди. Ломая, они вникают, проникают в суть вещей через материал, через структуру, через сам процесс модифицирования конструкции. Чтобы узнать строение организма лягушки, следует ее умертвить, распотрошить, описать – создать описанием некий вторичный образ объекта исследования. Живая тварь после этой экзекуции переселяется как бы в иной мир – мир искусственный, мир абстрактный, в мир обобщений, созданный уже человеческим рассудком.

Это уникальный процесс, вероятно, принадлежащий исключительно человеку разумному. Человек многое изучил, описал. Теперь он пытается сделать описание собственного интеллекта. Он проникает в мозг, изучает его, строит гипотетические схемы, ведет апробацию своих теорий. Удивительный процесс. Прекрасный познавательный процесс. Непознаваемый мир уступает напористости двуногого и раскрывает неохотно свои сокровенные частности.

И вот я, с этим новым, упрощенным набором, с этой новой ясностью в голове, готов продолжить свой путь экспериментатора. Даже если мой Андроид останется мертвым, я найду способ вдохнуть в него новую жизнь или же создам что-то еще более удивительное. Ведь в этом и заключается моя суть – в постоянном поиске, в бесконечном стремлении понять и пересоздать. И сегодня, в это ясное утро, я чувствую, что готов к новым открытиям.

АБХАЗСКАЯ ГРУСТЬ И ВОЛГОГРАДСКАЯ ЛИХОРАДКА

Волгоград, казалось, задыхался. Не от жары, не от пыли, а от всеобщей хвори. Простуда, температура, слабость – эти слова стали лейтмотивом наших дней. А на фоне этой «всенародной» пандемии, когда каждый чих мог оказаться предвестником чего-то страшного, наши детские болячки приобретали зловещий оттенок. Переживания за них, за их хрупкое здоровье, становились невыносимыми. Такие времена. Такие страхи.

Маски, перчатки – эти атрибуты стали неотъемлемой частью нашего облика, привычным ритуалом, как утренний кофе. Человечество, сплотившись, бросило вызов новому недугу, но пока, увы, недуг оказался сильнее. Он властвовал над миром, диктуя свои правила, заставляя нас жить в постоянном напряжении.

И вот, в этот тревожный период, когда город окутан тревогой, мы оказались в Абхазии. И здесь, словно по волшебству, все изменилось. Улицы заливало ласковое абхазское солнце, море дышало тишиной и спокойствием. Утро начиналось с завтрака, легкой полрюмки, и мы отправлялись на пляж.

Пляж – это был наш маленький рай. Горячая галька под ногами, ласковый прибой, крики чаек, мелькающие вдали дельфины, серебристая кефаль, проворные крабики, снующие по песку. Жизнь человека на морском пляже – это особая тема. Приятная, умиротворяющая, исцеляющая. Здесь, под ласковым солнцем, забывались тревоги Волгограда, страхи за детей отступали на второй план. Казалось, само море шептало нам: «Все пройдет. Все будет хорошо».

Мы вдыхали соленый воздух, наполняя легкие живительной силой. Каждый луч солнца, каждая волна, каждый крик чайки – все это было лекарством, которое проникало в самые глубины души, успокаивая и восстанавливая. Здесь, на этом дивном берегу, мы вновь обретали силы, учились жить, несмотря ни на что, находить радость в простых вещах, ценить каждый момент.

Да, Волгоград оставался в тревоге, но здесь, в Абхазии, мы находили островок спокойствия. И пусть недуг еще властвовал над миром, но мы знали, что жизнь продолжается. И эта жизнь, полная солнца, моря и тишины, давала нам надежду. Надежду на то, что и в нашем городе, и во всем мире, скоро наступит исцеление. А пока, мы будем наслаждаться этим абхазским чудом, набираясь сил для будущих битв.

АЛКОХИМИЯ

– Зачем ты водку, Ген, пьешь с утра? – спросила Наталья, не отрывая взгляда от мерцающего экрана электронной книги. Ее голос был ровным, почти безэмоциональным, как будто она комментировала погоду или читала сводку новостей.

Я отставил стакан, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло. «Нравится. Полезная», – ответил я, и в этом ответе была вся правда, которую я только мог выразить.

Она лишь слегка приподняла бровь, но не задала больше вопросов. А я, подхваченный волной эйфории, начал говорить, чувствуя, как слова сами собой складываются в строки, которые я потом запишу. Это не просто желание выпить, это потребность в чем-то большем, чем обыденность. Водка – это не просто напиток, это катализатор, мощный энергетик, который пробуждает меня от спячки серой реальности. В отличие от вина, которое ласкает, водка бьет наотмашь, пробивая броню повседневности.

Ее живительные свойства, ее загадочная химия – это то, что я пытаюсь постичь. Материализованная энергия, входящая в нас через ротовую полость, преображающая мир. Да, говорят, алкоголь губителен. Но никто не говорит о той роли, которую он сыграл в человеческой культуре. Сколько великих произведений, сколько моментов озарения родилось благодаря дружбе человека с алкоголем! Он – кумулятивный патрон, пробивающий стену серой будничности, где нет места восторгу и эйфории.

Человек слаб, он ищет помощника. И алкоголь выступает в роли этого помощника, этого сталкера, который подпитывает наши дремлющие чувства, обостряет восприятие. Он рушит табу, законы, психологические заборы. Он раскрепощает. Он освобождает. Один стакан водки – и крохотный человек вдруг становится великаном, выделяется из толпы, начинает говорить голосом, почти как существо свыше.

Но я понимаю, что эффект краток. Алкоголь – это инструмент, аванс, кредит, за который придется расплачиваться. Его цена высока, многие платят собственной жизнью. Это своеобразный обмен, бартер. Мы обмениваем качество жизни на ее продолжительность. Высокое качество – на короткую жизнь. Алкоголь часто обменивают на временной ресурс собственной жизни.

Вот где собака зарыта – в выборе. Человек, вступивший на путь сотрудничества с алкохимией, осознает выгоду и возможность потери. Он совершает выбор. Каждый алкоголик в свое время совершает этот осознанный шаг: он сделал выбор. Он отказался от серых, вялых буден жизни человека в обществе. Он знал, что этот выбор имеет высокую цену. И все же, он был готов отдать половину собственной жизни за иную жизнь.

Вот он, образ его величества Алкоголя, как я его желал увидеть – и я его вижу. И я, Г.К. (аббревиатура), отныне четко осознаю, что я должен делать: я говорю о Выборе. Что выбирать? Буду думать и затем выбирать.

А пока я поплелся на морской галечный пляж. Погода дразнит и манит!

УТРО ВТОРОГО ДНЯ

Второе утро встретило меня нежным, рассветным светом, пробивающимся сквозь неплотно задернутые шторы. За окном разворачивалось зрелище, от которого захватывало дух: небо было усыпано причудливыми облаками, словно гигантскими мазками художника, играющими оттенками розового, золотого и персикового. Они плыли неспешно, меняя формы, создавая иллюзию бесконечного, живого полотна. И в этой тихой, утренней красоте, что-то внутри меня изменилось.

Вчерашний день казался серым, тяжелым, наполненным ощущением безнадежности. Казалось, что все пути закрыты, а будущее – лишь туманная, пугающая неизвестность. Но сегодня… сегодня все было иначе. Воздух казался свежее, звуки города – мелодичнее, а собственное дыхание – глубже и спокойнее. Жизнь, которая еще вчера казалась неподъемным грузом, вдруг обрела легкость, словно сбросила с себя невидимые оковы. Жизнь налаживалась.

Я всегда обожал жизнь. Обожал сам факт существования, возможность чувствовать, видеть, слышать, дышать. Это офигенное ощущение – быть и существовать. Это не просто набор биологических процессов, это чудо, дар, который мы часто принимаем как должное. Жизнь – это подарок. И, как любой ценный подарок, она кажется авансом. Авансом для чего? Загадка. Но то, что это аванс – факт неоспоримый.

И вот, в этом утреннем свете, глядя на танцующие облака, я почувствовал острое желание разгадать этот замысел. Для чего мне, конкретному человеку, даровано такое счастье? С каким смыслом? И, что самое удивительное, я понял, что разгадывать эту шараду – дело невероятно увлекательное. Нет никаких жестких правил, никаких предписанных путей. Я могу импровизировать, сочинять, создавать.

Ведь смысл моей жизни – это не что-то, что мне дано извне, готовое и неизменное. Это сущность, которую я сам сочиняю. Это моя собственная мелодия, которую я пишу, мои собственные краски, которыми я рисую. И в этом процессе нет места скромности или стеснению. Наоборот, нужно смело заявить о себе, о своих желаниях, о своем видении. Нужно не побояться быть ярким, быть собой, быть автором своей собственной, неповторимой истории.

Утро второго дня. Облака за окном – лишь начало. Начало нового этапа, где я – главный герой, сценарист и режиссер. И это осознание наполняет меня не просто радостью, а глубоким, всеобъемлющим чувством благодарности и предвкушения. Жизнь прекрасна и удивительна, и я готов разгадывать ее тайны, сочиняя свой собственный, неповторимый смысл.

ДАР ЗАКАТА