Сижу и не понимаю, как мне оценивать эту книгу по 5ти (или 10ти) балльной шкале, потому что чтение оказалось максимально странным, хотя таким как-будто не предполагалось.
Инспектор Стуки (вроде как это первая книга цикла, но у нас ее выпустили после "Пока есть Просекко, есть надежда" поэтому возможно, он вам уже знаком) Возвращается в Венецию по просьбе своего бывшего весьма странного напарника Скарпы, который уверен, что в городе царит какой-то беспредел.
Некто по ночам отстреливает домашних котов с балконов ничего не подозревающих венецианцев, в каналах находят трупы туристов (что само по себе вполне объяснимо, но..), а в местной газете на протяжении многих лет появляются письма от разных жителей города, которые каждый по-своему протестует против засилья приезжих, проведения в Венеции концертов известных рок-групп и вообще всего этого "чавкающего, мусорящего, громкоголосного и невежественного" туристического потока.
А еще неподалеку другой полицейский становится свидетелем того, как из окна дальнобойной фуры выкидывают тело мертвой китаянки-работницы индустрии для взрослых.
Читатель уверен - все эти ветки будут связаны.
спойлер
Читатель ошибается.
свернуть
Стуки соглашается помочь, но в первый же вечер слежки за неуловимым стрелком его самого ранят в плечо, в больнице наш герой знакомится со странными местными, которые по ночам сбегают гулять по городу, а после больницы Скарпа селит его у своей тетушки-одуванчика, которая явно тронулась умом.
Однако Стуки (видимо заняться ему совсем нечем) даже в отсутствии улик и вообще адекватного обоснования расследования решает Скарпе помочь и связать ниточки воедино и, конечно, у него это получается, хотя, как так получилось, осталось для меня загадкой.
Книга очень странная. Начиная от того как она написана, когда красивые описания города перемежаются с какими-то невнятными диалогами обо всем и ни о чем, заканчивая поведением главных героев.
Сам Стуки постоянно как бы забывает, что он полицейский и по ощущениям находится под веществами, потому что его сознание постоянно отключается на какие-то философские темы, мысли о Венеции, что-то эзотерическое и т.д. Кроме того, автор зачем-то решил придумать для его лексикона несуществующее ругательство, и при каждом удобном случае наш инспектор зовет некую Антимаму! Что именно должно означать это слово, вы не найдете ни в одном источнике, хотя гипотезы есть. Зачем было придумывать столь искусственную манеру речи - нет ответа.
Отдельного упоминания стоят отношения Стуки с женщинами. Во-первых некая любовная любовь (имя которой нам не называют) у него есть. Она приходит навещать его в больницу, и сам инспектор упоминает, что готов был бы ради нее на все, что однако не мешает ему сразу же обратить внимание и пригласить на свидание коллегу инспектора, у которой менопауза.
Момент с менопаузой тоже упомянут неслучайно, дело в том, что это практически единственное о чем они общаются кроме расследования и венецианских голубей. При чем если тема голубей Стуки не интересна, то приливы, гормоны и как это все проходит у женщин, он готов обсуждать во всех подробностях.
Я не считаю тему табуированной, но слабо себе представляю, что буду обсуждать поведение своих гормонов с малознакомым коллегой при первой же встрече и далее на протяжении всего расследования (даже сидя в ресторане). Для сюжета эта тема кстати не несет никакой ценности.
Ветка с китаянкой
спойлер
тоже разрешится без участия инспектора и вообще не будет связана ни с чем, и дана непонятно с какой целью.
свернуть
Короче, книга получила от меня дополнительные 0,5 балла за описания прекрасного города (если вы будете читать историю в путешествии по Италии то +100 к атмосфере), а в остальном - недоумеваю.