Каким человеком на самом деле был инспектор, сказать нельзя. Быть может, великим ученым, хорошим приходским священником и добрым другом и соседом для людей своего общественного класса. Впрочем, одно можно утверждать определенно: он не любил и не понимал детей, по крайней мере из государственных школ. Проще говоря, не годился для такой работы. Самый звук его голоса лишал малодаровитых детей остатков соображения, и даже тех, кто был способен на большее, его присутствие так пугало, что они не могли ни собраться с мыслями, ни унять дрожь в руках.